Сольвейг - Владимир Васильев

Сольвейг, содрогаясь от омерзения, не приняв его черной шутки:

— Ну, нет! Ужасен ты!.. Мне было показалось… — она в отчаянье махнула рукой и убежала в дом.

— Отдам вола за помощь! — опять напомнил о себе жених.

Пер несколько мгновений мрачно смотрел на него, потом решился:

— Там Ингрид?.. Ну, пойдем.

Скрываются за домом.

— Папа! Мама! — не сразу добившись внимания, со слезами жаловалась девочка. — Он грозился съесть меня, проглотить, а у Сольвейг кровь высосать до капельки!

Тут и Сольвейг вошла.

— Да кто? Говори толком! — потребовал отец громко.

Общее внимание застолья было уже приковано к ним.

— Да тролль! Пер Гюнт!.. — выкрикнула Хильда.

— А! Пер! — поднялся хозяин. — А что я говорил!

— Ну, все, терпенье лопнуло! — вскочил и кузнец Аслак, давний враг и соперник Пера. — Я его убью! Детей пугать — совсем с ума свихнулся! Язык поганый выдерну, швырну собакам — брехать им будет веселей с такой-то пищей!

— Он пошутил, — испугавшись, попыталась возразить Сольвейг, но ее никто не услышал. Пьяная компания уже с криком и грохотом отодвигаемых сидений рвалась на улицу, вытолкнув туда и стоящую в дверях девушку. Встречная толпа с танцев шла к дому, возбужденно крича от избытка чувств. Они хотели зазвать в свои ряды жениха с невестой.

— Что случилось? — спросили из толпы молодежи, увидев сильно возбужденных старших.

— Пер Гюнт пугал ребенка и к девице приставал со своими вечными глупостями! — прорычал кузнец. — Их вусмерть напугал.

— Да нет, не вусмерть вовсе, — сказала Сольвейг, но ее опять никто не услышал.

— И я его прибью! Достал уже дерьмец!

— Да ладно, ерунда, — испугался уже отец Хильды и Сольвейг. — Приструним и хорош…

— Он не поймет, — зло усмехнулся кузнец. — Струнили так и этак- все струны оборвали. Нет, с корнем надо рвать!

— Да, проучи его! — раздались крики из толпы. — А мы тебе поможем!

— Уймитесь все! — крикнул распорядитель свадьбы. — Не хватало нам здесь драку устраивать! Выгоню драчунов!

— А точно — гнать его со свадьбы! — заорали в толпе.

— Нет, я его убью! — вгонял себя в раж кузнец, похоже, решивший стать берсерком.

— Папа, он его убьет? — испуганно спросила Хильда, уже не зная, чего хочет сама — от всего страшно было.

— Все может быть, Фенрир их задери! — в сердцах ответил отец. — Снаружи — люди, кто ж они внутри?

Сольвейг трясло от страха и отчаянья — ведь это из-за нее все произошло! Она всему виной. Неправильно себя повела с парнем — и вот… А кто их знает, как правильно себя вести с парнями? И так, и эдак — наперекосяк. Ей вдруг стало очень жалко Пера — ведь на самом деле он ничего ей плохого не сделал. А слова?.. Откуда ж ему знать, что они с сестренкой шуток не понимают.

— Эх, дочка-дочка, — посетовала мать Сольвейг. — Совсем нельзя оставить без присмотра. Нашла себе дружка: дыряв камзол, дырява и башка. Смотри сама, в каком он здесь почете…

— Сынок мой здесь? — вдруг перекрыл шум звонкий женский голос. — Схлопочет он сейчас по заду палкой, кулаком меж глаз! Шутить посмел он с матерью своей… Ну, где мой Пер?

Сольвейг повернулась на голос. Маленькая, сухонькая седая женщина грозно размахивала палкой и рыскала по толпе сверкающим взглядом.

— Такая палка для него легка, — мрачно усмехнулся кузнец, закатывая рукава. — Я за тебя намну ему бока…

— Уж больно зол он, может, и прибьет, — задумчиво, но отчетливо произнес кто-то в толпе. — Ты, Осе, бы не кликала сынка…

— Убью, как вошь, чтоб людям не вредил! — заверил кузнец.

— Заткнись, Аслак! — ничуть не испугалась старушка. — Попробовать посмей — узнаешь остроту моих ногтей… Сгодится для тебя моя клюка — не Перу так тебе намну бока!.. Да где же он?!.. Эй, Пе-ер! — оглушительно звонко закричала она. У Сольвейг даже в ушах щекотно стало от ее крика.

Но вместо Пера к людям выскочил растерянный жених. Увидев старушку, буркнул:

— Ну, Осе, родила же ты сынка!.. — и закричал: — Отец и мать, беда!.. Эх, чертова судьбина!..

— Да что случилось?! — всполошился отец жениха.

— Пер Гюнт… — только и смог выговорить жених.

— Они убили Пера?! — перепугалась Осе.

— Когда бы так, вполне б я счастлив был, — огрызнулся жених и взвизгнул: — На скалы посмотри!

Сольвейг глянула в направлении, указанном женихом, и обомлела: Пер резво — ну, точно, как олень, — скакал по практически отвесному склону, непонятно как находя опору для ног, потому что под ноги-то и не смотрел, держа на руках невесту, которая обхватила его за шею и прижалась к груди.

— С невестой… — ахнула толпа.

— Ну, идиот! — воскликнул Аслак. — Ведь пьян же, как свинья!..

— Вервольф он, тролль! — крикнул жених. — Ее, как поросеночка, несет… в зубах.

— Да, чтоб ты сверзился! — послала Осе пожелание сынку.

Он, будто ее услышал и оступился.

— О-о-о-х, — пронеслось по толпе.

— Да осторожней, дурень! — в ужасе закричала Осе.

Но Пер уже, не глядя под ноги, нашел другую точку опоры и легко карабкался вверх. Не зря он в первый момент, еще около дома, привиделся Сольвейг оленем.

— Пожалуй, что и, правда, он летит, — сказал кто-то в толпе. — Без крыльев никому не удержаться на крутизне такой…..

В этот момент из дома с ружьем в руках выскочил взъерошенный хозяин Хэгстеда, отец Ингрид, и возопил:

— За похищение невесты он умрет!

— Не по зубам вам Пер мой, жалкий сброд, — усмехнулась старуха.

Сольвейг ее хорошо слышала, но в этот момент с девушкой что-то случилось. Она не поняла, что именно — сознание то ли помутилось, то ли переместилось, но Сольвейг вдруг услышала мощное дыхание Пера над своей головой. И ощутила его руки, крепко прижимающие ее к себе. И увидела небо над ним и над собой. Его лицо оставалось в тени, но все равно было видно, что ему весело. А ей показалось, что он летит над пропастью, и она вместе с ним, а снизу доносятся ослабевающие крики толпы. Было совсем не страшно. Ничуточки. Потому что она ему верила.

Через какое-то время наваждение рассеялось. Она разглядела, что пьяная толпа полезла в гору в жажде растерзать похитителя. Ее семья и Осе в одиночестве остались во дворе.

— Вы новые люди, — вздохнула Осе, — у вас еще не накопилось зла к моему непутевому сыну. Помогите старухе уберечь его. Найдем и спрячем дурака… Он же не со зла все это затеял.

— Ну, как же не со зла — украл невесту со свадьбы, — удивился отец.

— Добрая женщина права, — заступилась Сольвейг. — Я сама слышала, как жених просил Пера помочь ему войти к невесте. Она его не пускала.