Ученик некроманта. Мир без боли - Александр Гуров

– Стой! – потребовал некто. Сандро резко перевел взгляд и увидел приближающегося Батури.

– Подойдешь ближе, и он умрет, – пригрозил некромант.

– Я – это я, – удивил двойник вампира.

– Докажи, – потребовал Сандро, ничуть не сомневаясь во лжи незнакомца.

– Я клялся защищать двух сестер. Именно этим я здесь и занимаюсь.

– Не верю, – твердо заявил некромант. Кто знает, на какие уловки способны имитаторы? Возможно, они умеют читать мысли и открывать прошлое?

– Ты, как и я, клялся на клейме Эльтона. Вместе мы бежали из Бленхайма…

– Твои слова ничего не значат! Мне нужны веские доказательства.

– Это подойдет? – он вытянул руку, на ладони которой лежал кинжал и волнообразным лезвием. Приглядевшись, Сандро опустил посох. Теперь он верил.

Глава 2.

Боль воспоминаний

Когда принималось решение объявления войны, царь или консул отпирал ключом тяжёлые двойные дубовые двери храма, украшенные золотом и слоновой костью, и перед ликами Двубога под арками проходили отправлявшиеся на войну вооружённые солдаты и юноши, впервые взявшие оружие. В продолжение всей войны ворота храма стояли открытыми, когда заключался мир, то вернувшиеся войска вновь проходили перед статуей бога и храм вновь запирался на ключ.

Дарион Горгоротский «Существа мифические и божественные. Двуликий бог племени Дай-Дуа»

В комнате было темно и тесно. В центре, заняв почти все пространство, расположился небольшой – под стать кельи – стол. Рядом с ним – восемь кресел, шесть из которых пустовали, и лишь на двух восседали две черные фигуры: полумертвый и вампир. Вместо привычных четырех стен здесь было восемь. По углам стояли развернутые в профиль статуи, у каждой из которых было по два лица: одному молодому и одному – старому. Каким божествам и героям эти ваяния посвящались, Сандро не знал, но сейчас его мысли занимали другие вопросы:

– Те существа, с которыми я встретился в зале, – разрушил тишину некромант, – кто они? И почему нападали?

– Ха! – усмехнулся вампир и беззаботно закинул ногу на поручень кресла. – Когда ко мне в дом вламывается уродливый монстр и пытается разрушить ценные для меня вещи, такие, например, как цилиндры Двубога, я к нему не слишком снисходителен. Или ты ждал другого, более теплого, приема?

– Не я виноват в драке, – заметил некромант.

– Не виноват? – Клавдий удивленно поднял брови и скривил в наигранном изумлении лицо. – Хм, мне показалось иначе. Ну что ж, хорошо. Я сделаю вид, что поверил. Только давай не будем выяснять, кто прав, а кто виноват. Все равно я буду верить глазам и останусь при своем мнении… – вампир оскалил зубы в язвительной ухмылке, будто к нему на ум пришла новая колкость, но ее он не высказал, а вместо этого, пошарив во внутреннем кармане своего долгополого плаща, достал кресало и поджог свечу, одиноко застывшую на пустой столешнице.

Огонек свечи заплясал, озаряя комнату призрачным светом, бликами отразился от круга солнца из чистого золота, висевшего на стене над одним из двуликих изваяний. Взгляд Сандро невольно приковали к себе и другие предметы, которые расположились над головами статуй: змей Уроборос, пожирающий свой хвост, символизирующий начало, конец и… бесконечность; два круглых подноса, на одном из которых изображались двери в храм, а на другом – руки с высеченными на пальцах цифрами – ССС и LXV; дальше – виноградная лоза из бронзы, белый бык из слоновой кости, стрела с надписями contra и motio и, наконец, – прекрасный корабль с бело-голубыми парусами.

– Хватит об имитаторах, – продолжал тем временем вампир. – У нас с тобой есть более важные темы для обсуждения…

– Например, что с девушками? – подхватил Сандро, отрываясь от созерцания предметов-символов. – Что это за колбы, в которые ты и твои знакомцы их запрятали?

– Они в водах контрамоции, – ответил вампир и, заметив на себе цепкий взгляд некроманта, закатил глаза. – И не смотри на меня так, полумертвый! Я дал клятву защищать этих живых. И можешь мне поверить: из-за них я не собираюсь раньше времени подыхать.

– Так что с ними? – повысил голос Сандро. – Может, ты, наконец, ответишь?

– Я же говорю: они в водах контрамоции. Но, так уж и быть, для тебя, как для самого неосведомленного, могу объяснить популярно: все мы живем из прошлого в будущее, кто-то существует вечно, но остальные стареют и умирают. А вот нашим сестричкам повезло, даже очень повезло – они молодеют. Годы для них идут вспять, а смертоносные раны залечиваются сами собой.

– То есть Энин излечится от чумы? – Сандро корпусом подался вперед и в упор взглянул в глаза вампира.

– Спроси чего полегче! – усмехнулся Батури. – Чума, вызванная магией – вещь весьма непростая. Узнаем постфактум.

– Хорошо. – Сандро нервно откинулся на спинку кресла. – А что скажешь об Анэт?

– Что-что? Ничего. Отлежится в водах, наберется сил и будет, как новенькая. Она-то эликсиров не пила и колдовской чумой ее никто не заражал.

– Ладно, – отмахнулся некромант. Чуда, на которое он уповал всем сердцем, узнав о свойствах вод контрамоции, не случится, но и быстрый и легкий способ вылечить полученные Анэт раны – тоже неплохо. – Тогда у меня остался всего один вопрос.

– Спрашивай, – под нос пробурчал Клавдий, пододвинул к себе канделябр с единственной свечой и медленно провел рукой над огнем. На ладони не осталась ожога: Высшие не боялись обычного огня и раскаленных предметов, хотя магическое пламя было для них столь же опасно, как и для других существ. Батури, будто оставшись недовольным результатом, надолго задержал раскрытую ладонь над свечой, но эффект не изменился.

– Прекрати, – потребовал Сандро. – Ты сбиваешь меня с мысли.

– Как прискорбно… – улыбнулся Батури. – Видишь ли, меня забавляет, когда мои собеседники ведут себя, как овцы, и не могут сформулировать вопрос.

– Ты невыносим, но это не имеет отношения к делу. Так вот, когда сестры будут достаточно сильны, чтобы мы могли покинуть эти пещеры?

– Хм, – Батури задумчиво погладил подбородок и ответил: – Жаль, что я не пророк. Тогда мне было бы проще справиться с таким прогнозом, но, думаю, уже через пару дней девушки придут в норму. Хотя Энин…

– Что Энин? – взволновался Сандро.

– Я бы предпочел, чтобы моя жизнь не была связана с умирающей. Видишь ли, если она скончается от чумы, я последую в мир вечных снов следом за ней. А это, мягко говоря, плохая мотивация.

– Это отличная мотивация, чтобы поспешить. Чем быстрее мы с живыми покинем Хельхейм, тем быстрее ты получишь полную, не ограниченную обетами и клятвами свободу.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});