ЧЕРНОБЫЛЬ - Юрий Щербак

- Как христиане мы очень сострадаем людям, которые были в Чернобыле, - сказал гость из Америки.- Мы молимся об их здоровье и возносим молитвы о тех, кто отошел в вечность. Ваши радости - наши радости. Ваше горе - наше горе. Мы исполнены сострадания, и не только мы, но и другие христиане Америки, понимающие эту беду.

В интервью, данном мне после службы, митрополит Феодосии сказал:

- Мы не должны забывать, что живем на одной маленькой планете, и мы должны научиться жить вместе. То, что случилось в маленьком городе здесь, могло случиться в любом другом месте, и это учит нас более бережно обращаться с атомной энергией. Нам надо вместе сесть и задуматься над тем, что может быть хорошего или плохого от использования ядерной энергии. Несколько лет тому назад глава русской православной церкви патриарх Пимен подарил мне особый знак: две руки и эмблема между ними - как символ сохранения жизни. Инцидент в Чернобыле учит нас бережному отношению к тому, от чего может пострадать человечество. Наша церковь исходит из того, что это был несчастный случай, и мы молимся за то, чтобы его последствия не были тяжелыми. Мы очень беспокоимся за безопасность ваших людей, находящихся вблизи места аварии.

А еще через месяц, в июле 1986 года в пожарную часть Чернобыльского района, туда, где в апреле работал "дед" Хмель и его товарищи, из США был привезен необычный подарок: мемориальная доска с посланием 28-го отделения пожарных города Скенектади от имени ста семидесяти тысяч членов ассоциации пожарных США и Канады. Вот оно:

"Пожарный. Часто он первым приходит туда, где возникает опасность. Так было и в Чернобыле 26 апреля 1986 года. Мы, пожарные города Скенектади, штат Нью-Йорк, восхищены отвагой наших братьев в Чернобыле и глубоко скорбим по поводу потерь, которые они понесли. Особое братство существует между пожарными всего мира, людьми, отвечающими на зов долга с исключительным мужеством и смелостью".

Передавая это послание советским представителям в Нью-Йорке, вице-президент Международной ассоциации пожарных Джеймс Макгован из Нью-Йорка и капитан Арманд Капуло из города Скенектади от имени всех честных американцев - а таких большинство, подчеркнули они, - с высоким уважением отозвались о наших людях. Они напомнили принцип, исповедуемый порядочными людьми всего мира: тем, кто попал в беду, сочувствуют, помогают, делают все, чтобы быстрее отвести несчастье.

Саркофаг

Станислав Иванович Гуренко, секретарь ЦК Компартии Украины (в период аварии работал в должности заместителя председателя Совета Министров УССР):

"Моя чернобыльская вахта длилась с 24 июля по 14 сентября. Работали мы в Чернобыле, в здании, где помещался штаб Правительственной комиссии. Наша роль - представителей республики - заключалась в обеспечении бесперебойной работы на всех объектах в Зоне.

Скажем, мы проводили в то время большую работу по подготовке Чернобыля к зиме. Ведь надо было разместить на зиму несколько тысяч людей - вахтовиков, создать им нормальные условия жизни. А город состоит в основном из индивидуальных строений с печным отоплением. Кроме того, было несколько угольных котельных, но их, естественно, нельзя было задействовать ввиду опасности возгонки радиоактивных аэрозолей. Поэтому занимались газификацией города. Следует сказать, что юридически и практически исполнительная власть в Зоне все время находилась в руках Киевского облисполкома. Всеми этими вопросами в нашей группе энергично занимался заместитель председателя облисполкома Юрий Каплин - кстати, физик по образованию. На него свалилась масса забот, начиная от того - кого куда поселять - и до поддержания в приличном состоянии дорог в Чернобыль. А ведь еще были проблемы водоснабжения, питания, охраны общественного порядка.

Главной нашей целью была организация в максимально сжатые сроки строительно-монтажных работ по сооружению саркофага. Для возведения этого уникального, невиданного в мировой практике сооружения потребовались десятки тысяч кубометров бетона. Чтобы бесперебойно работали бетонные заводы - а они выдавали свыше пяти тысяч кубометров бетона в сутки, - надо было их ежечасно "кормить". Мы должны были обеспечить поставку трех фракций щебенки в необходимом количестве.

Совмин УССР организовал дополнительную разработку щебня на карьерах республики. Перевозили щебенку по Днепру баржами речного флота. Для скорейшей разгрузки пришлось построить дополнительную пристань в Плютовищах - она и сейчас работает.

Когда наша "смена" приступила к работе, бетонные заводы уже были развернуты. Одна из основных наших задач - довести эти заводы до проектной производительности, потому что мало возвести саркофаг, его надо забетонировать. Заводы находились в относительно чистой зоне, а саркофаг - в Черной зоне. Бетон возили миксерами, и каждый этот многотонный самосвал-миксерочек надо было загрузить и перегрузить, чтобы уменьшить радиоактивную нагрузку на чистую зону.

Бетонные заводы расположили в Лелеве, а перегрузочный пункт - возле Копачей. Сейчас он как монумент стоит. А тогда, в те дни, самосвал въезжал на эту эстакаду и вываливал бетон в стоящие внизу миксера, которые шли в Черную зону. Эти миксера подъезжали к саркофагу и давали бетон на бетононасосы.

Кроме бетона мы занимались материально-техническим обеспечением всех нужд Зоны. Начиная от спецовки и кончая огромной металлоконструкцией - все это доставлялось через штаб Госснаба. В штабе сидел примерно десяток людей, работавших тоже в режиме 16-18 часов в сутки. В их задачу входило найти необходимое изделие, "выбить" его как можно быстрее и привезти. Шел огромный поток грузов со всей страны. Их надо было перегрузить в Дитятках, на КП. Поэтому там были сооружены перегрузочные пункты.

В районе бывшей чернобыльской Сельхозтехники развернули специальную базу, где велся монтаж и сварка металлоконструкций для сооружаемого саркофага. Затем их везли в Черную зону. Контрфорсы, фермы, подвесные конструкции, балки, положенные в основание крыши саркофага - все это изготавливалось на заводах и доставлялось сюда. Надо сказать, что монтажники блестяще справились с этой проблемой, они в короткий срок изготовили уникальные конструкции.

У нас в штабе работал диспетчер МПС, обеспечивающий грузам "зеленую улицу" по всей стране, поэтому доставлялось все туда очень быстро. Кроме того, мы строили автомобильную дорогу Зеленый Мыс - АЭС, призванную обеспечить быстрейшую и безопасную перевозку оперативного персонала на станцию. Эту дорогу также строила республика - Миндорстрой УССР. Проложили ее в кратчайшие сроки - с мая по октябрь, в сложных условиях радиоактивного заражения местности - лесов и песков. Развернули большое количество асфальтозаводов, работали тысячи людей. Надо было решать массу бытовых вопросов - разместить их, накормить, наладить справедливую оплату их труда.