Сюрприз для отца-одиночки - Мелинда Минкс

Я слышала, что строительство идет хорошо. Я не могу дождаться, чтобы записаться на прием к тебе в SPA.

— Я тоже, — говорю я, улыбаясь при одной мысли о моем SPA.

— Но я хотела спросить, не могла бы ты принять меня завтра? — говорит она. — У меня опять болит спина.

— Завтра... — говорю я, — Ну, знаете, обычно я делаю все, что могу, чтобы втиснуть вас в свой график... но думаю, что мне придется отменить все мои встречи на завтра. Возможно, и послезавтра тоже.

— Что? Почему? Что случилось?

— У меня дома прорвало трубу. Он полностью разрушен из-за повреждения водой. Мне пришлось доплатить сантехнику, чтобы забрать оттуда самое ценное.

— Боже мой! — она говорит. — Я скажу Райлану. Он позаботится об этом.

— Нет. Пожалуйста, он и так уже много сделал... — начинаю я.

Но она уже повесила трубку, и я вдруг чувствую себя ужасно, как будто я сказала ей это только для того, чтобы ее муж как-то выручил меня.

Я начинаю искать отели. У меня есть друзья, которые, конечно, позволят мне жить с ними, но я не из тех женщин, которые любят навязываться. Особенно без предупреждения.

Когда я еду в забронированный отель, у меня вибрирует телефон. Я останавливаюсь, чтобы ответить, и вижу, что это Райлан Риверс.

— Мистер Риверс, — говорю я, едва подняв трубку, — что бы вы ни предлагали, я вынуждена отказаться. Вы и так много для меня сделали, и...

— Чушь собачья, — огрызается он. — Я ничего тебе не даю, я вкладываю в тебя деньги. И моя инвестиция не будет жить в отеле.

— Я быстро найду себе новую квартиру...

— Есть идея, — говорит он. — У меня есть трейлер, которым я никогда не пользуюсь, и угадай, где его можно припарковать.

— И где же? — спрашиваю я.

— На твоем участке.

Глава 7

ТЕО

— Когда Наоми сможет снова прийти к нам и поиграть? — спрашивает меня Эмили, наверное, уже в десятый раз.

Я пожимаю плечами.

— Может быть, позже.

Мне не нравится, как быстро я смягчился в присутствии Наоми. Семь лет назад, когда я узнал, что Эмили — моя дочь, и поклялся поставить Эмили на первое место в своей жизни, я пообещал себе, что никогда больше не буду думать своим членом. Последнее, что нужно Эмили, это карусель из женщин в ее жизни — каждый раз новый образ матери, когда я начинаю встречаться с кем-то новым.

Я реально не могу доверять себе. Я никогда не был с женщиной дольше нескольких месяцев подряд.

Черт, я не был с матерью Эмили достаточно долго, чтобы даже узнать, что она беременна.

Я злюсь, просто думая об этом, и мне приходится заставить себя собраться с мыслями и не размышлять об этом.

— Папа... — хнычет она.

— Послушай, тебе следует играть с девочками твоего возраста. Наоми — взрослая женщина.

— Ей нравилось играть со мной, — надулась Эмили.

Я вздыхаю.

— Хочешь пригласить Оливию? Я даже заеду за ней и отвезу обратно, когда она будет готова ехать домой.

— Забудь об этом! — Эмили фыркает, скрестив руки на груди.

В течение следующих двух недель, каждый раз, когда я иду в травяной сад, проклятый SPA-центр напоминает мне, что Наоми в конечном итоге будет прямо через забор от меня. Я почти вижу, как Эмили нарушает правила и идет туда, чтобы снова пригласить Наоми на «чай понарошку».

Но сейчас SPA — это просто куча дерева с гвоздями. Я выглядываю из-за забора и замечаю, что они уже устанавливают чертов водопровод.

Я понимаю, что все будет закончено еще до Рождества. Что противоположно Рождественскому подарку? Кусок угля? Да, вот что такое SPA — большой увесистый кусок угля в моем чулке.

Через несколько дней я спускаюсь вниз, чтобы раздобыть немного орегано, и вижу трейлер, припаркованный рядом со зданием. Он подключен к некоторым проводам, идущим от здания, что наводит меня на мысль, что там реально кто-то может быть.

Я догадываюсь, кем может быть этот кто-то, и вопреки здравому смыслу перепрыгиваю через забор и направляюсь туда.

Строительство в основном идет днем, поэтому сейчас здесь тихо. И когда я подхожу ближе, в тусклых отблесках заходящего солнца я вижу яркий свет, льющийся через окошки трейдера.

Я подхожу к двери и стучу три раза.

Вскоре после этого дверь распахивается, и я не удивлен, увидев Наоми, которая смотрит на меня широко раскрытыми глазами, а потом, смущаясь, отводит взгляд.

Я удивлен, увидев ее одном в халате. Ее мокрые волосы падают на обнаженные плечи.

— Тео?

— Так ты теперь здесь живешь? — рявкаю я.

— Э-э... — запинается она. — Пока что, да.

— Отлично, — говорю я. — И когда ты собиралась мне об этом сказать?

— А должна была? — спрашивает она. — Это моя собственность.

— Твоя ли? — спрашиваю я. — Я проверил записи, и там сказано, что она принадлежит Райлану Риверсу.

— На самом деле это не твое дело, — говорит она, хмурясь. — Но нет, я не владею собственностью как таковой.

— Тогда кто такой Райлан Риверс? — спрашиваю я. — Твой муж?

Если раньше она хмурилась, то теперь уже не передать словами, как она на меня смотрит.

— Нет, он мой инвестор. Он верит в меня.

— О, — говорю я, чувствуя облегчение, хотя не должен бы.

— Это все? — спрашивает она. — Ты впускаешь холод, а у меня мокрые волосы.

— Да, — я говорю. — Я просто хотел посмотреть, кто тут живет.

— Ну, это я, — говорит она, — Пока, Тео.

— Пока.

Она захлопывает передо мной дверь, и я чувствую себя очень глупо за то, что пришел и вот так начал тарабанить в ее дверь.

Поворачиваюсь спиной к фургону и иду обратно к забору. Я чуть не спотыкаюсь и не падаю лицом в грязь, перешагивая через него.

— Гребаный забор, — рычу я.

И тогда у меня появляется действительно хорошая идея.

Глава 8

НАОМИ

Меня разбудил стук молотка. Я привыкла к тому, что меня будит шум от стройки, но сейчас я слышала стук всего одного молотка. А солнце, кажется, еще не взошло. Строительная бригада обычно не приходит раньше девяти.

Я начинаю одеваться и вдруг вспоминаю, как Тео ворвался вчера вечером. Это вывело меня из себя. Очень. Он ни разу не позвонил, а теперь вдруг раздражен тем, что я живу на участке, на котором я имею полное право жить? Мне нужны крепкие нервы.

Я открываю дверь и выхожу в зарю. Мои глаза плохо видят в утренних сумерках, а трава покрыта росой, от чего мои ноги слегка