Баран и жемчуг - Ната Лакомка

– У меня личное разрешение его величества на ношение и применение оружия в любом месте, при любых обстоятельствах, – сказал Мюфла, не моргнув глазом. – Поэтому прекратите визжать и пропустите леди. Если уж она решила проявить благородство и оплатить страдания ваших щенков… простите, деточек. Хотя, на мой взгляд, это лишнее благородство, – последние слова предназначались мне, потому что он посмотрел на меня, как на идиотку, которая отдаёт последнюю монетку королю.

Проворчав что-то непонятное, Рубертун предпочёл обойти нас стороной и скрылся в таверне. Улица была пустынной, будто весь город уснул. Хотя часы на площади ещё не пробили одиннадцать.

Пришпорив лошадь, я поехала по улице, и вороной конь тут же двинулся следом.

– Лишнее благородство? – прошипела я, когда мы отъехали шагов на двадцать. – Вас никто не просил вмешиваться!

– Это вместо благодарности? – поинтересовался сэр Мюфла. – Я только что защитил вас от этого хама. И вам даже не понадобилось размахивать дубинкой.

– Помолчите! – вспылила я, но он не унимался

– Значит, вот на что пойдут отцовские деньги, – он чуть обогнал меня и теперь ехал, посматривая мне в лицо. – Я думал, увижу тут настоящую леди, нежную, как фею, а вместо этого повстречал разбойника с большой дороги.

– Вы что себе…

– Ладно, это была шутка, – сказал он лениво, и взбесил меня ещё сильнее. – На самом деле, я возмущён тем, что произошло, и тоже всыпал бы этим соплякам от души. И никаких штрафов бы не платил. Мне кажется, я приехал вовремя.

– Вам кажется, – процедила я сквозь зубы. – Мало того, что вы вмешались, вы ещё и угрожали простому человеку!.. В Сегюре такого не любят. И лучше бы вам уехать, добрый сэр!

– Уехать? – он резко дёрнул поводья, и его конь встал поперёк дороги, заставляя меня остановиться. – После того, что я тут увидел? Прирезанные овцы, вы платите штраф, хотя оскорбление было нанесено вам. И когда какой-то мордоворот пристаёт к вам средь белого дня, в вашем же городе – ни один из тех трусов не сказал ни слова. И вы думаете, что я уеду, бросив вас одну? Да ваш отец проклянет меня с небес за это.

Я не ответила, потому что глаза вдруг защипало от набежавших слёз, а губы совершенно неприлично задёргались. Ещё немного – и я разревусь на глазах у всех. На глазах у этого…

– Ну всё, плакать не нужно, – неуклюже утешил меня рыцарь и заставил коня отступить, давая мне дорогу. – Платим этот дурацкий штраф и возвращаемся, если у вас нет других дел. А на обратном пути вы всё мне расскажете. И я хочу услышать только правду, а не ложь в стиле леди Сегюр.

Заплатив штраф, я в сопровождении сэра Мюфла проехала до городской лавки и заказала мёда, вина и патоки с доставкой. Увидев в моих руках новенькие золотые, лавочник просиял почти так же, как они, и проворно сгрёб монеты с прилавка.

– Смотрю, дела налаживаются, леди Сегюр, – сказал он, многозначительно посмотрев на рыцаря, который хмуро поглядывал по сторонам и держался на два шага позади меня – будто опасался, что сейчас на меня набросятся пять наёмных убийц.

– Они всегда были неплохи, – ответила я сдержанно.

– Но золотом вы раньше не платили, – захихикал лавочник и снова посмотрел на моего сопровождающего.

Я не успела ответить, потому что в это время рыцарь шагнул вперёд и прихлопнул ладонью по прилавку. Не сильно, но впечатление это произвело – я от неожиданности вздрогнула, а лавочник так и вовсе подпрыгнул и рассыпал монеты, которые собирался спрятать в сундучок.

– Тебе какая разница, чем леди расплатилась? – угрюмо произнёс сэр Мюфла. – Ты с какой целью выспрашиваешь? И что хихикаешь, как дурачок? Ещё раз засмеёшься, когда говоришь с благородной девицей, я тебе зубы повыбиваю. Понял?

– Да, сэр, – проблеял лавочник и сразу стал – сама серьёзность. – Всё будет доставлено в Сегюр сегодня же. В лучшем виде, сэр.

– Попрощайся, – велел рыцарь, и мы с лавочником в один голос испуганно сказали «до свидания».

Мюфла посмотрел на меня искоса, еле заметно покачал головой и пошёл вон из лавки, а я засеменила следом за ним. Рыцарь без слов закинул меня в седло, и сам так же молча сел на своего коня, оглянувшись по сторонам. Это было явно лишним, потому что обычно оживлённая улица сейчас пустовала. Но зато во всех окнах торчали любопытные лица.

Когда мы выехали за город, я всё-таки решила поговорить. Нет, я не слишком уж разозлилась за вмешательство. Скорее, наоборот – это было приятно. Да и чувствовала я себя в полной безопасности, но всё-таки… всё-таки, это было неправильно. К тому же, мне было стыдно, что я чуть не пустила слезу перед чужим человеком. Даже не знаю, что на меня нашло. Наверное, сказались воспоминания о смерти папы… Точно, именно так. Иначе я ни за что бы не расплакалась.

– Зачем вы напугали господина Лабаля? – спросила я с укоризной. – Если вам не понравилось, как он смеётся, можно было просто сказать об этом.

– Пусть будет благодарен, что я ему сразу не дал по шее, – заявил рыцарь, даже не повернув голову в мою сторону.

– Что у вас за варварские методы! – не хотела, а вспылила я. – Вы не понимаете, что здесь – не столица?

– Не вижу разницы, – бросил он.

– Мы все здесь друг друга знаем, – попыталась я объяснить. – Эти люди знают меня и моего отца много лет. Я росла у них на глазах, поэтому они и относятся ко мне… как к своей, – закончила я немного неуверенно, и Мюфла тут же уловил это.

– К своей? Скажите лучше, что они вас ни во что не ставят. А живут-то они на вашей земле, между прочим. Я бы взвинтил им аренду. Раз в десять. Чтобы знали, кто тут хозяин.

– Всё не совсем так, – сказала я после небольшой заминки. – Земля не совсем моя. Сегюр – да, Фиалковая низина – да. А город… я сдала эти земли в аренду на тридцать девять лет и передала право пользования городскому совету. Так что теперь арендную плату устанавливают сами горожане, а я уже получила фиксированную сумму…

–