Рассинхрон (СИ) - Кокоулин Андрей Алексеевич

А ну как нет?

На перекрестке впереди мелькнул, спускаясь с холма, фургон, а звук двигателя, запоздав, качнул воздух на секунду позже. Тоже рассинхрон, мать его.

Ингрейв пригнулся и перебежал к следующему дому. Глупо, не глупо, а лучше так, чем, подставляясь под пулю, изображать из себя рядового, ничего не соображающего статиста. Да, и «смит-вессон» давайте-ка обратно в ладонь. Он дернул кобуру. Ладонь ощутила привычную тяжесть рукоятки. С чего это вдруг он подумал, что если кто-то увидит, как он бредет по улице без оружия, то это не будет выглядеть подозрительным? А двойник за спиной, в плаще по такой жаре, уже ничего не значит? А Перссон, который выписывает пьяные кренделя, в зачет разве не идет? Тут ведь еще вопрос, кто их видит.

Дьявол! Ингрейв согнулся от головной боли, вывернул шею. За стеклом, сантиметрах в десяти, увидел испуганное женское лицо, молодое, в веснушках. Смог подмигнуть, потом прижал палец к губам. Лицо исчезло.

Интересно, что почудилось доминанту этой девушки? Мужчина? Тень? Или в доминантном мире кто-то крадется тоже? Узнать бы, кто.

Ингрейв руганью выгнал себя к следующему дому.

Нет, действительно, его нет в доминантном мире. Правильно? Правильно. Значит, там наемникам Ричи и Мафа делать нечего, они ловят пустоту. Они могли поймать Перссона, хотя бы потому, что в доминантном мире он тусклый, можно заметить, но после того, как я вытащил его сюда, зацепиться им не за что. Как тогда они будут действовать?

Нет, стоп. Здесь, в подчиненном мире, я не обладаю невидимостью и вдобавок слегка свечусь. Выводы? Выводы к Хэнку. Ха! Но на самом деле, все просто. Черт с ними, с доминантами, их достаточно расставить на перекрестках и на границе Лонгерхилла с Пасифик и Либерейдж. Их двойники встанут там же и пройти через них будет проблематично. Синхрон или рассинхрон, а серьезные парни имеют глаза и умеют стрелять в обоих мирах. Значит, надо избегать перекрестков и открытых мест. Так что хрена ли я выперся?

Ингрейв остановился, вглядываясь в пустую улицу дальше по пути, где к обочинам приткнулось несколько автомобилей, и нырнул в щель между домами.

11.

Их накрыли метров за двадцать до магазинчика с зеркалом. Видимо, услуги, оказываемые хозяином магазинчика, были много кому известны. К тому же за пустырем и эстакадой начинался уже Пасифик, район не самый приятный, но получше Лонгерхилла. В общем, их возможные ходы просчитали.

Боумм!

Ингрейва спасло то, что он пригнулся, пережидая приступ головной боли, и пуля, выпущенная стрелком, сидящим за низким забором, ушла на два пальца выше. Штукатурка брызнула крошкой. Рефлексы бросили Ингрейва на землю, и он выпалил из револьвера на вспышку, почти вслепую. Кто-то там вскрикнул и выругался.

Боумм! Боумм!

Настырный стрелок взял ниже, но детектив уже перекатился из опасной зоны в тень от здания, в отнорок у крыльца черного хода, и, по крайней мере, на время стал для противника недосягаем.

– Сюда! Они здесь!

Боумм!

Это в стену. Даже не близко. Хорошо, когда много патронов. Можно стрелять, не забивая голову подсчетом остатков. Можно даже мазать. Ингрейв ощерился и оглянулся. Хэнк с Перссоном лежали за горкой кирпичей, у траншеи, идущей в обход двора, сбоку их прикрывали трубы, которые то ли выкопали из земли, то ли так и не сподобились закопать в землю. Хэнк показал, что попытается обойти стрелка по траншее. Ингрейв кивнул.

Боумм!

На выстрел звонко отозвался железный штырь перил. Пуля высекла из него искры и отрикошетила в кирпичи. Проверяя барабан «смит-вессона, Ингрейв сначала не мог сообразить, как это его опознали в сумерках с двадцати шагов, но потом скумекал: он же, сука, в этом мире как лампочка. Пусть слабая, но, в силу того, что светиться в этом районе больше некому, можно поставить девяносто девять из ста на то, что, выпуская пулю в человека-лампочку, ты шлепнешь того, кого нужно.

Боумм!

Это сколько до забора? Шагов десять уже? Не высунешься. Нет, был бы он поярче, может быть, ослепил. Ха-ха.

