Дело об отложенном убийстве - Эрл Гарднер

Первые крупные капли дождя упали на причал и на воду.

– Понятно, – сказал Мейсон. – Гроза все-таки нас настигла. Идите к своей машине. Поедем в город. Следуйте за мной. Вы помните, где Андерс выбросил револьвер? Как вы считаете, вы сможете найти то место?

– Да, думаю, да. Я примерно помню, где это.

– Прекрасно. Когда мы подъедем к тому месту, мигните фарами. Мы остановимся. У меня есть с собой фонарик. Мы выйдем и отыщем револьвер.

– Но что случилось с «Пеннвентом»? – недоумевала она.

– Могло произойти только одно – его поставили на автопилот.

– Но это означает, что кто-то… должен был быть на борту.

– Вот именно, – кивнул Мейсон.

– Но кто?

Мейсон прищурил глаза.

– Как насчет вашего приятеля? Он разбирается в механизмах яхт?

– Он… да, думаю, да.

– Почему вы так думаете?

– Когда он учился в колледже, он одно лето работал на Аляске, на каких-то рыболовецких судах и, как мне кажется, по крайней мере один раз плавал на круизном судне из Сан-Франциско.

– Ладно, давайте отсюда выбираться. Позднее все обговорим.

Мейсон проводил Мэй Фарр до ее машины.

– Вы поедете первой, – решил адвокат, – пока мы не доберемся до главного бульвара, ведущего в город. Если кто-то вас остановит, говорить буду я. На бульваре я выйду вперед. Если что-то произойдет, то это случится до того момента. Не забудьте мигнуть фарами, когда мы достигнем того места, где Андерс выбросил револьвер.

– Не забуду, – пообещала она.

– Вы нормально себя чувствуете? В состоянии вести машину?

– Да, конечно.

– Прекрасно. Поехали.

Дождь усилился, вспышки молнии стали более яркими, гремели раскаты грома.

Мейсон и Делла Стрит сели обратно в машину адвоката. Он завел мотор, включил фары и последовал за автомобилем Мэй Фарр, выезжающим со стоянки. «Дворники» монотонно двигались взад и вперед, смахивая капли дождя с лобового стекла.

– Думаешь, она врет? – тихо спросила Делла Стрит.

– Не знаю. Она – женщина. Тебе ее легче понять. А ты сама как считаешь?

– Тоже не знаю, но, кажется, она что-то недоговаривает.

Мейсон кивнул с отсутствующим видом, наблюдая за хвостовыми огнями автомобиля, идущего впереди.

– Чем больше я размышляю об этом, тем большее облегчение испытываю, что не поднимался на яхту, – признался он.

– Наверное, бессмысленно напоминать тебе о том, что ты страшно рисковал бы в таком случае.

– Конечно, бессмысленно, – улыбнулся Мейсон. – Мне приходится рисковать. Если я берусь за дело, то считаю своим долгом на сто процентов отдавать свои способности и возможности клиенту. Я иду до конца. Я делаю все, что в моих силах, чтобы добраться до фактов, и иногда приходится срезать углы.

– Кому ты об этом рассказываешь? – усмехнулась Делла.

Мейсон взглянул на нее.

– Но тебе свою шею подставлять совсем необязательно, – заметил он.

Очевидно, Делла решила, что никаких комментариев от нее не требуется, и промолчала.

Они ехали, не говоря ни слова, пять или шесть минут, пока не достигли бульвара. Затем Мейсон обогнал машину Мэй Фарр.

– Хочешь, чтобы я следила за ее фарами? – спросила Делла Стрит.

– Нет, мне все видно в зеркало заднего обзора, – ответил Мейсон.

Дождь шел стеной. Зигзагообразные молнии освещали окрестности зловещими зеленоватыми вспышками, за которыми практически сразу же следовали оглушительные раскаты грома.

Примерно через пятнадцать минут фары следующей за ними машины дважды мигнули. Адвокат свернул на обочину и остановился. Мейсон поднял воротник плаща, чтобы потоки воды не лились за шиворот, и побежал к машине Мэй Фарр, мотор которой работал на холостом ходу, «дворники» работали на максимальной скорости. В свете фар можно было видеть падающие капли дождя, казавшиеся золотыми шариками.

Мэй Фарр опустила стекло, как только Мейсон поравнялся с ее машиной.

– Если не ошибаюсь, это здесь.

– Насколько вы уверены?

– Почти уверена. Я помню вон тот ларек, где продают булочки с горячими сосисками. Мне кажется, мы после него проехали ярдов пятьдесят.

Мейсон посмотрел на белое строение.

– Они уже не работают. А когда вы здесь проезжали, свет у них горел?

– Да.

– Что конкретно сделал Андерс? Вышел из машины и забросил его как можно дальше, просто бросил револьвер или открыл дверцу машины и, не выходя, кинул его?

