Возвращение, или Свободу попугаям! - Юлия Фирсанова

Щелкнув выключателем, я поискала взглядом коня, чей рыжий круп маячил на периферии зрения. Аккуратно огибая меня, при этом Дэль почти до половины ушел в стену, а копытами залез в розетку у полок с обувью, жеребец тянулся к зеркалу.

Стоило моему волшебному животному коснуться его поверхности, словно целуя отражение, как раздался переливчатый, мелодичный и в тоже время заставляющий ныть зубы звон. Свет от шкуры коня словно перекинулся на декор из рун, заставляя их запылать яркой голубизной, ядовитой зеленью, холодным серебром и неистовым золотом. Внутри же, в раме из рун, появились серые клубы густого, как деревенская сметана, тумана. Ни я, ни Дэлькор больше не отражались в зеркале, зато в серой густоте засияла поначалу слабая, но с каждой секундой становившаяся все более яркой и близкой искорка. С неистово бьющимся в предвкушении сердцем я сощурилась, следя за ней. Почему-то мне казалось очень важным не отвести глаз. Дэлькор так и стоял, прижавшись мордой к туманному стеклу.

А искорка, бывшая поначалу с головку спички, все росла и росла. Вот она уже увеличилась настолько, что я смогла различить детали. Какая к черту искра! Трепеща радужными крылышками в сером тумане, прямо на нас летел Фаль. Его зеленущие глаза сверкали как пара мощных фонариков, гибкое тело напряглось, выгибаясь дугой. Конь призывно заржал. Словно повинуясь этому звуку, смешавшемуся со все нарастающим звоном, сильф неистово замахал крылышками. Вокруг Фаля моментально возникло радужное облачко из разноцветных искр, и вот уже вся серая мгла засверкала столь же ярко, как малютка сильф. Почему-то запахло мятной жвачкой, и молнией блеснуло что-то тонкое, голубовато-серебристое, как игла. Дэлькор всхрапнул, попятился и толкнул меня обретшей материальность чугунной башкой. Я ощутила сильный тычок в спину, потом больно ткнулась коленками в подзеркальник и, не удержавшись на ногах, полетела головой вперед, прямо в зеркало. Почему-то стекло оказалось вязким на ощупь и холодным как сентябрьская вода, а потом был захлебывающийся неистовым восторгом вопль Фаля:

— Получилось! Получилось! Полу… — и ватная темная тишина, навалившаяся мягким одеялом.

Глава 1

Пахло нагретой на солнце зеленью, стрекотали и жужжали насекомые, где-то неподалеку чирикало несколько деловых птичек. Я очнулась лежа на траве, голова покоилась на чем-то пусть и не очень мягком, но чертовски уютном, наверху было голубое летнее небо, а на груди свернулся клубочком Фаль, его махонькие ручонки крепко вцепились в мою футболку. Похоже, малютка спал, тельце подрагивало. Справа, в излюбленной собачьей позе, расположился Дэлькор, прижимаясь ко мне теплым боком. Черная грива бандита щекотала руки и шею.

Первую секунду я восторгалась, вторую неистово испугалась, что вижу сон, в третью поняла, что мне жутко мешает твердый сучок, попавший под бок, и завозилась, разрушая мирную идиллию момента, сунула руку под спину и вытащила ножны с кинжалом. Моим кинжалом — даром древней черепахи из озера.

— Выспалась? — раздался надо мной знакомый чуть хрипловатый от волнения голос.

Запрокинув голову посильнее назад, я увидела угловатое, суровое лицо Кейра с массивным подбородком. Терпеливое ожидание мужчины мешалось с неимоверным облегчением и почти детской радостью. Я протянула:

— Не знаю. В таком ответственном деле никогда нельзя быть уверенной на сто процентов.

Сказала задумчиво и лениво, а хотелось заорать во все горло от переполнявшего организм восторга, подпрыгнуть и повиснуть у телохранителя на шее, обхватив его крепко-крепко, чтобы ни одна зараза больше не смогла меня выдрать из этого мира и отправить по своей высшей прихоти в другой. Своей жизнью я хотела управлять сама, а не плясать под чужую дудочку!

Впрочем, с тем, чтобы вцепиться в Кейра, можно было и не спешить. Сильные руки воина, придерживающие меня за плечи, пусть и с показной небрежностью, преследовали ту же цель. Сообразив, что я очнулась, Дэлькор радостно заржал и нежно облизал мое лицо. Терпеливо снеся несколько поцелуев преданного коня, я села, отфыркиваясь, длинная футболка прогнулась на бедрах маленьким гамаком, где продолжал безмятежно дрыхнуть Фаль.

— Спасибо Кейр, что вытащили меня. Я так соскучилась! — а потом все-таки не выдержала и повисла у телохранителя на шее, как и собиралась с самого начала.

— Мы по тебе тоже скучали, магева, — отвел подозрительно заблестевшие глаза мужчина, сглотнул вставший в горле комок и осторожно, но крепко, обнял меня. — Только мы ж не маги, не под силу тебя нам сыскать было, всего и оставалось, что ждать. А как Дэлькор с места сорвался, будто бешенный, мы, коней не седлавши, следом припустили, решили, тебя он почуял. Да разве за твоим скакуном угонишься? На полянку эту выскочили, глядим, ты уж здесь, и он рядышком довольный лежит, скалится.

— Значит, Фаль и Дэлькор меня вытащили, не знаю уж, как у них вышло, — резюмировала я, потрепав буйную гриву преданного волшебного коня и осторожно погладив самым кончиком пальца рыжего сильфа, свернувшегося будто в колыбельке в моей футболке.

— Мелкий стало быть тоже тут? — подивился Кейр.

— Ага, умаялся, дрыхнет без задних ног, бедолага, — нежно улыбнулась я.

— Еще бы, в первый раз пыльцу с крылышек стряхнул для такого могущественного волшебства, — второй голос, раздавшийся слева от меня, тоже был пусть не привычен, но знаком.

Я резко развернулась, вызывая в сознании образ защитного круга рун, закрывавшего меня, Кейра и Дэлькора. Рядом с двумя лошадьми стоял ОН. Мой несостоявшийся киллер из Тэдра Номус. Не в прежних обносках с плеча Лакса, а в каких-то простых и в то же время изящных черно-серых одеждах, плотно облегающих тело. И пусть в руках его были поводья коней, я не кинжал, спокойней на душе не становилось. Ведь именно из-за него мне пришлось в прошлый раз звать на помощь, именно из-за него меня, как нашкодившего щенка, выкинули за шкирку из этого мира. Больше я такого не допущу! НИ ЗА ЧТО! Кинжал будто сам покинул ножны, удобно легла рукоять древнего клинка в ладонь, во второй начал загораться, призванный отчаянной нуждой и руной КАНО шар огня.

— Оса, подожди! — торопливо выпалил Кейр, вскакивая на ноги вслед за мной и хватая за запястья. — Гиз не враг тебе!

— Конечно не враг, ничего личного, контракт есть контракт, — подтвердила я сквозь зубы.

Прохладные серо-голубые глаза улыбнулись мне, голова склонилась в легком поклоне, продемонстрировав темную рыжину затылка. Киллер отпустил поводья коней, медленно развел руки, демонстрируя пустоту ладоней, опустился на одно колено и промолвил: