За горным туманом - Карен Монинг

Бутылка выпала из рук с глухим стуком. Сидхи Джеймс Лион Дуглас, самый красивый мужчина, знаменитый любовник на трёх континентах, мужчина, которому могли позавидовать сами Эльфы, опустился на землю и сидел очень тихо. Так тихо, что слёзы почти замёрзли на его щеках, прежде чем соскользнуть на землю.

******

Несколько часов спустя, Хоук совершил медленный, трезвый подъём обратно на крышу и тяжело сел рядом с Гримом. И словно чуть более ранний разговор не прерывался вообще, он сказал, «Неизменно-Твёрдый… Она сказала, он держал её за дурочку, и она плакала».

Гримм посмотрел на своего лучшего друга и почти вскрикнул от облегчения. Дикие чёрные глаза стали по большей части нормальными снова. Рваные, незажившие куски его сердца больше не свисали с рукава. Было лишь мерцание решительности и силы на лице прежнего Ястреба, но и это мерцание было хорошим началом. «Хоук, мой друг, нету ни одного мужчины, женщины или ребёнка в Далкейте, который верит, что она покинула тебя по собственной воле. Так мне остаться здесь и морозить своего взломщика девиц, пытаясь найти падающую звезду, или всё таки ты сделаешь что-нибудь сам. Я – и мои замёрзшие паховые области – будем бесконечно тебе благодарны. Как будет и весь Далкейт. Сделай что-нибудь, мужик».

Хоук закрыл свои глаза и сделал глубокий, дрожащий вдох. «Что именно? Ты видел, как они исчезли в воздухе. Я даже не знаю, где искать».

Гримм указал молча на задымлённую вершину Брахирового Холма, и Ястреб медленно кивнул.

«Да. Цыгане».

Гримм и Ястреб провели какое-то время, молча вглядываясь в вихри сероватой дымки.

«Хоук?»

«Хм?»

«Мы вернём её», пообещал Гримм.

Глава 33

Больше месяца изматывающих поисков ушло на то, чтобы найти цыган. Они ушли в более тёплые края на время зимы. Именно Гримм вышел, наконец, на их след и вернул Рушку обратно в Далкейт. Ястреб не знал, что для Гримма возвращение Эдриен стало персональным искуплением, и обнаружение цыган было лишь незначительным шагом на долгом пути.

«Кто Адам Блэк на самом деле?», спросил Хоук.

Каждый из собравшихся в Главной комнате задавался этим же самым вопросом по различным причинам в течение всего пребывания странного кузнеца, поэтому все они наклонились ближе, чтобы услышать ответ.

«Вы, Горцы, называете его народ дэойн си. Адам – эльфийский шут. Шут при дворе Эльфийской Королевы». Рушка вздохнул и пробежался взволнованными руками по серебристым волосам.

«Эльфы», осторожно повторил Гримм.

«О, не делай вид, что испугался моих слов, Гримм Родерик», сказал резко Рушка. «Ты сам слышал банши в ту ночь, когда твой народ был убит. Ты видел бин них, прачку, что стирала окровавленное платье твоей матери, до того, как та умерла. Только и заставляешь меня задумываться над тем, чему ещё ты был свидетелем, но о чём умалчиваешь». Рушка внезапно замолчал и покачал головой. «Но это не относится к делу. Реальность такова, что Эльфы обитают на этих островах. Они появились здесь задолго до того, как мы пришли, и наверное будут продолжать ещё долго быть, после того, как мы уйдём».

«Я всегда верила в это», тихо сказала Лидия.

Хоук тревожно переместился к огню. Он вырос на легендах об Эльфах, и эльфийский шут – син сирише ду – был самым опасным типом. «Скажи мне, как победить его, Рушка. Расскажи мне всё, что надо знать».

Хранить наследие прошлого было изумительным искусством памяти, и не все из цыган могли удержать такие исчерпывающие сведения в своих головах. Но Рушка был одним из лучших хранителем знаний, и его почитали за то, что он мог рассказывать старинные предания слово в слово – со слов его отца, а те были со слов его деда до него – и так пятьдесят поколений назад.

«Мне было это рассказано, как последователю». Рушка сделал глубокий вдох и начал.

«Есть два пути, чтобы обеспечить безопасность от Эльфов. Один – это потребовать клятву с Королевы по Договору Туата Дэ Данаан. Это почти невозможно добыть из-за того, что она редко интересуется делами смертных. Другой – это завладеть настоящим именем эльфа, с которым имеешь дело. Ты должен тогда произнести имя правильно, на родном языке существа, глядя прямо в глаза эльфу, и отдать ему свой приказ. Этот приказ должен быть подробным и исчерпывающим, чтобы подчинялись строго ему и беспрекословно. Нет ограничений по длине приказа, но он должен быть произнесён непрерывным, соединённым и непрекращающимся потоком слов. Ты можешь сделать паузу, но не можешь закончить высказывание до тех пор, пока приказ не завершён. Если приказ прерван разговором с кем-нибудь ещё, мера подчинения без промедления там и заканчивается». Рушка прервался на мгновение, изучая огонь. «Так что видишь, наши истории говорят, что если ты смотришь прямо в его глаза, когда называешь его настоящим именем, он переходит в твоё распоряжение». Рушка тревожно вышагивал перед огнём в Главной комнате.

«Какое у него настоящее имя?»

Рушка слабо улыбнулся и вывел несколько символов в золе очага. «Мы не произносим его вслух. Но он тот чёрный тип, который приносит забвение. У него есть много других имён, но только это имеет отношение к тебе».

Хоук недоверчиво посмотрел. Если бы он только произнёс имя Адама на гаэльском, он его бы получил. «Так просто, Рушка? Ты хочешь сказать мне, что он был так самодоволен и уверен в себе, что назвался Адамом Блэком?» Амадан Ду. Произнёс имя Хоук у себя в голове. Дословно переведённое, оно значило Адам Блэк.

«Да. Но есть одна загвоздка, Хоук. Сначала ты должен его найти. Он может оказаться у тебя в подчинении, только если он присутствует в этот момент и ты произносишь его имя, глядя прямо ему в глаза. А говорят, его глаза могут моментально свести с ума».

«Уже готов к этому», рассеянно прошептал Хоук. «Почему ты не рассказал мне всё это, пока он был ещё здесь? Пока не забрал Эдриен назад?»

Рушка покачал головой. «Ты бы мне поверил, если бы я сказал тебе, что Адам из мифической расы? Что мы верили тому, что он принёс девушку сюда для какой-то странной мести? Лидия говорила мне, что ты даже не верил, что она из будущего до тех пор, как не увидел её исчезновение своими глазами».

Хоук нахмурился и нетерпеливо потёр свой подбородок. «Так оно, так», признал он наконец, нехотя. «Но ты мог предупредить…»

«Я сделал это, Хоук, помнишь? Настолько, насколько мог в день похорон Зэлди».

Ястреб сдержанно кивнул. Правда. Но его голова была так заполнена мыслями о его жене, что он поставил свои желания выше предостережений.

«Кроме того, даже если я подумал бы, что ты поверишь, я всё же возможно не рассказал бы тебе. Подчинять Эльфов стоит лишь в крайнем случае. Это опасное дело. Настоящим именем ты можешь подчинить шута только один раз – и строго дословно по твоему приказу. Шут подчиняется только в точности тому, что ты ему говоришь. Скажи ты ему, «Я приказываю тебе принести Эдриен назад, и он принесёт её. Но она может быть мёртвой, потому что ты детально не изложил в каком состоянии».