Японская пытка - Максим Шахов

— Зафиксируй в журнале критический уровень давления в камере, — распорядился Ихару и приберись там. — Сравним с завтрашним. И чтобы все прошло гладко, гость у нас будет. Важный гость.

Сказав это, Ихару заспешил в виварий. В «Отряде 731» перейти в другие помещения можно было только подземными переходами. Их планировка позволяла лишний раз не пересекаться сотрудникам разных лабораторий. Чем меньше контактов на службе, не связанных с работой, тем лучше — меньше возможность утечки информации. Ихару возглавлял лабораторию, работающую в настоящее время над проблемами выживания в экстремальных обстоятельствах. Точного определения экстремальным обстоятельствам при этом не существовало. К ним можно было отнести высокие и низкие температуры, отсутствие еды или воды, сна, болезни, отравления, недостаток кислорода. Короче говоря, все, что в конечном результате способно привести к смерти живого организма.

Коротышка протопал по узкому бетонному коридору, поднялся по пандусу в виварий. Ступеньки в «отряде» архитекторы предусмотрели лишь в нескольких местах, где от них нельзя было отказаться, все остальные спуски и подъемы были сделаны в виде наклонных плоскостей, чтобы их могли преодолеть каталки, тележки и рельсовые вагонетки.

Посередине светлого помещения высился огромный куб из листового толстого стекла, за ним копошилась уйма крыс. Грызунов было так много, что они не умещались в один слой, постоянно карабкались друг другу на спины, чтобы оказаться поближе к согревающим лампам. Заведующий виварием любовно смотрел на своих зубастых питомцев, постукивал ногтем по стеклу, привлекая их внимание, разговаривал с ними. Он даже не сразу заметил появление Ихара. Спохватился, когда увидел его отражение в хорошо помытом стекле.

— Господин Ихара, извините, я увлекся.

— Не переживай, ты просто делаешь свою работу.

К заведующему виварием Ихара испытывал определенную симпатию, тот все-таки не был «деревенщиной» и не являлся дальним родственником генерала. До того как оказаться в «Отряде 731» он, дипломированный ветеринар, закончивший университет в Вене, заведовал виварием в Харбинском медицинском институте. Но медицинский институт во время войны не лучшее место, чтобы мирно пересидеть лихие годы. Медиков пачками призывали в императорскую армию. И военных не интересовало, что человек специализируется на лабораторных крысах и мышах, при желании сможет лечить и лошадей. Вот ветеринар и перебрался в полувоенизированный секретный «отряд», где и платили, кстати, значительно больше, и паек был несравним с гражданским. Главным же превосходством над другими сотрудниками у заведующего было следующее — он, отучившийся в Вене, отлично знал немецкий язык. В его обязанности входило встречать и сопровождать гостей из Германии. А такие не были редкостью в «Отряде 731». Вот и завтра ему предстояло встретить такого гостя.

Ихара тоже принялся разглядывать крыс.

— Упитанные, — похвалил он.

— Стараюсь. Вы же видели одну из них. Я вам ее передал для опытов.

— Один экземпляр ничего не значит. Его можно откормить отдельно от других. Некоторые так и поступают, чтобы обмануть начальство. А ты честный работник. Зверьки у тебя в лучшем виде. Вот только тесно им стало. Но это ничего, скоро мы используем их по назначению. Сколько черных блох сможем вырастить на этой партии?

— Думаю, килограммов пятьдесят точно соберем. Сами видите, сколько в них жизненной силы.

— Министерство ставит перед нами задачу производства блох до ста килограммов в месяц, — напомнил Ихара. — А наш виварий — один из трех в «отряде». Думаю, можешь рассчитывать на премию.

— Благодарю вас, господин Ихара. — Время кормежки пришло, — заведующий виварием взглянул на часы. — Регулярное кормление и его разнообразие — залог здоровья любого живого существа.

Он поставил высокую стремянку и полез по ней, чтобы добраться до задвижки в стальной крышке куба с грызунами. Над задвижкой располагался бункер с кормом.

— Они прожорливые, господин Ихара. Могут съесть куда больше, чем требуется по рациональной норме. Потому и кормим их через небольшие промежутки времени. Так они лучше вес набирают. Если вовремя не покормить, начинают жрать друг друга. А тогда уже «материал» испорчен. Крыса, которая попробовала живую плоть, ничего другого есть не хочет, только своих сородичей, в крайнем случае сырое мясо употребляет. Даже если две крысы в клетке окажутся, одна другую непременно загрызет и съест. Вот такие вот дела. Растить крыс — это целая наука. Не зря же у меня университетский диплом ветеринара. Ну, а потом блох на них разводить килограммами — это вообще высокое искусство, сравнимое разве что с поэзией и каллиграфией.

