Мир Терпа - Борис Долинго

С помощью Главного Компьютера Богдан сумел получить ответы на некоторые вопросы, но, надо сказать, не на многие. Большинство массивов информации были закрыты паролями, которых Богдан, естественно, не мог знать. Кем, почему и зачем это было сделано, тоже оставалось загадкой. Кроме того, на некоторые вопросы Компьютер не отвечал явно потому, что не имел данных. Однако Богдан обнаружил, что Компьютер принимает и его запрещающие команды для тех операций, которые не были защищены кем-то ранее.

Одна из немногих функций, которая вообще не закрывалась паролем, была функция питания, то есть любой, кто попадал во Дворец, мог получить еду, если знал как. Кроме того, можно было пользоваться точками перехода — они не блокировались паролями, что показалось Богдану довольна странным на фоне запретов практически на все.

Так или иначе, Богдан узнал для начала достаточно. Этот мир имел форму шестигранного цилиндра, на одном торце которого и располагался Дворец, окруженный лесо-паркосадом в радиусе нескольких десятков километров. Затем плато, на котором стоял Дворец, резко обрывалось и уходило вниз практически гладкой скалой, имевшей высоту. около трех километров.

Богдан, воспользовавшись одним из гравилетов, имевшихся во Дворце, осмотрел торец планеты-цилиндра. От подножия монолита, на котором стоял Дворец, до края донышка цилиндра простиралось невообразимое нагромождение скал, совершенно непроходимая страна, населенная к тому же странными существами, многие из которых, похоже, были созданы искусственно. Почти все эти существа не отличались дружелюбием. Расстояние от подножия монолита до края торца было более двух тысяч километров.

Грани цилиндра имели высоту примерно в четыре тысячи километров. Таким образом, площадь каждой грани составляла более восьми миллионов квадратных километров. Еще из школьных уроков географии Богдан помнил, что площадь СССР составляла примерно двадцать два миллиона квадратных километров, а площадь, например, Франции — где-то около пятисот тысяч. Значит, одна грань этого мира по площади равнялась примерно трети Советского Союза или шестнадцати Франциям.

Непонятным образом общая сила тяготения, несмотря на меньшие размеры планеты, равнялась земной. Кроме того, насколько Богдан знал физику, сила тяжести на планете такой формы должна была распределяться неравномерно, поскольку расстояние от центра массы до разных точек поверхности было разное. Однако ничего подобного не наблюдалось: сила тяжести на гранях везде была постоянной.

А вот плотность атмосферы странно быстро убывала по вертикали, и дышать на высоте четырех-пяти километров было уже совсем невозможно. Принимая во внимание то, что горы, окружавшие каждую грань, имели везде почти одинаковую высоту в семь-восемь километров, перебраться с грани на грань жители просто не могли, и области были надежно изолированы друг от друга.

Вокруг планеты по довольно сложным орбитам вращались солнце и луна. Таким образом, практически все участки поверхности получали примерно равное количество тепла, и продолжительность дня также была одинакова.

Второй торец цилиндра почти полностью занимал океан, среди океана были разбросаны острова.

Таково было устройство мира, в котором оказался Богдан. С точки зрения положений физической науки, которую ему преподавали в школе и в институте, этот мир не мог существовать. Но, несмотря ни на что, он существовал и был не менее реален, чем мир Земли. Согласно информации Компьютера мир этот был создан искусственно.

Вот тут Богдан был все-таки шокирован. Оказалось, что вселенная, в которой располагалась планета-цилиндр, имела в диаметре всего около ста тысяч километров. Богдан не совсем понял этот термин — «диаметр вселенной», но Компьютер точнее не разъяснил. Кроме планеты, солнца и луны, в этом пространстве больше ничего не было. Совсем ничего.

Еще одним любопытным фактом, на который Богдан обратил внимание не сразу, а только после некоторой практики общения с Компьютером, было то, что, судя по уровню развития техники неизвестных Творцов, сам Главный Компьютер Дворца, агрегат, управлявший и контролировавший сложнейшую систему коммуникаций, был вполне доступным для того же Богдана устройством. То есть в Компьютере не было чего-то такого, что принципиально превосходило бы общую концепцию подобных земных устройств.

Если бы кто-то еще дома, на Земле, спросил Богдана, как он представляет себе компьютеры у некоторой гипотетической цивилизации, способной, например, создавать планеты, то он, естественно, ответил бы, что это должны быть устройства, обладающие чем-то вроде интеллекта, наверное, нечто вроде кибернетической формы жизни.

А здесь ничего подобного не было. Компьютер Дворца был сложнейшим устройством, оснащенным мощнейшей программой-оболочкой. Богдану в институте, где работал, и не снилось ничего подобного, но не более того. На первых порах можно было подумать, что у этого Компьютера имеется интеллект, но при ближайшем знакомстве выяснялось, что это только кажется. В реальности интеллектом и не пахло, что казалось Богдану весьма странным.

Более или менее освоившись во Дворце, Богдан встал перед дилеммой: либо подробно обследовать грани планеты в поисках ответов на оставшиеся вопросы (а таковых осталось больше, чем было сначала), либо отправиться на поиски этих ответов в другие миры с площадки башни Дворца, на которую прибыл он сам.

Отправиться в совершенно неизвестные пространства Богдан не рискнул — Дворец, ставший за это время почти привычным, вселял уверенность и спокойствие. Хотя первое время Богдан каждую минуту ждал, что вот-вот появится кто-то из хозяев, к которым, по-видимому, принадлежал и фальшивый латыш Ингвар Янович.

Но дни проходили, никто не появлялся, и Богдан даже стал свыкаться со своим положением хозяина Дворца. Поэтому было спокойнее сначала обследовать данный мир, имея под боком такое надежное укрытие с неисчерпаемыми, казалось, техническими возможностями.

Мысль вернуться на Землю, конечно, была. Богдану очень хотелось прихватить кое-что из своих домашних вещей и, кроме того, сильно подмывало поделиться удивительными новостями с кем-нибудь из друзей. Даже шевельнулась мыслишка заработать на Земле огромные деньги, используя некоторые из образцов техники, обнаруженных во Дворце.

Но, поразмыслив, Богдан решил, что не только для собственного блага, а даже для блага родного мира этого делать не стоит. Он оценил, насколько фантастические перспективы перед ним открылись, и понимал, что на Земле он слишком ничтожная величина, чтобы сильные мира сего, узнав о найденном им переходе между мирами, не наложили на все свои лапы, убрав лишних свидетелей, первым и пока единственным из которых являлся именно он. Борьба же между разными политическими системами планеты и так идет в полную силу, так зачем ее еще обострять?