Мир Терпа - Борис Долинго

Кроме того, как человек, изучавший физику и математику в институте, он был в общем знаком с концепцией существования параллельных пространств. Возможно, это тоже помогло ему быстро прийти в себя и начать достаточно спокойно думать, что же делать дальше.

Необходимо было как-то оценить ситуацию. Ясно, что он оказался не на Земле — там не могло быть ничего подобного. Если круг служил для переноса через пространство, в котором находилась Земля, то место это согласно широко распространенной фантастической идее телепортации, нуль-перехода и тому подобного могло находиться как угодно далеко в нашей Галактике и даже за ее пределами, хоть за миллионы световых лет от Солнечной системы.

Мысль о том, что это могла быть одна из планет, вращавшихся вокруг Солнца, Богдан отбросил, так как согласно современным научным данным там нигде не могло быть пригодной для дыхания атмосферы и вполне комфортной температуры — градуса двадцать два — двадцать три по Цельсию, как оценил Богдан.

Если же это — параллельное пространство, то теоретически, насколько он это представлял, могло статься, что он вообще и не покидал Землю, а находится просто как бы на другой плоскости многомерного фазового пространства. Хотя в данном случае это означало примерно то же, что попасть, скажем, в район туманности Андромеды.

Богдан присел на корточки, чтобы осмотреть два лежащих рядом полукруга, но колени все еще ощутимо подрагивали после всех передряг, свалившихся на него, и он просто уселся на пол.

Полукруги лежали сейчас на расстоянии сантиметров тридцати друг от друга. Богдан вспомнил, как человек, назвавшийся Ингваром Яновичем, положил их, чтобы они соединились. Он хотел попробовать повторить это, но решил пока воздержаться: вполне возможно, что они срабатывают на соединение, когда надо перебросить какую-то массу, а потом связь между ними пропадает, пока их не разведут и не соединят вновь.

Богдану пришла на ум аналогия с винтовочным затвором, который после выстрела необходимо передернуть, чтобы оружие было вновь готово к стрельбе. Можно ли развести полукруги, не совершая пересылку какой-то массы, Богдан, естественно, не знал. Вполне возможно, что полукруги имели только разовое действие и срабатывают всего один раз, а потом требуется что-то вроде подзарядки.

Богдан подумал немного и затем осторожно начал пододвигать свободный полукруг к закрепленному. И тут он заметил, что рисунок в центре полукруга изменился: вместо полного изображения граненого цилиндра там сейчас находилось изображение тоже какого-то полукруга или половинки шара, покрытого узорным рисунком.

Богдан был уверен: один полукруг точно из его земной квартиры — ведь только там, где он появился на площадке, круг был полным, и, значит, логично предположить, что одна половинка была перенесена вместе с Богданом. Но сейчас рисунок на этой половинке был другой.

Богдан посмотрел на неподвижный полукруг и увидел, что там тоже была изображена половинка кружка, покрытого узорами, хотя он, конечно, не мог сказать, что там имелось до того, как произошел перенос. Что-то в узоре на половинках маленького круга показалось ему знакомым. Он решительно сдвинул полукруги.

Когда расстояние между ними стало около трех сантиметров, подвижный полукруг резко дернулся к неподвижному, и они соединились с уже знакомым Богдану сухим щелчком: затвор щелкнул.

Посмотрев на изображение маленького кружка в центре образовавшегося большого, он понял, что же показалось ему таким знакомым в узорчатых линиях: это было стилизованное изображение континентов на земном шаре.

Богдан наскоро прошелся по площадке и посмотрел, что изображено на ближайших полукругах, вделанных в пол. Половинки изображений были самыми разными, кое-где были куски текста, написанного незнакомым алфавитом, в котором странным образом чудилось тем не менее что-то знакомое. Из первых примерно двадцати осмотренных полукругов изображение половинки земного шара попалось еще на одном. Богдан остановился и сосчитал число полукругов, лежавших по окружности площадки. Насчитал семьдесят два.

Богдан начал догадываться, что круг являлся переходом между определенными точками то ли пространства, то ли параллельных пространств — пока это было неизвестно. Меняющееся изображение показывало, куда будет произведен следующий перенос. Не нужно было быть очень догадливым, чтобы понять, что для осуществления переноса необходимы были две половинки круга, которые, соединяясь, активизировали возможность перехода.

Богдан вернулся к полному кругу и снова сел рядом.

Получалось, что изображение земного шара говорило, что это была дверь домой, и, по-видимому, именно к тому полукругу, который остался в его квартире. Значит, один шаг — и он снова на Земле?

Но что он будет делать, если сейчас окажется у себя в квартире? Там его ждал связанный Ингвар Янович и необходимость что-то решать с ним. О том, чтобы просто выкинуть его на улицу, не могло быть и речи: это означало отпустить на свободу смертельного врага и потом ходить оглядываясь.

Убить? Но этого Богдан тоже не мог себе представить, хотя гость угрожал ему лишением жизни. Даже если он и убьет псевдолатыша этим странным оружием, то куда девать труп? Резать на части в ванной — Богдана передернуло от одной мысли об этом. А если кто-то заметит, как он вытаскивает труп из дома, то что он сможет объяснить? Тут одна последовательность событий: милиция, следствие, а там и тюрьма виднеется. Кроме того, он в принципе не был хладнокровным убийцей. Состояние аффекта прошло, и ему трудно было представить, что он возьмет и убьет связанного человека.

Богдан взглянул на часы. Он не засек момента переноса, но по его прикидке прошло примерно уже около часа, как он оказался на этой площадке. Что, если Ингвар Янович уже выпутался из веревок и ждет не дождется появления Богдана, чтобы теперь уже не упустить своего шанса?

Богдан подошел к парапету. Похоже, время суток здесь близилось к вечеру, потому что желтое небо начало тускнеть и темнеть. Богдан потер подбородок.

Вернуться и сообщить о находке? Но тогда уж точно подключится КГБ, все засекретят, чтобы проклятые американцы не узнали. Его, Богдана Домрачева, и близко к этому не подпустят, кто он такой? А возможно, и ликвидируют: ходили слухи, что КГБ, как, впрочем, и любая иная спецслужба, запросто может убрать ненужных свидетелей. Как говорится, он слишком много знал…

А что ему терять дома? Работу? Томительное ожидание, пока шеф даст тему для диссертации, а потом нудный сбор материала, подготовка, защита. При удачном раскладе лет за семь-восемь можно и защититься. Ну и что дальше?