Эйта - Варвара Лунная

Дружинники встали рядом, но из избушки никто выходить не спешил и в дом гостей не приглашал.

— Выходи добром, а не то волоком выведу, — пригрозил Еремей.

Егор и ещё несколько дружинников только вздохнули. Ну кто ж с колдунами так разговаривает?

— Нет там никого, видать, — подал голос Олег. — Испугали мы колдунью.

— Это правильно, пусть боится, — кивнул князь. — Подпалить ей дом, что ли? — размышлял он вслух.

— Да ты что, княже, — ахнул Егорка. — Да разве ж так можно? Мы же не супостаты какие.

— Пусть знает что моих людей безнаказанно пугать нельзя.

— И всё же Егор прав, — поддержал парня Олег. — Не по–людски это старуху бездомной оставлять. Мы место ей её указать приехали, а не со свету сживать.

— Место, — усмехнулся князь. — И где она, эта ваша ведьма? Эй, — крикнул он что есть мочи. — Выходи, князь твой в гости к тебе пожаловал.

— А я гостей не звала, — раздался из‑за спины насмешливый голос, и вдруг резко завыл ветер и затрещали деревья. Испуганные кони рванули прочь в лес. Мужчины вздрогнули, те, у кого в руках не было оружия, схватились за него.

— Вместе держаться, — перекрикивая ветер, заорал князь Еремей.

А ветер не унимался, потом непонятно откуда ударила молния, затрещала и стала крениться большая старая сосна. Люди шарахнулись в сторону. Деревья рушились одно за другим, тесня людей к заводи. А потом всё стихло, но не успели дружинники выдохнуть и оглядеться, как Пересвет испуганно закричал:

— Нежить.

И действительно, из воды валом повалили русалки, мавки, лоскотухи и утопленники.

— Вместе держаться, — князь не успевал отбиться от одного утопленника, как на него со всех сторон наваливалось ещё двое, а то и трое.

— Какие милые, — заливисто смеялись русалки, щекоча мужчин. — Ну не бейся ты так, мы не обидим. Поцелуй разочек. Ну разве я не хороша? Разве видал ты девку краше?

— Не сопротивляйтесь, — вдруг закричал ведун. — Им приказ дан до смерти не замучивать.

— Так силы же тянут, — скрипя зубами прошипел Олег, отшвыривая от себя хвостатую тварь и брезгливо вытирая рукавом губы, до которых русалка всё же дотянулась.

— Конечно, тянем, — русалкам удалось отобрать у воина меч, и сразу три девки повисли у него на шее. — Какой ты сладкий, какой сильный. А нам тут так одиноко.

— У, нечисть, — Олег отшвырнул от себя сразу двух русалок. — Пошли прочь.

Но как бы не сопротивлялись дружинники с князем, силы были не равны и речная нечисть хоть и не скоро, но всё же тянула из людей энергию. Люди вымотались, и некоторые уже едва держались на ногах.

— Держитесь, — князь подержал Пересвета, который совсем ослаб. Он хоть колдуном не был, но его жизненная сила нежити нравилась больше. — Надо на сушу выбраться, в воде погибнем.

Но выйти из воды оказалось не так просто и когда уже подогнулись колени у самого князя, вдруг дунул ветер. Но ветер был странный, людям только волосы растрепало, а вот всю водную нечисть просто сдуло. Еремей с дружиной поспешили передышкой воспользоваться и кто как, кто прямо, а кто и ползком, поддерживая совсем ослабевших товарищей, выскочили на берег.

— Ведьма, — прошептал Пересвет, неопределённо махнув рукой.

— Ну здравствуй, князь Еремей — из‑за деревьев вышла Эйта.

— Уходи отсюда, девка, — прохрипел князь, — опасно тут.

— Да ты что? — усмехнулась девушка, складывая руки на груди и князь растерялся.

— Она? — удивлённо спросил он, взглянув на своего ведуна. — Так ведь старая… говорили же…

Ведун только кивнул. Дружинники тоже переглядывались, никак князь головой тронулся, где он девку увидал, старуха же древняя за деревьями стоит.

— Что же ты, ведьма, гостей так не ласково встречаешь? — князь с большим трудом встал на ноги.

— Так ведь и ты, князь, не самый вежливый гость, — в тон ему ответила колдунья. — Как пришёл, так и встретила.

Еремей смутился. Рядом с ним встали плечо к плечу несколько дружинников, встали как подпорки, потому как негоже князю перед кем бы то ни было достоинство ронять.

— Ловко ты с нами справилась, — не удержался от комплимента Еремей. — Нечисть, значит, разводишь?

— На что мне её разводить? — удивилась Эйта. — Нечисть она сама по себе, а я лишь подкармливаю. Изредка. Соседи, как‑никак.

— И не боишься таких соседей‑то? — усмехнулся кто‑то из дружинников.

— Нет, — покачала головой колдунья, — они‑то ко мне, как раз, с мечами наперевес не наведываются.

Князь покашлял, прочищая горло. Ну какова нахалка, посметь сравнить его, князя, с болотной нежитью. Хотя, конечно, некрасиво получилось. Еремей молчал, молчала и колдунья, внимательно рассматривая «гостей».

— Ты сядь, князь, не трать зря силы, — наконец сказала Эйта. — Вам же ещё до дома добираться.

Мужчины испуганно переглянулись, про дорогу домой пока никто и не вспоминал. Да как же теперь? Кони‑то от страха разбежались.

— Ты уж не серчай, но к себе ночевать не позову, — с усмешкой продолжала ведьма.

— Коней хоть верни, — без особой надежды попросил Пересвет.

— Сами вернутся, коли ноги не переломали. Домой. Или ты хочешь чтобы я за вашими конями по лесу бегала, да ловила?

— Не плохо было бы, — хмыкнул ведун, — соседи, как‑никак.

Такую наглость Эйта просто проигнорировала, она присела у большого дуба, не спуская глаз с «гостей».

— А ты, князь, почему колдунов не любишь? — поинтересовалась она.

— Тебе‑то откуда про то известно? — удивился Пересвет. — Да и вообще, не твоё это дело, ведьма. Вторая‑то твоя товарка где? Прячется?

— Кто вторая? — не поняла девушка.

— Говорили ведьма старая, а ты сопливая совсем.

— Не нарывался бы ты, Пересвет, — буркнул Олег недовольно. — Не хватало чтобы она снова осерчала.

О том что ведьма выглядит иначе чем видится дружинник догадался, к тому же, если прищуриться и голову вправо наклонить, то в расплывающемся изображении мелькала светловолосая девушка и мужчина понял что та старуха, которую он видит, просто морок, колдовские шуточки.

— Слушай более умных товарищей, ведун, — насмешливо сказала Эйта.

— Предал меня как‑то колдун, — не дал разгореться спору князь.

— А–а–а, — кивнула Эйта. — Теперь понятно с чего ты так пришёл.

— Что тебе понятно? — насмешливо спросил князь. — Не ты ведь предала. Я под одну гребёнку всех не мету, просто колдунов теперь при себе не держу. А к тебе я пришёл, потому что ты на людей моих напала, а мой долг, как князя, народ свой защищать.

— И как защищать будешь? — с любопытством поинтересовалась колдунья.

— Издевайся, — горько сказал князь. — Думаешь, хитрость применила и твоя победа?

— Да я, вроде, с тобой не воевала, — возразила Эйта. — Это вы ж набросились, дюжиной на меня одну.