Возвращение, или Свободу попугаям! - Юлия Фирсанова

— С "разломать" проще, — авторитетно поддержал беседу Кейр.

— Кто бы спорил, — согласилась я, вспоминая поучительную историю своей страны и развалины Тени Ручья. — Впрочем, мы пойдем более трудным путем и ничего ломать не будем, ну, пожалуй, кроме кустов, потому что летать, подобно сильфам, пока не навострились, а в Мидан добраться надо. Для начала попробую Фаля в чувство привести.

Просто трясти и будить малыша мне не хотелось, если он действительно устал бедолага, то ему надо помочь отдохнуть. Может, стоило просто дать сильфу отоспаться, но уж больно стосковалась я по звонкому голоску непоседливого малютки.

Перебрав мысленно подходящие руны, я остановилась на четырех и, шепча их названия УРУС, СОУЛУ, ВЕРКАНА, ЙЕР, принялась чертить пальцем над дрыхнущим без задних лап Фалем. Тонкая фигурка удивительного создания, живая, дышащая и одновременно кажущаяся статуэткой бледного, будто светящегося изнутри янтаря покоилась в облаке длинных рыжих волос и пары разметавшихся радужных крыльев. По мере того, как руны Силы, Энергии, Роста и Урожая, пробужденные к жизни моим призывом, обретали жизнь и силу, сливаясь воедино, Фаля все явственнее окружала оболочка, сияющая, как маленькое личное солнышко.

— Хочешь сделать из сильфа фонарик? — полюбопытствовал Гиз, ничуть не смущенный моим "сильным колдунством". Между прочим, мужчина четко уловил момент, когда я перестала творить магию и можно было говорить, не рискуя огрести по полной программе за сказанное под руку в ответственный момент. Наверное, благодаря своему амулету свежеиспеченный телохранитель видел многое, недоступное обычному зрению. А может, это я после вынужденного перерыва, дорвавшись до магии, действовала с избытком внешних эффектов. Впрочем, проверять времени не было, шарик яркого света словно влился в тело и крылышки сильфа, он потянулся по кошачьи, распахнул невероятные изумрудные глаза и радостно завопил:

— Оса!

Взметнувшись вверх маленькой ракетой, Фаль спикировал мне на плечо и так крепко вцепился крохотными ручонками в шею, что будь мой дружок чуть крупнее, одной магевой в мире стало бы меньше. И эпитафией на могильной плите стала бы надпись "Она умерла от чужой радости".

— Я так скучал! Так скучал, когда ты исчезла! Я даже плакал! А ты скучала обо мне? — затараторил сильф, усевшись на моем плече поудобнее, но ладошек от шеи не отнял, будто опасался, стоит выпустить меня из рук и непутевая магева опять испарится.

— Очень скучала, — заверила я малыша и поразилась, каким радостным удовольствием вспыхнул его зеленый взгляд. — Ты мне даже снился! Спасибо за то, что помог вернуться, Фаль! Как же тебе это удалось?

— Сам до конца не понял, — потупился мотылек и, в волнении болтая ногами, принялся рассказывать: — Я думал о тебе и спал, когда Дэлькор вдруг заржал, как всегда, когда твой зов слышал, и помчался в лес. Я решил, что ты вернулась, и со всех крылышек полетел за ним. Навстречу! А Дэлькор очень быстро скакал, потом заржал снова, весь засветился и исчез. Я чуть не заплакал от разочарования, так мне тоже к тебе хотелось. Тогда и случилась со мной ОНА. Магия сильфов. Пыльца засветилась, как Дэлькор, я увидел коня и тебя, а вокруг очень красивый узор, как рамка фигурного пламени. Я еще сильнее к вам захотел, и так само получилось, что вы взяли и рядом оказались! А я так устал, что сразу уснул. Оказывается, творить магию очень тяжело. Только если б еще тысячу раз так сделать пришлось, я бы сделал, лишь ты больше никуда не исчезала! — мой маленький товарищ глубоко вздохнул.

— Спасибо, Фаль, ты настоящий верный друг! — искренне поблагодарила я и перевела рассказ малютки единственному исключенному из беседы по причине магической невосприимчивости телохранителю. Сильф же в порыве чувств чмокнул меня в шею и заискивающе поинтересовался:

— А что ты мне в подарок принесла?

Заметьте, не "принесла ли что?", а "что принесла!?".

— Потом покажу! — загадочно шепнула я.

Мне сразу стало тепло, смешно и уютно, как в широком кресле под пледом в прохладный денек. Пусть мы ехали через лес к городу, где я провела едва ли сутки, а чувство было такое, что вернулась домой. Умиротворение (вот теперь все правильно!) на лице Кейра, непоседливая радость в глазах Фаля, его искристые крылышки, доверчиво щекочущие мою шею, бархатная спина Дэлькора подо мной — это был дом! Не хватало только лукавой улыбки Лакса, но этот недочет я собиралась исправить. Благо, что мы уже почти добрались до Мидана. Во всяком случае, стук топоров и перекличка дровосеков где-то слева слышался все отчетливее, а впереди нарастал ровный гул большого города. Проложенная Дэлькором и преследовавшей его погоней тропа кончилась проломом в стене кустов у дороги, неподалеку от бивуака балаганщиков, как и три недели назад обступавшего Мидан. И только тогда я сподобилась уточнить:

— Кстати, Кейр, ответствуй, переполох в городе унялся?

— Губернатор с супругой в узилище под следствием, их дочь добровольно удалилась в братство сестер-целительниц Миранды, твой знакомый красавчик Фелик временно назначен новым Губернатором, — дал коротенькую справку Кейр.

— Да уж, повезло бедолаге, — посочувствовала я симпатичному юноше, на плечи которого господин в благодарность за спасение возложил столь тяжкую ношу. Любое доброе дело наказуемо!

— Но в город мы все равно возвращаться не стали, мало ли у прежнего губернатора знакомцев осталось, жаждущих за потерю влияния на дружках магевы отыграться, — резюмировал мужчина.

— Да недобитые сторонники прежнего режима опасные твари! — согласилась я и выдала свежесочиненный афоризм: — Осмотрительность — мать долголетия!

— Очень правильные слова, не забудь! — осторожно, как ядовитую змейку, придерживая в седле иномирный пакет, посоветовал Кейр не без добродушного ехидства. Будь у мужика усы, непременно сейчас усмехался бы в них.

— На то, чтобы их помнить у меня в компании два очень полезных человека имеются, называются телохранители. Так к сведению, ты, Кейр, — один из них, значит, я теперь могу быть в два раза беспечнее! — нахально заявила я под заливистый смешок Фаля.

— Упаси Творец! — "испугался" мужчина с долей истинного ужаса.

— У меня бывают провалы в памяти, — обронил с эдаким задумчивым намеком Гиз в остроумной, но тщетной попытке вернуть мне осторожность.

— Главное, чтоб ты ничего главного не запамятовал, к примеру, что отныне на меня не охотишься, а то начнут меня снова опять спасать и прятать, как дохлую мышь. Не хочу! — оповестила я киллера и тут же хлопнула себя ладонью по лбу: — Да, кстати о забывчивости, я ведь балаганщикам с их куклами разобраться обещала. Ладно, после Лакса они следующие в плане мероприятий.