–Гэри! Джоко!

Перссон из-за кирпичей показал два пальца. Значит, к стрелку прибавились еще два человека. Наверное, сидели в машине неподалеку.

–Какого хрена, Пол?

– Я видел этого… – ответил Пол хриплым голосом. – Ну, доминанта! Которого мы ищем! Который с этим… с Перссоном!

Кажется, прибывшие на стрельбу выглянули из-за забора.

–Обоих?

–Одного.

– И где он?

Ингрейв вжался в нишу.

– Не знаю, – прохрипел Пол. – Но он точно был «светлячком».

– А в прошлый раз ты пристрелил кошку.

– У нее светились глаза! И я чуть в штаны не наложил, когда эта тварь пошла в мою сторону! Я думаю, он где-то в кустах.

– Я ничего не вижу.

– Я тоже.

– Я видел, но теперь тоже не вижу, – сказал Пол. – Но он стрелял в меня!

–Может, ты был как кошка!

То ли Гэри, то ли Джоко захохотал.

–Здесь есть траншея, – сказал Пол, – Мы можем зажать его с двух сторон.

Один из его напарников цокнул языком

–Знаешь, Пол, мне кажется, ты слишком громко говоришь.

– В смысле?

– В том смысле, что твой доминант, если он здесь есть, не глухой и тоже тебя прекрасно слышит.

Пол выругался.

– Тогда… – он понизил голос, и Ингрейв не смог разобрать ни слова.

Дьявол! Если дружки Пола сунутся в траншею, у Хэнка могут быть неприятности. Видимо, то же самое пришло в голову и Перссону.

– Эй-эй, парни! – крикнул он из-за кучи кирпичей. – Вы кого ловите?

Как умный человек он не поднялся сразу, потому что кто-то из придурков за забором выстрелил на голос.

Потом уже, конечно, спросили:

– Ты кто?

Перссон фыркнул:

– Придурки! Если бы вы меня замочили, как бы я вам ответил?

– Это Пол сорвался, – ответили из-за забора. – Он больше не будет. Выглядывай. Ты не доминант?

– Я – Эрик Гобб, – назвался именем мертвеца Перссон. – Какого хрена я доминант? – Он вытянул вверх руки. – Вот.

– Пистолет выкинь.

– Ага, разбежался, – сказал Перссон. – Я в жмурики не тороплюсь. Вы вообще от Ричи или от Мафа?

– От Ричи. Поднимайся.

– А я от Мафа. Мы тоже ловим этих уродов.

Перссон высунулся из-за кирпичей по пояс. Револьвер он держал стволом вверх.

– Ты не светишься, – сказали ему.

– Ну!

– А кто тогда светился? – озадаченно спросил Пол.

– Точно не я, – сказал Перссон.

– Погоди, – сказал то ли Гэри, то ли Джеко, – ты с холма спускался?

– Ага, вел эту троицу.

– Ты их видел?

– Ну, не как вас… На сотню метров отпустил вперед. Где-то здесь они и пропали. А затем ваш товарищ решил меня шлепнуть.

– Эй! Я не в тебя стрелял! – прохрипел, видимо, высовываясь из-за забора, Пол.

Боух! Боух! Боух! Три выстрела из «питона» вмешались разговор. Четвертый выстрел поставил в нем точку.

– Готово! – крикнул Хэнк.

Ингрейв встал, отряхнул штанины и пропустил вперед Перссона. В голове шипело, словно там работала не настроенная радиостанция.

12.

У магазинчика было пусто, но Ингрейв не сомневался, что внутри им приготовлен горячий прием. Он бы сам так сделал.

Их путь обрастал трупами. Два в доме. Три здесь. Дальше – больше? Интересно, на какой цифре их остановят? Или дадут замахнуться на двухзначное число? Доминант что-то да значит в этом отраженном мире, а доминант и двойник в связке, пожалуй, могут наворотить здесь кучу славных дел.

С-сука! Ингрейв прижал ладонь к черепу. В голову будто выстрелили из того же «питона». Боух!

– Хэм! – позвал двойник.

– Да, Хэнк.

– Ты в порядке?

Ингрейв издал похожий на смешок звук. Что-то вроде долгого «х-хы». В глазах плавал желтый, как пивная моча, туман.

– Хэм!

– Стой, где стоишь, – выдохнул Ингрейв и выпрямился.

Из тумана проступили кирпичная стена с рядом окон над головой и припаркованный на обочине «бьюик». «Бьюик» был обшарпан и пуст, под переднее колесо его прибился пустой пакет из-под чипсов.