Грешный ангел - Брук Лин

я. – Только я надену жилет. И не оставляй меня одну ни на одну секунду, – указываю ему пальцем.

– Конечно, – расплывается в улыбке.

Как только мне приносят спасательный жилет, и я надеваю его, Симон берёт меня за руку и ведёт к краю судна. И меня вновь начинает трясти от страха.

– Ты в безопасности. Я рядом, – успокаивает он. – Главное, расслабься и не паникуй. Доверься воде.

Киваю ему в ответ, давая понять, что готова. Закрываю глаза и делаю вместе с Симоном прыжок. Жуткий страх и паника быстро сменяются на восторг. Я оглядываюсь по сторонам и хочу расплакаться. Меня переполняют эмоции.

– Я обязательно научу тебя плавать, – говорит Симон, держась вместе со мной за круг.

Меня удивляют его слова. Мне казалось, что это наша заключительная встреча. Или он намерен научить плавать сегодня? Я решаю не задавать лишних вопросов. Просто наслаждаюсь.

Когда мы возвращаемся на яхту, Симон помогает снять жилет и оказывается на неприлично близком расстоянии от меня. У меня спирает дыхание, когда взгляд невольно падает на его губы. И я пугаюсь своему желанию поцеловать его. Словно прочитав мои мысли, парень ухмыляется и касается моей щеки.

– Хочу нарушить своё обещание, – шепчет еле слышно.

– Будь добр, держи себя в руках. Не порть такой прекрасный день, – улыбаюсь ему и стараюсь быстро привести мысли в порядок.

– Где хочешь поужинать? – переводит тему разговора, но не отпускает меня. – Можем поужинать здесь или вернуться на берег. Там есть отличный ресторан.

– Скоро закат, мне кажется, здесь будет очень красиво.

– Ужин на яхте будет стоить тебе одного поцелуя, – пальцем проводит по моей губе, наслаждаясь моей уязвимостью.

– Тогда я поужинаю на берегу, – произношу, коснувшись его руки, и убираю её с моего лица.

Всё же здравый смысл берёт вверх над моими низшими чувствами. Хотя, признаться честно, я готова заплатить за этот ужин не только поцелуем.

– Недотрогой ты ещё сексуальнее, – хитро улыбается Симон, всматриваясь в мои глаза.

Берёт меня за руку, подносит тыльную часть моей ладони к своим губам и касается её.

– Поужинаем здесь, – добавляет следом и отпускает меня.

Он оставляет за собой приятное послевкусие. Что-то в нём цепляет меня и заставляет желать большего.

И я понятия не имею, что из этого всего выйдет.

Глава 5

Просыпаюсь днём от звонка на телефон. Не посмотрев, кто звонит, в полусне принимаю вызов.

– Привет, моя красавица, – слышу знакомый женский голос, но в сонном бреду не сразу понимаю, с кем говорю. – Как ты? Я тебя разбудила?

Я смотрю на экран и вижу имя свекрови. Тут же прихожу в себя и подбираюсь на месте.

– Здравствуйте. Нет-нет, всё хорошо. Как у вас дела?

– Дела хорошо. Соскучилась по тебе, решила позвонить узнать, как твои дела.

Наш разговор длится минут десять. Она расспрашивает меня про отдых, и я с удовольствием рассказываю ей про свои насыщенные дни, исключив из них Симона. Знаю, что заговорит об этом с Филиппом, и хочу, чтобы он знал, что без него моя жизнь не остановила своё существование.

Когда кажется, что разговор подходит к концу, она вдруг резко заявляет:

– Ой, дорогая, подожди. Филипп проснулся, сейчас передам ему телефон.

– Не стоит, я потом сама ему наберу.

– Куда уж, – слышу на том конце провода мужской металлический голос.

На миг забываю, как дышать. Только сейчас понимаю, что не слышала его уже пять дней. И готова отрубить себе голову от понимания, что соскучилась по нему, хоть это чувство и причиняет боль.

– Мне пора, – всё, что удается вырвать из себя.

– Нет, – я слышу, как он отходит от матери. – Нам есть о чём поговорить, дорогая жёнушка.

Я выхожу на балкон подышать свежим воздухом. Закрываю за собой дверь, чтобы наш разговор не услышали девочки.

– Я тебе не жена, и ей никогда не стану, – огрызаюсь ему в ответ.

Удивляюсь собственной дерзости. Обычно, я не позволяю себе подобного тона в разговоре с Филиппом.

– Не нужно громких слов. Нашему браку быть при любом раскладе.

– Зачем? Зачем портить мне жизнь? Живи в одиночестве, будь любовником Раи и наслаждайся своей жизнью! – взрываюсь я. – Меня только в покое оставь!

– С каких пор жизнь со мной стала тебе в тягость?

– Ты серьёзно, Филипп?! – голос срывается на крик. – Ты спрашиваешь, с каких пор?!

– Для начала тон сбавь! – осаживает меня грубо. – И заруби себе на носу, что никому ты испорченная не нужна будешь! Поэтому радуйся, что вообще замуж выйдешь!

– И это всё, что ты можешь сказать мне?

– А что ты хочешь услышать от меня? Что я изменюсь, брошу её и полюблю тебя?

– То есть, ты никогда и не любил меня? До того, как встретить её…

Меня начинает тошнить от собственного вопроса. Какой же униженной я себя чувствую.

– Ты была удобным вариантом. Любимица моих родителей.

– Ты понимаешь, что твои слова причиняют мне боль? Что я тебе сделала, что заслужила такое отношение к себе?

– Раньше ты не жаловалась. Что сейчас изменилось? То, что ты узнала о ней, никак не меняет моего прежнего отношения к тебе, которое ты принимала.

– Я думала, что ты меня любишь.

Он начинает смеяться. Его смех всё глубже втаптывает меня в грязь.

– Ты такая тупая, Аврора. Честное слово, ты должна быть счастлива, что я согласился на тебе жениться.

– Да, я тупая, что однажды поверила тебе. Но уверена, что мне хватит ума не продолжать наши отношения, – с трудом выговариваю я.

Меня всю трясёт от боли и обиды. Говорю и не верю собственным словам. Чувствую себя настолько слабой и подавленной, что кажется – я останусь несчастной навсегда.

– Повторяю ещё раз. Ты будешь моей женой. Этого хотят мои родители, и они это получат.

– Им я первым сообщу, что ты не оборвал связь с Раей.

– Думаешь, они не знают? – продолжает издевательски смеяться. – Они, видимо, наивно полагают, что мы поженимся, и я очаруюсь твоей пиздой. Не догадываются, что я уже видел её и драл. Нет в ней ничего особенного.

Его слова оглушают и выбивают почву из-под ног. Я немею. Не могу пошевелиться и моргнуть, не могу выдохнуть – воздух застревает в лёгких. Мне кажется, что вот-вот, и я упаду в обморок. Чувствую, как с глаз вытекают слёзы, но не могу их даже стряхнуть с лица.

– Что заткнулась? Не нервируй меня, Аврора. Будет так, как я решил. Иначе я расскажу всем вокруг, какой маленькой шлюшкой ты являешься. Сколько тебе было, когда ты легла под меня? А представь, если