Клятва верности - Черил Портер

Прямо перед ней раскинулось озерцо. Лунный свет серебрил его поверхность и ветви высоких вязов на берегу. Крыша маленького домика сверкала пятнышками черепицы. В одном из окошек горел слабый свет и двигались какие-то тени.

Сегодня вечером Слейд объявил, что охрана поселится в домике.

Значит, стража не спит.

Теперь Ханна двигалась с максимальной осторожностью: ощупывала прутья ограды заледеневшими руками, постоянно шикала на собаку и бросала испуганные взгляды на домик охраны.

Слейд? Или ей показалось? Неужели он действительно решил навестить стражей?

В низком оконце около стола с разложенными на нем бумагами стоял Слейд и что-то показывал пальцем своему собеседнику, а тот кивал или делал комментарии.

Что они изучают? Карту? Но карту чего? Вудбридж-Понда или Клостер-Пойнта? И зачем?

Теперь уже Ханна выглядывала из-за кустов, нахмурив лоб и прищурив глаза. Оказалось, что охранников больше, чем ей показалось вначале. У всех – одинаковые выражения лиц. Так же как и Слейд, они были одеты в черное и вооружены. Похоже, в ночное время планировалось что-то тайное и опасное. Что-то, в чем Слейд решил принять непосредственное участие.

«Возможно, у меня будет от тебя ребенок, а ты собираешься рисковать!»

Ханна возмущенно насупилась, но, вспомнив, что и сама не лежит сейчас в мягкой постели, едва не рассмеялась.

«А что, если его убьют? Не дай Бог! В конце концов, отомстить Сайрусу и Пейшенс – мой долг и моя задача. А значит, я должна действовать, а не подглядывать за мужем, собирающимся на войну. Я давала клятву перед лицом сестер, клялась погибшим родителям отомстить, и я должна исполнить обещание. Я отомщу своим врагам и вернусь к сестрам, на Дикий Запад. Такова моя судьба».

Теперь Ханна понимала, что так долго удерживало ее от решительных действий. Как только с ее делом будет покончено, придется покинуть Слейда, единственного мужчину, которого она любит. Именно поэтому она так долго оттягивала момент расплаты.

Перед глазами возникли лица сестер.

«Прости, Слейд. Моя любовь к тебе заслонила от меня все самое важное. Я позабыла о Джейси и Глории, я позволила Уилтон-Хьюмсам оборвать жизнь нескольких невинных людей. Пора сомнений прошла. Я должна действовать, чтобы мстить по законам Дикого Запада».

Девушка снова зашарила руками по стальным прутьям изгороди. На фоне темного неба хорошо просматривалась крыша Клостер-Пойнта. Эсмеральда ткнулась носом Ханне в ладонь и чихнула.

– Нам надо туда. – Девушка показала на соседний дом, хотя и сомневалась, что собака ее поймет.

– Эсмеральда! – раздалось где-то позади кустов, и Ханна застыла в ужасе.

Сквозь ветви она разглядела фигуру Хаммондса, приближающегося к ней со стороны особняка. Наверняка старику было очень холодно в пижаме и вытертом пальто, поэтому он ковылял довольно быстро.

Ханна обернулась к собаке.

– Иди же, тебя зовут. Ну! Иди, глупая! – зашептала она, подпихивая Эсмеральду под зад. Мастиф радостно вильнул хвостом, но не шелохнулся.

– Эсмеральда, да где же тебя носит? – Голос дворецкого стал ближе.

Сейчас или никогда!

Ханна прижалась к ограде и начала протискиваться между прутьями. Какая-то ветка едва не выколола ей глаз. Девушка извивалась, пытаясь очутиться по другую сторону забора, но все тщетно.

Как раз в тот момент, когда она чуть не заплакала от отчаяния, за оградой раздался шелест и появилась Эсмеральда с торжествующим видом. Она усердно виляла всем задом.

– Боже, да как тебе удалось? – прошептала Ханна и замолчала, услышав хруст гравия под ногами Хаммондса.

Эсмеральда не только крупнее Оливии, но и крупнее Ханны, однако с легкостью пробралась на территорию Клостер-Пойнта.

Быть может, собака нашла какой-то лаз?

Ханна отказалась от попытки протиснуться между прутьями и быстро зашарила руками по земле, двигаясь вдоль изгороди.

– Эсмеральда, собачка, да где же ты? – Казалось, голос дворецкого прозвучал прямо над ухом Ханны.

Вот же он! Какая удача!

Рука утонула в ледяных прелых листьях, юркнув в пустоту.

Ханна торжествующе улыбнулась, плюхнулась на живот и начала подлезать под забор, в неглубокий лаз, поросший по краям бурой травой. Близость Хаммондса придала девушке сил поэтому уже через несколько секунд она стояла по другую сторону изгороди и отряхивала штаны.

Эсмеральда глухо гавкнула, выражая радость от встречи.

– Эсми, малышка! – взволнованно воскликнул дворецкий. – Ты там, в кустах? – Похоже, Хаммондс мялся на дорожке, опасаясь продираться через заросли в поисках собаки.

Эсмеральда галопом понеслась прочь, к темнеющему массиву особняка, который высился горой посреди луга. Ханне оставалось лишь вздохнуть и припуститься за ней.

Слейд развернул на столе карту Вудбридж-Понда.

– Значит, так. Я разделил вас на несколько смен, что позволит следить за домом и его обитателями круглые сутки. Темпл, Харди, Бекинс и я заступаем на смену, остальные могут отправляться спать до семи утра. Надеюсь, все будет в порядке.

Охранники закивали.

– Эсмеральда! – раздалось снаружи домика. – Вот непоседа!

Мужчины тотчас потянулись за оружием.

– Это Хаммондс, дворецкий. Он выгуливает собаку по имени Эсмеральда. Здоровенный такой мастиф, в темноте можно спутать с теленком. – Слейд усмехнулся, довольный тем, как настороженно отреагировали охранники на неожиданный звук. – Те, кто не дежурит, могут идти спать. С Хаммондсом я разберусь.

Мужчины покинули домик: кто-то шел отдыхать, остальные собирались делать обход территории. Слейд остался один, и тотчас его плечи поникли.

«Я обещал Оливии, что ее мать будет в безопасности. Я обещал ей защиту в обмен на сотрудничество и не сдержал обещания. Теперь всякий раз, как я стану давать обещание, передо мной будет вставать ее лицо, бледное, беспомощное, с огромными от горя глазами. Проклятый Сайрус! Проклятая Пейшенс! Больше никто не падет от вашей руки. Я позабочусь, чтобы наказать вас за ваши злодеяния».

Перед мысленным взором возникло лицо Ханны, взволнованное, нежное – такое, каким оно предстало сегодняшним вечером.

«Моя жена носит моего ребенка! Разве я мог предположить, что такая новость почти собьет меня с ног, лишит дара речи, что я почувствую себя самым счастливым мужчиной на свете?

А если бы экипаж задавил Ханну? Если бы она погибла под копытами лошадей? Как я пережил бы страшную утрату?»

Слейд тихо вышел из домика и направился к пруду.

Он понимал, что наемные охранники тоже чувствуют вину за произошедшее. Предательство Джонса бросило тень и на их репутацию, а потому они старались изо всех сил реабилитироваться. Изменник Джонс погиб от их рук, и, возможно, вполне справедливо.