– Он вышел, встал у машины, взял револьвер за ствол и забросил как можно дальше.

– Через забор?

– Да.

Мейсон посмотрел на канаву, которая уже начала заполняться водой, и сказал:

– Ладно. Ждите здесь.

Адвокат отправился назад к своей машине, достал из «бардачка» фонарик, перелез через забор из колючей проволоки и начал искать револьвер в мокрой траве, кругами водя фонариком. Когда он слышал звук приближающейся машины, он выключал фонарик и оставался неподвижным, пока автомобиль не проезжал мимо.

Через пятнадцать минут, когда батарейки уже начали садиться, Мейсон перелез обратно через забор и снова направился к машине своей клиентки, стараясь не поскользнуться на мокрой дороге.

– Бесполезно, – сказал он Мэй Фарр. – Не могу его найти. Дольше оставаться здесь небезопасно.

– Я уверена, что это где-то здесь рядом.

– Утром разберемся.

– Что мне делать?

– Где вы остановились?

– По тому адресу, что дали вам в меблированных комнатах «Палмкрест».

– Ваш телефон у нас есть?

– Да, – кивнула Мэй Фарр. – Простите, мистер Мейсон, что я пыталась вас обмануть. Я имею в виду, что представилась Сильвией и…

– У вас еще будет время извиниться, когда я не буду стоять под проливным дождем. Я гораздо больше склонен прощать, когда холодные капли не падают мне за шиворот и у меня сухие ноги.

– Что мне делать? – снова спросила она.

– У вас есть номер Деллы Стрит?

– Нет. Мы звонили в контору.

– Это тот же телефон, – перебил ее адвокат. – В справочнике два номера – по которому звонить днем и по которому после закрытия офиса. Второй – номер в квартире Деллы Стрит. Мой домашний не значится ни в каких справочниках, он есть только у Деллы. Возвращайтесь в свои меблированные комнаты и ложитесь спать, как будто ничего не произошло. Если кто-то поднимет вас с постели и начнет задавать вопросы, не отвечайте. Не говорите ни слова. Не признавайтесь, не отрицайте, не объясняйте. Требуйте разрешения связаться со мной. Говорить буду я.

– А если… если никто ничего не станет спрашивать?

– Вставайте как обычно, позавтракайте и утром позвоните мне. И, ради бога, не впутывайтесь больше ни во что.

– Что вы имеете в виду?

– Ни в коем случае не связывайтесь с Харольдом Андерсом. Держите глаза открытыми, а рот закрытым.

Она взяла его за руку:

– Спасибо, мистер Мейсон. Вы не представляете, как я вам благодарна.

– Потом будете благодарить. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, мистер Мейсон.

Адвокат повернулся и направился к своей машине, ступая мокрыми ногами по лужам.

Делла Стрит открыла ему дверцу.

– Нашел? – спросила она.

Мейсон покачал головой.

Мэй Фарр завела машину, объехала автомобиль адвоката, дважды на прощанье нажала на гудок и начала ускоряться по черной ленточке дороги.

Делла Стрит достала из сумочки маленькую бутылочку виски.

– А это откуда? – поинтересовался Мейсон.

– Из личного погреба. Я подумала, что тебе может пригодиться. Боже, шеф, ты промок до нитки.

Мейсон сделал глоток и протянул ей бутылочку.

– Нет, – покачала головой секретарша. – Тебе нужнее. Пей все.

Адвокат снова поднес бутылочку к губам и осушил ее до конца.

– Спасибо, Делла.

– Ты там очень долго находился.

– Хотел найти револьвер.

– Думаешь, она помнит, где его выкинули?

– Должна. Она ориентировалась по ларьку, где продают булочки с горячими сосисками.

– В темноте, конечно, искать безумно сложно.

– Знаю, – кивнул Мейсон, – но я все очень внимательно осмотрел, я сделал семьдесят пять шагов по длине и столько же по ширине. То есть я хочу сказать, что тщательным образом оглядел каждый дюйм.

– Но как ты промок!

Мейсон завел машину.

– Такова жизнь, – философски заметил он.

– Что ты думаешь обо всем этом деле? – спросила секретарша.

– Пока не пришел ни к каким выводам. А виски, можно сказать, спас мне жизнь. Спасибо, Делла.

– Куда мы теперь?

– Ищем телефон. Надо позвонить Халу Андерсу в гостиницу «Файрвью».

Они молча проехали несколько миль. Ливень вначале перешел в моросящий дождик, а потом прекратился. Они нашли телефон в открытом на всю ночь ресторанчике на окраине города, и Мейсон набрал номер гостиницы «Файрвью».

– Я знаю, что звоню очень поздно, – сказал он в трубку, – но я хочу попросить вас связаться с мистером Андерсом. Он живет в триста девятнадцатом номере.

– Он ждет звонка? – спросил портье.

– Ничего страшного, если вы его побеспокоите. Это деловой вопрос.