Танцующий лепесток хайтана - YeliangHua

взгляд, Мо Жань внезапно в ужасе застыл. Он был в теле Ши Мэя! Выглядел точь-в-точь как Ши Мэй в тот злополучный вечер шесть лет назад. Неудивительно, что учитель Чу бежал от него словно от чумного…

— Учитель, постой! Это ведь я, Мо Жань, — выкрикнул он, и внезапно злые слезы покатились по его лицу — слезы, которых он не пролил даже тогда, когда Ваньнин выгнал их с Ши Мэем, — Учитель! Не оставляй меня! Вернись!...

Неожиданно худые изящные руки обвили Мо Жаня за плечи, как если бы стараясь утешить. Подняв голову, Мо Жань увидел, что обнимавшим его человеком был, конечно же, Ваньнин. Все-таки он вернулся...

В полумраке он казался непривычно бледным, даже осунувшимся, в уголке его губ, если присмотреться, был небольшой синяк. На запястьях под длинными рукавами светлого безразмерного свитера виднелись странные линии, которые могла бы оставить, например, грубая веревка...

Мо Жань застыл, пытаясь понять, почему его наставник выглядит так, словно был жертвой жесткого абьюза.

— Учитель, что случилось? — прохрипел он, и его пальцы словно помимо собственной воли потянулись к руке Ваньнина, пытаясь перехватить запястье мужчины и как следует его изучить. Но тот резко отстранился, а длинные рукава его свитера снова скрыли его руки по самые кончики пальцев. Глаза феникса сверкнули темным гневом.

— Убирайся! — он грубо оттолкнул Мо Жаня от себя.

Юноша отлетел на несколько метров, и внезапно… проснулся, оказавшись на полу своей спальни. Его дыхание сбилось, а в голове все еще звенел голос учителя.

«Бл*ть, — выругался мысленно Мо Жань. — Что за фигню я только что увидел?! Мне, что, снился гребаный Юйхэн?!»

К своему ужасу, Мо Жань тут же обнаружил, что его голова буквально раскалывается от похмелья: вчера он допоздна просидел с Ши Мэем, и здорово переборщил с грушевым вином, так что теперь приходилось лишь пенять на себя.

Что было еще ужасней, он внезапно понял, что его глаза как будто воспалены — словно кто в них всыпал пару килограммов пляжного песка. Было полное ощущение, что Мо Жань провел всю ночь самозабвенно рыдая в подушку.

Проведя по постели ладонью, юноша застыл как вкопанный… подушка была и впрямь насквозь мокрой...

«Я распустил нюни словно какая-нибудь девица…» — подумал он, и кровь похолодела в его жилах.

Он действительно рыдал во сне, зовя своего учителя Чу так отчаянно, словно тот разбил его сердце. Он был действительно идиотом, раз одна случайная встреча так сильно пошатнула его самообладание.

Пошарив на столе в поисках телефона, Мо Жань снова ругнулся: он проспал до обеда. И, хоть на сегодня у него не было никаких планов (в противном случае он бы не пил вчера так много), мысль о потерянном времени словно мерзкая заноза засела в его голове.

Мо Жань вдруг обратил внимание на сообщение в мессенджере с незнакомого номера, которое только что мелькнуло на экране перед тем, как в следующее мгновение отправиться в спам. Он нахмурил брови, потому что тот кусок текста, который он успел прочесть в уведомлении, пока оно не «схлопнулось», не был похож на типичную рекламную рассылку.

Юноша почесал затылок, а затем со вздохом полез в «спам» чтобы отыскать незнакомого отправителя. Номер и вправду не был нигде записан, а сообщение было максимально лаконичным, и по сути содержало лишь время и адрес. К слову, если бы Мо Жань и впрямь решил прийти к назначенному времени по указанному адресу, ему следовало бы уже активно собираться.

Он вдруг замер, прекратив наконец раздраженно тереть лоб. Странная догадка пришла ему в голову, и в следующую секунду он набрал несколько строчек текста и, не долго думая, нажал «отправить».

Он написал:

«Вы ошиблись номером?»

Спустя несколько секунд сообщение было прочитано, и написавший его, очевидно, впал в легкий ступор, потому что минут пятнадцать ничего не отвечал.

Мо Жань, с ухмылкой поглядывая на телефон время от времени, успел уже принять горячий душ, переодеться в свежие вещи и выпить несколько чашек кофе на голодный желудок.

Наконец, экран телефона снова замерцал — видимо, у его «таинственного» собеседника не выдержали нервы.

Мо Жань открыл мессенджер и едва ни расхохотался в голосину.

Незнакомый номер написал:

«Я никогда не ошибаюсь номерами. Мо Вэйюй, через полчаса Вам следует прийти на общую репетицию.»

Высокомерие Юйхэна и впрямь было так легко вычислить: стоило только намекнуть, что он в чем-то допустил ошибку, как он тут же выпускал когти.

Если поначалу Мо Жань сомневался, кто же был отправителем, и склонялся к тому, что это могла быть всего лишь общая рассылка, то теперь был уверен на все тысячу процентов.

Мысль о том, что теперь у него есть номер Чу Ваньнина, его почему-то весьма воодушевила. Тогда, шесть лет назад, этот гордый молодой человек едва ли снизошел бы, чтобы написать ему, Мо Жаню, первым — еще и лично. Но, похоже, он и правда так сильно хотел заполучить его в роли какого-то там «Тасяня», что потрудился выспросить у Ши Мэя его контактные данные.

Почесав шею, Мо Жань подумал о том, что ничего страшного не случится, если он все же придет на назначенную репетицию и немного позабавится.

Да, вчера, после откровений Ши Мэя, он действительно почувствовал вину за то, что шесть лет назад неправильно понял ситуацию, и настолько разозлился, что не посчитал нужным разбираться в подробностях.

Все эти шесть лет он прекрасно жил, совершенно не думая о Чу Ваньнине…

Мо Жань вздохнул.

«Ладно-ладно, кого я обманываю? Я думал о нем. Думал — но не так часто, как может показаться. По крайней мере, все эти шесть лет я не рыдал во сне как девчонка. То, что я чувствовал к Ваньнину, больше напоминало… ненависть. Ту особенную ненависть, когда ты гуглишь выступления объекта своих чувств и тайком смотришь их в три часа ночи, а затем напиваешься до бессознательного состояния и сыплешь громкими проклятиями...»

Но ведь, если подумать, Чу Ваньнин тогда сам его прогнал взашей вместе с Ши Мэем — и, даже если учесть, что у него были вполне веские причины прогонять домогавшегося его Ши Мэя, то Мо Жань ведь был совсем ни при чем… Разве нет?

В конце концов, Чу Ваньнин тоже прогнал его, толком не разобравшись. Разве ему не должно было быть хоть капельку стыдно?.. Хоть немного?..

Мо Жань усмехнулся.

Если бы Чу Ваньнин узнал его вчера на прослушивании, юноша бы не осмелился приехать на репетицию даже