Заведующий виварием поднялся на последнюю ступеньку стремянки. Стоял на ней устойчиво — неудивительно, будешь лазить по пять раз в день на такую верхотуру, научишься держать равновесие не хуже циркового канатоходца. Крысы в предчувствии кормежки пришли в движение, они волной хлынули к тому месту, куда должен был посыпаться корм, лезли друг на друга, более сильные подминали под себя слабейших.

Ихара отошел в сторонку, залюбовался расторопным сотрудником, так пекущемся о вверенных ему крысах. Заведующий виварием потянул задвижку, отделявшую террариум от бункера с кормом, та не поддалась, заклинило.

— Да что же это такое? Крысы же голодные останутся.

Те и в самом деле уже бесновались внизу, превратившись из отдельных особей в сильную серую волну. Заведующий виварием сильно дернул задвижку, та осталась на месте, а вот стремянка от такого резкого движения качнулась. Человек, стоявший на ней, взмахнул руками, чтобы удержать равновесие, но было уже поздно. Пару раз стремянка неторопливо меняла сторону наклона, а затем стала заваливаться — прямо на толстое стекло огромного террариума. Хрустнуло, зазвенели рассыпающиеся осколки. Изрезанные руки и лицо заведующего обагрились кровью. Он вместе с лестницей рухнул прямо в кишащую массу крыс. Тут же вскочил, облепленный с ног до головы голодными прожорливыми зверьками, закрутился волчком по виварию, отчаянно закричал, стал сбрасывать с себя крыс, но на место сброшенных тут же находились новые желающие лизнуть кровь, выгрызть кусок плоти.

Несколько секунд коротышка Ихара смотрел на происходящее и не мог пошевелиться. Но, когда увидел стремительно двинувшуюся на него серую массу, сорвался с места и побежал. Орущий, почти ничего не видевший перед собой заведующий виварием бросился следом. Пару раз он падал, поскользнувшись на раздавленных крысах.

Ихара бежал так быстро, как никогда до этого в жизни. Мелькали над головой яркие электрические лампы, иероглифы, нанесенные на бетонные стены узкого коридора под трафарет черной краской. А следом за ним разливалась пищащая, жаждущая крови крысиная масса. Она была подобна волне. В спину били отчаянные вопли заведующего виварием.

Ихара добежал до высокого порога лаборатории. Тот был спроектирован таким образом, чтобы крысы не могли преодолеть его. Он представлял собой бетонный выступ около полуметра высотой, нависавший над полом в виде буквы «Г». Коротышка перевел дыхание, подумал, что спасся, только теперь он позволил себе обернуться. Заведующий виварием находился где-то в середине коридора, блестела на медицинском халате свежая кровь. Волна крыс достигла защитного порога, ударила в него. Но рассчитан-то он был на единичных сбежавших крыс, а тут их шла целая лавина. Задние напирали на передних, а тем было некуда деваться. Зверьки карабкались на спины своим собратьям. Ихара сообразил, что еще немного — и серая волна хлынет через порог. Как назло, никого рядом с ним не было. Оператор куда-то отошел. Сперва мелькнула шальная мысль спрятаться от крыс в барокамере, но та закрывалась только снаружи. Коротышка наконец-то сумел действовать логично. Он рванулся к пожарному гидранту, раскатал брезентовый рукав и повернул вентиль. Брандспойт бился в его руках, тугая струя воды никак не хотела слушаться, била то в потолок, то в стены. Ихара уперся спиной в стальную колонну и сумел наконец-то направить воду, куда нужно — на крыс, которые уже преодолели защитный порог. Тугая струя моментально смела их назад в коридор, закрутила в водовороте, заставила отступать. Зверьков подбрасывало, швыряло на стены, тянуло по бетонному полу коридора.

— Получилось! — выкрикнул Ихара.

Ему даже хотелось крикнуть «банзай!», но коротышка не стал осквернять боевой клич в войне с лабораторными крысами. Теперь он уже перешел в наступление. Шел, сметая на своем пути крыс. Струя достала до заведующего виварием, тот уже лежал на полу и лишь слабо шевелился. Крыс смыло с него. Наконец-то подоспел и оператор с охранниками. Ихара передал брандспойт им, а сам склонился над заведующим. Тот был совсем плох, стучал зубами, лицо его оказалось сильно погрызено, не хватало половины одного уха и левой ноздри.