Искатели потерянного ковчега. Индиана Джонс и последний крестовый поход - Кэмпбелл Блэк

— Вот дерьмо!

— Малыш, у нас, кажется, возникли проблемы.

— Знаю, знаю. Что я, сам не вижу? — ответил он, соображая, что им теперь делать.

— Нет, не знаешь. Я забыл дневник в салоне.

— Ты — что?

Генри слабо улыбнулся и, запинаясь, произнес:

— Ну, папа, ты даешь!

— Хорошо, жди здесь. Я сейчас вернусь. — И Инди бросился обратно в салон. Он уже собирался распахнуть дверь, но услышал голоса и замер. Потом заглянул внутрь: в центре салона рядом со столиком, за которым они только что сидели, стояли гестаповец и несколько членов команды. Дневник все еще лежал там, к счастью, на него никто не обратил внимания. Гестаповец поднял руку, призывая всех замолчать.

— На борту шпионы. Всех, кто верен фюреру, рейху и Германии, прошу немедленно следовать за мной.

Одуревшие от праздности пассажиры подняли голову и сразу же вновь вернулись к своим беседам и коктейлям. Единственный, кто как-то прореагировал, был пьяный немецкий летчик, который с трудом поднялся на ноги и сделал несколько шагов вперед.

Инди понял, что пора действовать. Он поднял воротник кожаной куртки, вытащил из кармана носовой платок и, чихая, кашляя и сморкаясь, вошел в салон, тщательно скрывая лицо. Он услышал, как гестаповец отдает приказы.

— Вы, — он ткнул пальцем в Инди, — пойдете с нами. Мы ищем американских шпионов, проникших на борт дирижабля.

Не отрывая платка от носа, Инди прогнусавил:

— У меня насморк. Мне очень жаль.

Не поворачиваясь к столу, от протянул назад руку, нащупал там дневник и опустил его в задний карман брюк.

Рядом с гестаповцем стоял стюард — тот самый, которого Инди связал и положил отдыхать в чулане. Узнав Инди, он выпучил глаза, его лицо вытянулось.

— Раз такое дело, я, пожалуй, пойду охранять наше купе, — сказал Инди и заторопился к выходу.

— Это он, — завопил стюард. — Держи его!

Но Инди уже выскочил в коридор и бросился бежать.

Он нырнул в служебное помещение и окликнул отца:

— Папа, ты где?

Из чулана высунулась голова Генри.

— Все в порядке?

— Это как посмотреть. Но дневник у меня в кармане. — Говоря это, Инди рыскал вокруг глазами, надеясь отыскать место, где можно было бы спрятаться. Ничего не обнаружив, он взглянул на потолок.

— Ты считаешь, мы здорово влипли?

— Бывало и хуже.

Он быстро схватил стул и вытащил его на середину комнаты. Встав на него ногами, он подтянулся и пролез через люк в потолке, затем протянул руку отцу.

— Только не в дымоход, второй раз я этого не вынесу, — жалобно произнес Генри.

Инди помог ему протиснуться сквозь люк, и они очутились в рабочем отсеке дирижабля. Его оболочка была прикреплена к замысловатому металлическому каркасу; огромные баллоны, наполненные гелием, соединялись между собой узкими подвесными мостиками.

Генри остановился, с удивлением и некоторым ужасом взирая на эту конструкцию. Инди в это время заглянул в отверстие и обнаружил, что их преследователи — гестаповец и стюард — вбежали в служебное помещение и смотрят в люк. Он схватил отца за руку, и они помчались по одному из подвесных мостиков.

Однако далеко убежать не удалось.

Гестаповский агент вытащил из кобуры пистолет и прицелился в Инди. Он уже собирался спустить курок, как вдруг стюард, схватив его за руку, завопил:

— Найн! Найн!

Инди повернул голову и увидел, что он показывает на баллоны с гелием. Попади пуля в эти баллоны, благодаря которым дирижабль держится в воздухе, и катастрофа неизбежна!

Подвесной мостик привел их к дверям во внешней оболочке дирижабля. У себя за спиной Инди уже слышал шаги преследователей. Он распахнул одну из дверей и сразу ухватился за стойку каркаса — в лицо ударил свежий ветер, а перед его глазами открылось бескрайнее голубое небо.

Он выглянул наружу: в нескольких футах под ними, на крюках, прикрепленных к каркасу, висели бипланы, которые они с отцом заметили еще при посадке. Инди указал на ближайший к ним — на фюзеляже у него был изображен раскинувший крылья пеликан.

— Пошли, — сказал он отцу. — полетаем.

Глазами, полными ужаса, Генри поглядел вниз на самолеты.

— Я, по правде говоря, не знал, что ты умеешь летать. Летатъ-то — пожалуйста. А вот приземляться…

— Спускаемся! — скомандовал он.

Глубоко вздохнув, Генри полез по металлической лестнице вниз к биплану. Инди отвел глаза: если отец сорвется и упадет, помочь он все равно не сможет, поэтому лучше не смотреть.

Через некоторое время, когда он взглянул на Генри, тот уже был в самолете. Ничего страшного не случилось. Теперь настала очередь Инди, но в этот самый момент подбежавший гестаповец схватил его за руку, пытаясь затащить обратно в дирижабль. Инди отпихнул немца и начал спускаться по лестнице, но тут наконец их нагнал стюард, который, в мгновение ока преодолев несколько ступенек, отделяющих его от Инди, плюхнулся ему на голову.

Инди вцепился в лестницу. К своему удивлению, он увидел, что Генри, покинув, самолет, начинает карабкаться вверх к нему на помощь. Отец схватил стюарда за шиворот и отодрал его от Инди, который в это самое мгновение умудрился изогнуться и нанести противнику удар головой.

Стюард разжал пальцы и полетел вниз, размахивая руками в надежде за что-то зацепиться. Ему повезло: в последний момент он ухватился за стойку каркаса и повис, болтая в воздухе ногами.

Инди уставился на отца.

— Никогда бы не поверил, что ты способен на такое! — прокричал он.

Генри снова спустился в биплан и сел позади кресла пилота, которое поспешно занял Инди. Он нашел стартер и включил его: пропеллер несколько раз чихнул, потом ожил и ровно загудел.

Однако еще надо было снять самолет с крюка. Инди принялся искать рычаг, когда вдруг услышал, как отец что-то кричит ему. Он повернул голову. Гестаповец стоял в дверном проеме, держа в руках пистолет, дуло которого было направлено прямо на Инди. Резкий ветер не давал ему прицелиться, но он все равно выстрелил и — промахнулся. А Инди тем временем уже отыскал рычаг и, нажав на него, освободил биплан, который тут же взмыл в воздух, оставляя позади гестаповца и болтающегося в воздухе стюарда.

Но погоня не закончилась. Сделав круг вокруг дирижабля, Инди увидел, что в дверях стоит пьяный немецкий летчик, который подает гестаповскому агенту знак спуститься в оставшийся биплан. Тот прыгнул на заднее сиденье, но не рассчитал и ногами пробил деревянный пол.

Немецкий летчик, спьяну не сообразив, что произошло, снял самолет с крюка, даже не потрудившись включить стартер. Биплан тут же вошел в штопор. Инди понимал, что вывести самолет из штопора не под силу даже самому опытному асу.