Визуализация - Елена Рабецкая

— Наш разговор будет долгим, — с этими словами он сел в массивное дубовое кресло, обшитое темно-коричневой кожей и украшенное золотистыми узором, в тон корешков книг.

7

— Ты помнишь, как вчера вернулась, Лия? — произнес глава Совета Визуализации.

— Да. Я как всегда жутко устала.

— Неужели? А мне показалось, ты готова была перевернуть все вверх дном, лишь бы на несколько минут вернуться в земной мир!

— Обычная визуализация, ничего особенного. Я ведь даже не помнила, когда в последний раз праздновала свой день рождения!

— Обычная визуализация? Ты считаешь то, что вчера произошло, это было лишь обычной визуализацией?

— Так это и было. Разве, нет?

Повисла пауза, словно немой ответ не мог достучаться до сознания девушки, а старик не мог поверить в слепоту своей лучшей ученицы.

— Нет, Лия!

— А разве может быть по-другому? — она встала со стула.

— Все может быть в мире Визуализации, Лия! Только тебе одной из всех нас ничего не нужно, кроме желания для того, чтобы что угодно стало реальностью. Даже эта живая ткань на самом деле всего лишь искусно созданная тобою визуализация, стала реальностью в нашем и земном мире.

— Но разве можно пересекать грань, не имея пропуска? — девушка озадаченно смотрела на поблескивающие корешки столетних книг, в которых играло пламя фонариков.

— Пропуск? Ты считаешь, тебе нужен пропуск из мира Визуализации в мир людей?

— А разве нет? — и она посмотрела прожигающим взглядом на старика.

— Вспомни, кто ты есть, Лия, и ты получишь все ответы! — он положил на стол руки.

Девушка заметила, что его пальцы начали шевелиться. Но они не просто шевелились, они неестественно выворачивались из стороны в сторону. Их кончики стали похожи на мотки нитей скрученных в плотно прилегающие друг к другу комки.

Тонкие змейки ползли к ней все ближе и ближе по столу. И чем ближе они ползли, тем короче становились пальцы главы Совета Визуализации, словно их разматывали с той же скоростью, с которой продвигались живые нити…

— Не надо больше! Я знаю, кто я!

Пальцы старика вернули свой первоначальный облик.

— И кто же ты, Лия?

Девушка замолчала, подбирая подходящие слова. Наконец она произнесла:

— Мне не нужен пропуск в мир Визуализации, потому что я сама и есть визуализация. Но мне не нужен пропуск и в мир людей, потому что я визуализация, ставшая человеком. Но… с Туникой я намного сильнее…

Фонари начали гаснуть, и комната, погружающаяся в ночь, почти приобрела очертания спальни девушки.

"Кто ворует живую одежду?" — спросила Лия молча.

— Неужели, ты не знаешь ответа? — простонала тишина.

Лия вновь очутилась в своей спальне.

— Нис! — позвала она, сделав шаг к зеркалу.

— Я здесь, — ответили складки стекла.

— Зачем ты это сделала? — спросила Лия, глядя себе в глаза.

— Я не понимаю о чем вы, хозяйка.

— Перестань, Нис! Какая я тебе хозяйка! И ты прекрасно знаешь, о чем я!

— Я не понимаю, зазвенели металлические зеркала.

— Зачем ты украла одежду, Нис?

— Я ничего не крала!

Лия всмотрелась в свои глаза.

— Ты украла больше, чем просто живую одежду. Ты уже украла часть меня… Я хочу, чтобы ты стала собой, но я не хочу, чтобы ты стала мной! — и девушка начала визуализировать. Она представила себе Нис, такой, какой хотела бы, чтобы та была…

Все вокруг опять почернело.

— Мне пора, — прошептала Лия.

— Да…Удачи! — произнес старческий голос.

— Я вернусь.

— До встречи…

Туника вновь зашевелилась и опять начала проникать в ее тело тонкими живыми нитями…

8

Лия с трудом открыла глаза.

— Неужели я уснула в машине? Так и есть. Это был всего лишь сон. Один только сон. Но он был таким реальным. Как странно, мне раньше, кажется, никогда не снились такие сны.

Дождь почти закончился.

Девушка завела машину и отправилась домой. Как она и думала, ее парковочное место оказалось свободным.

Поднявшись на седьмой этаж, она вставила ключ в замок и повернула влево. Щелчка не последовало. Лия толкнула дверь и та с легкостью распахнулась.

В темноте послышалось радостное гавканье Помпа.

Свет зажегся, и она увидела отца с огромным букетом роз. Через секунду появилась мама. В руках она держала торт, на котором горело двадцать четыре свечи.

— С днем рождения! — два голоса родителей слились в один.

Отец обнял дочку и, поцеловав, отдал ей букет.

— Когда вы успели? Вы же были на показе! Мама, папа, вы меня здорово напугали! Но я очень рада, что это Вы!

— Задуй же скорее свечи, а то торт сейчас расплавиться! — с нетерпением произнесла мама.

Лия набрала полные легкие воздуха и подула на торт, огоньки заколыхались и нехотя начали гаснуть. Когда последний огненный фонарик потух, девушка обняла маму и тихо произнесла:

— Спасибо! Вы самые лучшие в мире родители!

Все вместе они направились в зал. Посередине комнаты стоял стол, на котором на одинаковом расстоянии расположились белые чашки, с росписью голубых цветов.

— Давай я порежу! — сказал отец, забирая торт из рук жены.

— Хорошо, тогда я займусь чаем.

Счастливые родители направились на кухню.

— Я сейчас, только переоденусь! — произнесла Лия и прошла в свою комнату. Помп последовал за ней. Она бережно достала из глубины шкафа тунику.

Под прикосновениями девушки складки ткани распрямились, глядя на нее можно было подумать, что ее только что отутюжили.

Лия положила тунику на кровать, и села рядом.

Хрупкие пальцы нежно гладили мягкий шелк.

— Прости. Я знаю. Ты по мне скучала.

Ткань зашевелилась, но девушку это нисколько не удивило.

— Я тоже, очень соскучилась.

Лия повернулась к шкафу с зеркалами.

— Какая же ты все-таки красивая…

Ткань зашевелилась.

Лия видела в зеркале, как шелк все сильнее прижимается к ее телу и срастается с кожей, складки ткани исчезли в мышцах, после чего на поверхности остался лишь искусный узор с голубыми и алыми цветками, соединенными серебристыми ветвями с маленькими листочками.

Лия почувствовала, как тонкие нити начали путешествовать по ее телу. Цветы распускались сотнями веточек, проникающими под кожу. Они ползли все дальше как маленькие змейки, оплетая ноги, руки, лицо, волосы. Проникали внутрь тела, скрывались в тканях и мышцах, сливаясь с сосудами, капиллярами и артериями, где вновь и вновь распускались новые цветки с сотнями живых нитей.