Небо тебя найдёт - Юрий Вячеславович Скрипченко

Чего же ты не рад?

Тебе больше не к чему стремиться1». Горькие пророческие строки.

15.

Целью путешествия было старое здание на отшибе, которое состояло из четырёх высоких башен, соединённых перемычками галерей. Вокруг раскинулись какие-то унылые пустыри, приземистые ангары и свалки, к которым зачем-то был проложен маглев для грузовых поездов.

Гостей встречали на улице. Это были восторженные оживлённые люди, одетые как отбросы общества. Татуировки, банданы, клёпаные куртки, цепи, свисающие с пояса. И весь этот сброд славил фальшивых пророков, посылал им воздушные поцелуи, кидал венки и норовил дотронуться до одежды.

Сирена морщилась, обнимая детей, и пыталась спрятать всю ватагу за спину Виктора. Племянник Гектор присвистнул, а Софи помахала встречающим рукой.

Их провели через высокие ворота, а потом подняли на лифте. Перед гостями открылось просторное шарообразное помещение. Его в несколько ярусов опоясывали голографические мониторы, перед которыми прямо в воздухе восседали операторы в очках дополненной реальности. Их кресла крепились к центральной оси длинными телескопическими штангами. Время от времени эти держатели приходили в движение, и операторы перемещались от одного монитора к другому – на самых разных уровнях. То и дело они отрывали от мониторов исчёрканные жёлтые стикеры и выбрасывали их. Бумажные квадратики порхали, как бабочки. Стрекотали многочисленные клавиатуры, пахло застарелым потом и озоном от серверов, которые опоясывали шар внизу.

Над верхушкой центральной оси парил голографический монитор циклопических рамеров. На нём, внутри шестнадцати экранов, транслировались новости со всех концов земли и биржевые сводки.

Внутри шара тут и там сновала мобильная платформа-квадрокоптер. На ней перед веером мониторов восседал необъятный седобородый мужчина в бандане и очках. Он колыхался при каждом движении.

– Наш главный по циферкам, – отрекомендовал Христофор. – Эй, друг, всё готово?

Очкарик в бандане помахал рукой и затрясся как холодец: дескать, всё тип-топ. Платформа приблизилась. Комитет по встрече распределился по периметру и не отрывал от гостей восторженных глаз.

Операторы, наконец, обратили внимание на вошедших, и раздались дружные аплодисменты.

– Дыра какая-то, – резюмировала Сирена. – Неужели нельзя встретить главных селебритиз Земли в приличном месте?

– Извините за обстановку, – залебезил Христофор. – Время не терпит. Поэтому условия… гм… почти походные.

Виктор перехватил чемодан с Гектором другой рукой. Тяжёлый!

Две фигуристые девицы в мини-рясах, расшитых золотом, принесли гостям кофе и булочки, а детишкам – конфеты, и те немедленно перемазались в шоколаде.

Христофор подвёл «пророков» к зелёной выгородке, перед которой зависли дроны-камеры:

– Теперь вся надежда только на вас, – сказал он смиренно. – Нужно записать ролик минут на десять.

– Что мы должны сказать?

– Правду. И ничего кроме правды. Как мачеха-земля не пустила вас обратно – таких молодых, энергичных и полезных для общества… Как вам пришлось двадцать лет скитаться по Солнечной системе в голоде и лишениях… Как вас обвели вокруг пальца заставили участвовать в чудовищной лжи…

– В моей памяти сохранены видео- и аудиозаписи, – сказал Гомер из чемодана. – Подробный видеоотчёт обо всём путешествии.

– Отлично, – захлопал Христофор. – Будет трогательно и убедительно.

– Для этого мне нужен выход в сеть.

Священник сопротивления одобрительно сахнул рукой, и клацанье по клавишам усилилось. Чемодан завибрировал, а его шов засветился синим.

– Что? – закричала Сирена. В своём голографичеком купальнике она была разъярена и прекрасна. – Гомер, не смей, ты меня… ты нас опозоришь! И вообще – что за ересь? Какого чёрта здесь вообще происходит?

