Северное сияние моего сердца (СИ) - Вуди Добковиц

На этот раз Кармен отказывается идти с ними. Она ждет Хозе. Сержант приходит, но радость их встречи кратковременна. Военный горн призывает драгуна в казармы. В его душе страсть борется с долгом. Между возлюбленными вспыхивает ссора. Неожиданно появляется Цунига — начальник Хозе. Он надеется на благосклонность Кармен. В порыве ревности Хозе обнажает саблю. Воинская присяга нарушена, путь к возвращению в казармы отрезан. Хозе остается с Кармен.

И как бы американец не старался услышать хоть что-то знакомое, все его попытки терпели фиаско. И только, когда на сцене показывали третий акт, кто-то дотронулся до его плеча.

— США. Не спи. — Строго прошептала ему Россия, отвлекаясь от оперы.

Оказывается он заснул. Такое с ним впервые. Вот, что значит скука.

— Я не сплю. — Соврал тот, сев прямо.

Русская могла и дальше на него злиться, однако события во Франции внезапно всплыли перед ее глазами. Как же она могла забыть! США совершенно не знает французского. Неудивительно, что у него такой скучающий вид.

— Путь наш тернист,

и ноша нелегка. Иди на риск, контрабандист, сквозь бури и туманы! Не оступись! Смотри по сторонам: и тут, и там, и тут, и там ловушки и капканы! Пусть преграды встают, и в лицо ветры бьют, И над нами гряда грозных туч нависает! Пусть по следу идут, всё равно не найдут! Мы таможенным сыщикам вызов бросаем! Пусть за нами по следу идут! Фортуна сегодня кажется любезной, но беспечность — наш коварный враг! Помни, друг мой: до края бездны в горах один неверный шаг! Всего один неверный шаг! Смотри, не сделай этот шаг!

Штаты поверить не мог собственным ушам — россиянка переводила для него слова актеров. Сама. Без его просьбы. Слово в слово. Теперь хоть понятно, что они там говорят на сцене. Когда внезапно пришел Эскамильо, спешащий на свидание с Кармен, Россия на мгновение забыла об американце, но быстро опомнившись, продолжила переводить. Такие девушки рождаются раз в столетия и США не намерен ее упустить. А видя, как скривилось недовольное лицо немца, у него моментально поднялось настроение.

Наконец, Кармен бросает в лицо Хосе знаменитую фразу «Свободной родилась — свободной и умру», а тот в порыве гнева закалывает ее. Это было концом представления. Поднявшись со своих мест, зрители восторженно зааплодировали актерам, крича “Браво”. Опера действительно была прекрасной.

Напевая себе под нос хабанеру Кармен* и слегка пританцовывая, русская шагала рядом с Германией и Штатами. Сегодня у нее прекрасный день. Она получила автограф своей любимой актрисы, посмотрела чудесное представление, что еще надо?

— А вы знали, что Жорж Бизе получил заказ на создание оперы после провала его «Джамиле» на сцене «Опера-Комик»? И еще в ходе репетиций Жоржу Бизе приходилось менять музыку и либретто по нескольким причинам, среди которых выделялись как трудности оркестра, связанные с исполнением некоторых мелодий, так и нежелание Бизе сильно смягчать сюжет, несмотря на то, что на этом настаивало руководство театра, так как не хотело видеть жестокость на сцене «Опера-Комик», считавшейся семейным театром.

Продолжая рассказывать об опере и Жорже Бизе, россиянка надела свое пальто и только подошла к лестнице, как американец внезапно оказался рядом с ней, подавая руку. Этот жест слегка смутил ее, но все же Россия ответила на него, позволяя США помочь ей спуститься по лестнице. И это очень разозлило немца.

Доведя русскую до машины, Штаты посадил ее на заднее сиденье и только успел хлопнуть дверью, как автомобиль внезапно тронулся с места, оставляя его удивленно смотреть ей в след. Это Германия, воспользовавшись случаем, прошмыгнул мимо своего соперника и, сев рядом с россиянкой, приказал водителю ехать домой к Австрии.

Комментарий к Глава 4. Часть 6. В погоне за сиянием.

капельдинер* — рабочий в театре, кинотеатре или концертном зале. Обязанности билетёра включают: запуск зрителей в фойе или в зрительный зал, проверку билетов при входе, помощь зрителям в отыскании места, ответы на вопросы посетителей.

театральный лорнет* — разновидность очков (бинокля), отличающаяся от пенсне отсутствием фиксирующего устройства: пара линз в оправе, зафиксированной на рукоятке.

либретто* — краткое содержание сюжета спектакля.

хабанеру Кармен* — Хабанера (Кармен) — Жорж Бизе.

Вот середина первого этапа марафона. Часть получилась вновь коротенькой. Извиняюсь и низко кланяюсь вам в ножки(

Спасибо что прочитали. Надеюсь вам понравилось и вы кое-что новое для себя узнали.

Глава 4. Часть 7. В погоне за сиянием

Россия не понимала, почему Германия так поступил. Пару минут назад она и США спокойно подошли к машине, чтобы поехать домой. Но стоило ей сесть на заднее сиденье, как немец с такими несвойственными ему холодными глазами приказал водителю немедленно отправляться в пентхаус Австрии. Так на него не похоже.

— Гер, в чем дело? — спокойно спросила его русская. — Там же был США.

— Да? Я его видимо не заметил. Задумался. — Быстро ответил ей немец, нервно перебирая большими пальцами. — Да и ему не по пути с нами. Он хотел с Канадой что-то устроить.

Возможно, он прав и россиянка только зря волновалась. Штаты свободный человек, что хочет, то и делает. Немного расслабившись, она легла на спинку сиденья и устремила свой взгляд в окно. Германия же все также продолжал перебирать пальцами, тщательно взвешивая “за” и “против” у себя в голове. Как только они перешагнут порог дома, надо обязательно признаться девушке. Иначе пиндос сделает это быстрее его.

Расплатившись с водителем, парочка спокойно зашагала в сторону дома, над которым нависли мрак и тишина. Австриец сейчас где-то работает, а Лихтенштейн скорее всего пошла в очередной клуб. Так что их никто не побеспокоит. И прежде чем Россия успела бы скрыться в своей комнате, немец громким голосом остановил ее:

— Россия, подожди!

Не ожидая от него такого крика, русская застыла возле лестницы, держась рукой за перила.

— Да?

— Рос, послушай. — Начал он, подходя к ней все ближе. — Мы с тобой знакомы с самого детства. Для меня ты была самым лучшим другом. Бойкая, веселая, добрая. Я… всегда хотел быть таким как ты… Я знаю, что ты видишь меня как худого и слабого очкарика…

— Я не понимаю тебя, Гер. — Удивленно посмотрела на заикающегося Германию та. — И никогда не видела в тебе, как ты сказал, слабого очкарика.

“Никогда не видела в тебе слабого очкарика”. Этих слов было более чем достаточно, чтобы уверенность возвратилась к немцу. Сделав глубокий вдох, он посмотрел на россиянку уже не неуверенным взглядом, а тем самым, которым мужчина смотрит на свою любимую женщину.

— Рос, ты