По зову твоей крови - Натализа Кофф

Женя громче разрыдалась, раскачиваясь и обнимая себя руками.

Да, только она могла попасть в такой переплет.

Глава 5

Спустя несколько дней и несколько тысяч километров…

– Эй, волчара, ты жив? – каркающий полушепот проник в сознание Радмира. – Неплохо ты отделал Буйвола. А он, видать, понадеялся на легкую победу, когда увидел трофей в твоей башке.

Старик пнул ногой окровавленную железяку, о которой только что говорил. Та отлетела в сторону и со звоном ударилась о прутья.

Хищник дернул головой, отчего все тело пронзило острыми шипами боли. Раны пока не затягивались. Должно быть, тюремщики чем-то накачали его, после того как выстрелили в спину прямо на импровизированной арене, где Вольнов расправился с вставшим на его пути бойцом.

Буйвол, да, кажется, так кричала толпа. Но Радмиру было плевать на фаворитов в играх, куда он оказался втянут против воли.

А между лопаток жгло. И Радмир не сказал бы наверняка, то ли там просто глубокая рваная рана, то ли и вовсе нет мяса до самых костей.

Меж тем старческий голос продолжал каркать и шептать.

– Я вынул железяку из твоих мозгов. Регенерация запустится, но ты все равно сильно не шевелись, – посоветовал старик.

Радмир медленно сел, понимая, что впервые за несколько… дней?… полноценно пришел в себя и мыслит вполне здраво. Раньше он даже не особо разбирал, где находится. Все слилось, размылись грани сна, бреда и яви, а сплошным туманом шли только боль и злоба.

Вольнов смутно помнил, как примчался по зову Божены, вышел из тачки, а в его затылок прилетела пуля. И сквозь кровавое марево – уродливое лицо незнакомца. Оскалившаяся в подобии улыбки клыкастая морда и бесцветные глаза.

Но тогда лицо хищника потонуло в омуте боли и беспамятства.

И как только Радмир очнулся, его впихнули в клетку, точно пушечное мясо. Но он выстоял. Рвал противников клыками и когтями, не сдерживая своего зверя, которого будоражила кровь жертв.

Затем второй бой, третий. В итоге – кусок арматуры оказался в его мозгах. А вместо того, чтобы позволить залечить раны, его приковали к стене.

Радмир понимал, что это такие профилактические методы, чтобы не сбежал. Ведь никуда он не денется с дыркой в башке размером с кулак. И многие, судя по реакции публики, ставили на исход очередного боя против Вольнова. А он победил.

И когда стоял над поверженным Буйволом, сжимая когтями все еще бившееся сердце, отыскал среди толпы ту самую рожу с бесцветными глазами и оскалом.

С трудом Радмир остановил себя. Не увернулся от выстрела, поддался, понимая, что не справится он сейчас с толпой тюремщиков, охранявших Клыкастого. Его попросту завалят без всей мишуры и зрелищ. Нужно ждать, пока у зверя восстановятся все силы, а потом уже искать дорогу домой.

Мысли о доме прочно сплелись с воспоминаниями о Лисичке. Убить ее хотелось не меньше, но сначала – посмотреть в ее лживые глаза.

Боль вновь пронзила виски, прокатилась по спине, откликнулась в поломанных ребрах. Радмир беззвучно выругался, проклиная богом забытое место.

Но даже здесь, где царит произвол и беспредел, есть сочувствующие. Старик, пусть и несло от него вонью, а дело свое знал. Лишние куски из мозгов Радмира вынул, обработал рану на голове и на спине, еще и на пару вопросов ответил.

– Что это за место? – негромко спросил Вольнов.

– Потерянный остров, – прокряхтел старый хищник, прихватил небольшое ведро с водой и направился к двери его, Радмира, клетки. – Пристанище для отбросов с Большой земли. А ты терпи, сынок. После пятого боя можешь угодить к гладиаторам. Там уже больше уважения к бойцам.

Радмир прикрыл глаза, попытался подтянуть ногу к груди и сесть удобнее. Получалось плохо, но получалось. Значит, старик прав, регенерация уже запустилась. А выходит, его, Вольнова, либо вновь придут калечить, либо бросят в клетку с очередным противником.

И, черт бы подрал это место, умирать Радмир точно не собирался. У него были другие планы на жизнь. И плевать, если они не совпадали с планами хищников и ублюдков Грозных, напавших на него со спины, когда он, точно слепой и наивный идиот, примчался спасать Женьку.

Мысли о Лисичке заставили сердце сжаться.

Лисичка… Да не Лисичка она, а змея. Подлая и коварная! Тварь! Вот кто она.

А руки пришлось стиснуть в кулаки, потому что под кожу успели проникнуть и намертво приклеиться ощущения нежного бархата. Наверное, он бредит, но ему казалось, что слышит ее, Женьки, тихие вздохи и стоны.

И шепот. Она что-то говорила ему, неуловимо тихо. Что-то важное. А он не слышал слов.

– Ну, так-то лучше, – кивнул старик, окинув Радмира пронзительным и внимательным взглядом, и скрылся за пределами клетки.

* * *

После пятого боя, как и обещал старик-лекарь, Радмира закрыли уже не в клетке, а в небольшом строении с нормальными стенами и сооружением, похожим на койку, в углу.

Условия по-прежнему были, мягко сказать, хреновые. Но здесь хотя бы имелась поверхность, где можно было вытянуть ноги и лечь.

Чем Радмир и занялся, собираясь провалиться в исцеляющий сон и позволить звериной крови залечить переломы и рваные раны.

Однако дверь его тюрьмы открылась и в тесной комнатушке появилась женщина.

Приоткрыв один глаз, Радмир понял, что хозяева расщедрились на бонус. Шлюха была изрядно потасканной, всеми силами пыталась показать, что не боится ничего. А на самом деле тряслась от страха перед ним.

– Я по всякому могу, – негромко произнесла хищница.

– Пошла вон, – произнес Радмир и закрыл глаза.

Однако женщина не послушалась, шагнула ближе к нему, почти касаясь голыми коленками его, Радмира, стоп.

– Прошу вас, господин, не отказывайтесь! – с мольбой в голосе произнесла девка.

Радмир сделал вид, что не слышит. Проститутка – последнее, в чем он сейчас нуждался.

Спустя несколько минут, дверь, скрипя, распахнулась. Охрана увела «подарок», а Радмир решил, что, наконец-таки сможет поспать.

Но нет. Замок вновь лязгнул ржавым скрипом и в небольшой комнатке появился теперь уже хищник-мужчина.

Из любопытства Радмир все же открыл глаза. Нет, он бы заржал, если бы ребра не были сломаны. Надо же, никогда прежде ему не предлагали мужика для утех!

Но судя по смазливой и накрашенной морде, парень пользовался успехом в этих местах. По крайней мере, не был таким забитым, как его предшественница. Смотрел с интересом, вел себя свободнее, даже, пожалуй, заигрывал с ним, Вольновым.

Радмир устало сел на койке.

– Вали на хрен, пока жив, – спокойно проговорил хищник.

– Любишь пожестче? – предположил паренек и