– Нас спасло Сопротивление, – ответил Виктор. – От коварных корпоратократов. Теперь было бы неплохо – в качетве ответной любезности – вернуть долг.

Христофор закивал, встречающие зааплодировали, а из глаз толстяка-хакера на зудящей платформе показались слёзы.

– Не смей! – завизжала супруга и принялась молотить Виктора кулачками. – Не позволю! Мне нравится, когда меня боготворит вся планета! К тому же, это очень выгодно.

Девушка с подносом, которая ещё не успела отойти, кошачьим движением воткнула инъектор в пятую точку разъярённой женщины. Сирена вытарищилась, плечи поникли, и женщина первой пошла к камерам.

Через пятнадцать минут трансляция, которую сопровождала трогательная хроника, где одичавшие и обросшие робинзоны не отчаивались, а работали над собой и из последних сил выживали, закончилась.

– Вы были великолепны! – возопил Христофор. – Я тронут! Видите эти слёзы на моём лице, видите? Идеальная трансляция! Дело почти сделано. Осталась самая малость. Теперь вас нужно убить, чтобы люди планеты как один поднялись против мерзкого Сопротивления. Того самого, что под пытками заставило величайших пророков истории солгать в прямом эфире, а потом расправилось с ними!

– Что? – ошалел Виктор.

– Народ, не расслабляемся. Сделайте мне побольше крови. Затем разложите трупы покрасивее, ну, в таких позах, чтоб аж до печёнок пробирало, да. А потом проведём ещё один прямой эфир. Только, Тверди ради, не повредите оборудование, когда будете стрелять.

Комитет по встрече ощетинился стволами. Люди в косухах и банданах, звеня цепями, начали приближаться. У Гектора упала челюсть, Софи спряталась за ним. Сирена пустым взглядом наблюдала за происходящим, а дети, конечно, всё приняли за очередную игру. Они выставили руки вперёд как пистолеты и принялись изображать перестрелку.

– Но зачем вам всё это? – тут Виктора осенило. – Неужели…

– Конечно, никакое мы не сопротивление, – ответил Христофор, глаза которого лучились добротой. – Его вообще в природе не существует. Мы смиренные сыны корпоративной церкви. Пророки выполнили свою задачу. Теперь им, то есть вам, нужно красиво умереть. Извините, ничего личного.

– Ваше преосвященство, – подал взволнованный голос толстый хакер, – вам нужно это знать.

– Что там ещё? – спросил тот с раздражением и приблизился к платформе.

– Кто-то подключился ко всем вебкамерам. Боюсь, уже несколько минут идёт трансляция. То, что происходит здесь, видит весь мир.

– Что ты сказал?!

– Так вот зачем тебе понадобилось подключение к сетям, – догадался Виктор, и чемодан-Гектор довольно хмыкнул. Вооружённые люди остановились, не зная что делать.

– И чего вы этим добились? – Христофор подбежал к Виктору и ухватил его за грудки. Добрые морщинки в уголках глаз побелели.

– Вывели вас на чистую воду, разве нет?

– Да ни черта подобного!, – священник уже совершенно не владел собой. – Идиот, ты не понимаешь, какие у нас ресурсы. Мы эту вашу жалкую трансляцию замнём, извратим и вывернем наизнанку. Вам так и так конец.

Виктор покрутил указательным пальцам, дескать, говори побольше, запись продолжается.

– Да вырубите уже эту трансляцию! – взвизгнул Христофор.

– Не можем, – ответил главный. – Не получается. Ваше преосвященство…

Голос сделался испуганным, и толстяк щёлкнул клавишей. На огромном центральном экране появился вид с внешней камеры. К башням приближалась пёстрая толпа, в которой можно было разглядеть людей, закованных в матово-чёрную броню.

– Кажется, за вами пришли, – хохотнул Гектор.

– И вряд ли для того, чтобы славить, –