Overlord: Право на жизнь. Том 1 - Hydra Dominatus

не максить его уникальную характеристику это лютый бред. Вместе с тем исчез барьер для двух навыков и мои два навыка прокачались до второго уровня. Смертельный укус отвечал за эффективное насыщение крови, вампирское зрение стало ещё чётче. А вот классовый поинт кинуть в младшего вампира мне система не разрешила, сказав что эта прокачка возможно только за счёт крови.

— Оно и к лучшему, сэкономлю поинт и вкачаю себе потом ещё один класс.

А далее началось истребление. Лес прочёсывали две группы по пять человек, кроме того делали они слишком самоуверенно. Лес же был слишком тёмным для простых людей.

— Твою мать, Крис, Парсель, вы, сука, где⁈ — закричал один из бойцов, после чего холодный пот пробил его. — Твою мать…

Со всех ног сорвался разбойник, он кричал и вопил на весь лес, пугая жуткими криками второй отряд, который после такого решил отступить обратно в лагерь. Я же без труда загнал добычу, пользуясь своим превосходством в силе, ловкости и следовательно скорости. И этого противника я выпивал уже до самой последней капли.

Остальные трупы я тоже обошёл, собрал лут, выпил всё, что не вытекло. Но вытекало как правило очень много, я бил в артерии, заставляя своих врагов истекать кровью. Кроме того чем дольше лежал труп, тем меньше прокачивался навык и тем хуже давалась классовая экспа.

— Какое же дерьмо… — утерев кровь с губ, прошипел я.

Жажда отступила, баф ослаб, дебаф исчез. Сытым я всё ещё был быстрее дезертиров, правда в одиночку против десятерых я вряд ли вывезу. Однако убивать их нужно сейчас, иначе скоро припрутся другие и квест станет невыполнимым на текущем уровне моих сил.

— И выманить их не получится, просрались они знатно. Даже утром не факт, что выйдут из лагеря. Незамеченным тоже не проскользнуть, смотрят во все стороны, а всё вокруг отлично просматривается. Последние метров сто и вовсе никаких укрытий.

— Помочь? — вновь позади появилась Лира, которая уже поняла, что я не такой уж и всесильный древний вампир, как говорилось в мифах.

— О, ты же ученица ведьмы. Умеешь что-то полезное?

— Яд и антидот. Склянки бросить во врага, антидот выпить, но лишний раз лучше не дышать.

— Они умрут от него?

— Скорее заплачут жгучими слезами и лишатся зрения. Возможно навсегда. Желательно навсегда, — с холодной жестокостью добавила Лира. — Но у меня их только три. Их сложно делать, растения нужны особые, мастерство…

— Главное этих вальнуть, а дальше всё пойдёт куда легче.

От силы скейлились мои физические удары, ловкость влияла на их скорость, восприятие повышало точность, запас выносливости влиял на количество ударов за один подход, телосложение повышало регенерацию, стойкость отвечала за сопротивление — это база. Однако сами характеристики также влияли и на другие параметры. Например поинт телосложения чуть-чуть качал запас выносливости, не так сильно как одноименная характеристика, но прокачивал. Интеллект вероятно скейлил магический урон, мудрость отвечала за манапул.

Правда конкретных цифр найти не удавалось. Система уведомляла о повышениях, но не уточняла размер этих повышений. Это меня огорчало, я любил разбираться в цифрах и задрачивать каждую сотую долю, а меня этой возможности лишили. Впрочем, всё оставалось интуитивно понятным. Кроме того как качать другие характеристики. Ведь максимальный лвлом был сотый, а значит я смогу прокачать до сотки жажду крови и… странно же будет, если остальное останется по нулям. Значит имелись другие способы прокачки характеристик.

В любом случае с этим разбираться надо будет позже, ведь сейчас меня интересовало получение третьего лвла. С разгона я взбежал по частоколу и легко его перепрыгнул, после чего раскинул во врагов склянки. Эффект был как от перцового баллончика, слёзы, кашель, полная дезориентация и паника.

Я вырезал их одним за другим, выпивал до дна, но в конечном итоге обнаружил, что сопротивление было полностью сломлено. Они побросали оружие и начали молить о пощаде. Среди них были как отъявленные мерзавцы, так и совсем молодые юноши, которые были силой вырваны из деревенской жизни и отправлены на службу короне. При чём корона судя по всему плевать хотела на выполнение своего долга. Монстры и разбойники терзали крестьян, а солдаты защищали… наверное какие-то личные богатства? Или же просто армия королевства была развалена. Трудно было сказать.

— Умоляю, не убивайте… — молил один разбойников, упав на колени.

Он не видел меня, не мог открыть из-за боли глаза, но продолжал умолять. Интересно, сколько раз он сам видел такую ситуацию и сколько раз внемлил подобным просьбам? Дай человеку власть над другими, заставь его поверить в безнаказанность и вот уже человек становился монстром. Не важно кем он был до этого, большинство превратится в лютого зверя, который будет наслаждаться каждым моментом.

Такова природа человека, подавлять и захватывать других на благо себя и своего потомства. Будь у других животных чуть больше интеллекта, чтобы построить такую логическую цепочку, например что можно перегрызть других волков, чтобы кролики начали плодиться чаще и охота стала проще, так они бы тоже грызться начали.

— Слишком умные для того, чтобы не жрать собственное дерьмо… слишком тупые, чтобы научиться не враждовать, а договариваться, — печально произнёс я, а рана на моей ноге к слову уже полностью исцелилась, даже шрама не осталось и это ещё без всяких зелий, да уж, система не наврала, моя раса точно сильнее других в начале.

— Ты же их не пощадишь? — спросила меня Лира, тоже входя в лагерь.

— Они все были там?

Лира провела взглядом по разбойникам и затем указала лишь на одного парня:

— Все кроме этого.

— В таком случае за убийства, за воровство, за грабежи и за насилие над заведомо слабейшими вы приговариваетесь к смерти, — пожав плечами произнёс я.

— Приговариваетесь? — кривляясь произнёс седой разбойник. — Да кто ты такой, чтобы нас судить? Шавка королевская что ли?

*Придумайте имя персонажа, под которым вас будут знать на этих землях*

— Вильгельм де Ромар, — произнёс я, выбрав хоть и не родное для меня имя, но больше подходящее для персонажа вампира. — И сужу я вас по праву силы.

— То есть ты ничем не лучше нас?

— Лучше.

— Это ещё чем?

— Тем что жив, а ты навсегда лишишься всякой возможности влиять на этот мир.

Одного лишь мы оставили в живых и то вероятно ненадолго, я просто с ним поговорю, ведь в моих глазах он