Возвращение в Гильдию - Василий Блюм

— А по-твоему, кого мы дожидаемся? Шестерня уже давно нашел, и немедленно двинул наверх. А мы все сидим, сидим…

Дерн виновато оглядел товарищей, засуетился, собирая разбросанные вещи.

Мычка покосился на кольчугу, где вяло шевелились слизни, время от времени красиво вспыхивая, мечтательно сказал:

— И все же, такая красота. Наверное, оно того стоило.

— Чего стоило? — на него с удивлением взглянул Зола.

Мычка неопределенно махнул рукой:

— Попасть сюда, задержаться, подождать, пока Дерн наловит улиток, чтобы насладиться изумительным переливом красок. И это шевеление, оно такое загадочное…

Постучав пальцем по виску, Зола отвернулся, а болотник с любопытством воззрился на охотника, пытаясь понять, шутит он, или начали проявляться последствия долгого нахождения под завалом, когда рядом довольно крякнуло, из темноты возникло оживленное лицо пещерника. Оглядев компанию, Шестерня произнес, удивленно округлив глаза:

— Что, все в сборе, и даже не подрались?! Не иначе пора выступать.

Сперва двигались группой, затем, когда из тьмы выдвинулись стены, выстроились гуськом. Первым, фальшиво насвистывая известную мелодию, шел Шестерня, следом двигался Мычка. Уши вершинника шевелились, улавливая малейшие колебания воздуха, а прикрытые глаза едва заметно подрагивали, выдавая настороженность охотника. Замыкал шествие Дерн. Сперва Болотник шел во главе отряда, подсвечивая путь кольчугой со слизнями, но когда Шестерня в который раз указал опасный выступ еще за десяток шагов, Дерн уступил ему первенство, а сам пристроился позади, надежно защитив спутников с тыла своим массивным телом.

Изредка попадались развилки, но, руководствуясь чутьем, Шестерня каждый раз не раздумывая выбирал путь, и наемники продолжали движение. Порой коридор резко менял направление, сужаясь настолько, что приходилось обдирать бока о шершавые стены, протискиваясь сквозь узкий проход. Пройдя очередной сверток, Шестерня остановился настолько резко, что, не успев среагировать, Мычка едва не расшиб нос об остроконечный шлем пещерника.

— Пришли, — жизнерадостно доложил Шестерня, — Эй, кто сзади, поворачивай оглобли!

Мычка выглянул из-за плеча пещерника, но ничего не увидел, пока Дерн, неспешно приблизившись, не осветил пространство своим импровизированным фонарем. Коридор в этом месте расширился, образовав небольшую пещеру, но впереди, выдаваясь изломанными очертаниями, высилась груда камней. По всей видимости, какое-то время назад, не выдержав напряжения рухнул потолок, оградив глубины от проникновения незваных гостей.

Дерн подошел к завалу, внимательно осмотрел стыки камней, спросил с сомнением:

— Может получится разобрать?

Шестерня, деловито шурующий в мешке с припасами, бодро отозвался:

— Нет смысла. Там шагов на сто породы.

— Уверен? — Дерн в упор взглянул на пещерника. — Может все же попробовать?

Шестерня пожал плечами:

— Попробуй, коли сил не жалко. Я камень нутром чую. Дальше не пробиться.

Зола огляделся, меланхолично произнес:

— Похоже, я поторопился с прогнозами. — Приблизившись к пещернику, с независимым видом уплетавшему остатки поросенка, спросил требовательно: — Что ж ты чутье не использовал, заранее не предупредил?

Шестерня взглянул снизу вверх на нависшего, словно смерть, мага, сказал просто:

— Так завал недавний. — Узрев на себе вопросительные взгляды товарищей, объяснил: — Камню отлежаться надо. Чем древнее порода, тем легче почувствовать структуру, где в скале каверны, а где жили золотоносные, — он с хрустом перекусил косточку, стукнул о ладонь, вытрясая сладкий мозг.

Мычка присел рядом, спросил с любопытством:

— И проходы чувствуешь?.

— Конечно, — Шестерня даже обиделся. — С проходами всего проще. В те отнорки, что я обошел, даже соваться не стоит. Короткие совсем. Если сомневаетесь, проверьте, как назад пойдем.

— А с этим что? — Зола озадаченно сдвинул брови.

Пещерник развел руками, сказал виновато:

— Завал свежий, еще отлежаться не успел, такой не почуять.

Кивая в такт словам, Мычка протянул руку за мясом, но пальцы захватили пустоту. Нахмурившись, вершинник сказал:

— Зола, ты б подсветил для разнообразия. Я мясо не вижу.

Шестерня встрепенулся, спросил с удивлением:

— Какое мясо?

Мычка искоса оглядел товарища, сказал сквозь зубы:

— Слыхал я, что хорошо прожаренный пещерник по вкусу удивительно напоминает свежую дичь.

— Что верно, то верно, — мечтательно произнес Дерн, привалившись к стене. Помолчав, лениво поинтересовался: — Кстати, Зола, все хотел узнать, а ты мог бы вызвать огненный шар такой силы, чтобы разом запечь дичь размером… — он повернул голову, взгляд остановился на Шестерне, — скажем, с Шестерню.

Зола, по-прежнему нависающий над пещерником, плотоядно ухмыльнулся, сказал замедленно:

— Да я и сам подумываю… — он шевельнул пальцами. Меж ладоней заклубилось облачко дыма, разгораясь, замерцали багровые мухи.

Шестерня посмотрел на Золу, перевел взгляд на Дерна, заинтересованно следящего за процессом, нервно произнес:

— Экие у вас нездоровые пристрастия. — Покосившись на огненных мух, что, увеличиваясь на глазах, выросли уже до размера шмеля, на всякий случай отодвинулся, добавил поспешно: — А насчет мяса я вспомнил, действительно, осталось немного с прошлого раза. Но… быть может, стоит придержать про запас?..

Зола развел ладони, к потолку взмыли с десяток ярко-желтых шаров размером с дикое яблоко, осветив черные в голубых прожилках стены. Воспользовавшись моментом, Мычка забрал у Шестерни мешок, пообещал недобро:

— С запасом сложностей не возникнет. Хватило бы сил унести.

Наскоро перекусив, двинулись назад в прежнем порядке. Уходя, Мычка обернулся, глядя на недвижимо висящие на прежнем месте огнешары, поинтересовался:

— А это за нами не полетит?

Маг покачал головой, пояснил коротко:

— Это стационарное заклятье, связывает объект с местом. — Наткнувшись на выжидательный взгляд вершинника, добавил: — Есть и динамическое, оно сложнее. Но без посоха даже не буду пытаться. Без толку.

Мычка некоторое время шел молча, затем вдруг спросил:

— А каким образом используешь посох? Сколько на этот счет думал, ничего на ум не пришло.

Зола отозвался желчно:

— А ты не думай, от этого голова распухает.

— Как у Дерна? — Мычка кивнул назад, где с неизменным зеленым «фонарем» шествовал болотник.

Не реагируя на подначку, маг ответил:

— Посох — усилитель, — пошевелил пальцами, подыскивая подходящее сравнение. — Ну, как если кулаком врезать, или мечом ткнуть. Без посоха я заклятиями машу, как ты руками. Можно при необходимости и в рожу дать, но не более.

ГЛАВА 6

Обратный путь показался намного короче. Вскоре стены вновь разошлись, а из темноты выступил знакомый песчаный холм. Зола остановился, сказал с настойчивостью:

— Чтобы не тратить время, выбираясь из неожиданных тупиков, предлагаю осмотреть прочие выходы из пещеры. А чтобы повысить эффект, нужно разойтись.

Шестерня одобрительно крякнул. Произнес с восторгом:

— Вот светлая голова. И как я сам не догадался!?

Дерн кивнул, сказал рассудительно:

— Что ж, давайте попробуем. Только… кому-то надо остаться, а лучше — двоим. В случае чего — сумеют прийти на помощь. К тому же вдвоем проще отбиться, мало ли, что может выйти из катакомб привлеченное светом.

Шестерня почесал в затылке, сказал в затруднении:

— Хорошая мысль. Только кто ж останется?

Не глядя на товарищей, Зола буркнул:

— Я бы поставил вопрос по-другому — кто пойдет? — Не дожидаясь комментариев, продолжил: — А пойдут те, кто хоть как-то может ориентироваться в полной темноте.

— Значит, пойду я, — просто сказал пещерник.

Мычка с натугой приподнял «фонарь» болотника, сказал напряженно:

— А вторым…

Покачав головой, Дерн легко перехватил кольчугу одной рукой, и, повернувшись к товарищам спиной, неторопливо зашагал прочь. За ним, не говоря ни слова, исчез пещерник.

Когда Шестерня вернулся, Мычка стоял в центре светового пятна, пробуя пальцами тетиву короткого лука. Неподалеку восседал Зола. С головой уйдя в изучение пожелтевших свитков, ворохом разбросанных у его ног, маг что-то чертил на песке, используя в качестве стилоса стрелу.

Приладив лук на спину, Мычка посмотрел на вошедшего в круг света Шестерню, спросил с подъемом:

— Как успехи?

Войдя в круг света, пещерник произнес отдуваясь:

— Насилу дошел. Проверил четыре прохода.

— Коль чуешь, зачем проверял? — Мычка с любопытством приподнял бровь.

Шестерня развел руками, сказал расстроено: