Вечный. Кто есть кто - Сергей Будеев

Хоаххин аккуратно снял с себя верхнюю одежду и прикрыл створки шкафчика.

– Шкаф, чистка, глажка. Визор, хватит с меня на сегодня красивых женщин и шустрых девочек, внешние камеры. Кровать, трансформация.

Он присел на краешек застеленной свежим бельем кровати и посмотрел на звездное небо, в которое преобразовалась стенка каюты перед его лицом. Так что там про файл, который сам себе не указ? И каких, интересно, обстоятельств этот файл будет дожидаться? Значит, у Учителя есть основания полагать, что такие обстоятельства на корабле возникнут? Или не на корабле, а позже? А может, самому покопаться?

Звездное небо на голоэкране затуманилось, и перед всеми без исключения пассажирами лайнера предстало лицо помощника капитана. Представившись по-старинному велеречиво и поблагодарив пассажиров за оказанное его экипажу доверие, он попросил всех занять места в компенсаторах, поскольку корабль уже отшвартован от хаба и выведен буксирами на траекторию старта. Хоаххин послушно нырнул в мягкий кокон, который тут же принял его тело в свои объятия и приятным баритоном предложил пассажиру перечень элементов сервиса, доступного ему на то время, пока «Жемчужина Короны» будет совершать маневр разгона своей безразмерной туши.

До сегодняшнего утра полет проходил скучно. А вот утром начались непонятки… Например, сейчас Хоаххина несколько беспокоил тот факт, что вот уже час он никак не мог «нащупать» капитана «Жемчужины». Вахтенный офицер вместе с новой подвахтенной командой заступил на дежурство в рубке ровно в восемь утра по внутрикорабельному времени и все еще продолжал проводить процедуру голосового опроса постов. Притом что любой современный корабль – от челнока до крейсера – управлялся бортовыми (или боевыми) информационно-управляющими системами искусственного интеллекта, голосовой опрос не спешили списывать как анахронизм. И в первую очередь это было связано с психологическими аспектами человеческого фактора.

– Система раннего оповещения – норма.

– Система стабилизации силовых полей – норма.

– Система энергопитания силовых полей…

То есть, по идее, все было нормально. Но капитана отчего-то нащупать не получалось. А чуть погодя появились и новые поводы для беспокойства…

Молодой парень, склонившийся над интегральным пультом внутренней связи, вполоборота повернул голову к старшему вахтенному офицеру, привлекая его внимание, и вывел на обзорный экран сообщение системы идентификации внешних сигналов. Бегущая строка указывала на слабый сигнал, по пеленгу на десять часов в нижней полусфере.

– Грузовой корабль конгломерата Регул на аварийной частоте запрашивает экстренную помощь! Сигнал передается автоматически БУИС танкера. Мы, похоже, единственные пока, кто принимает его запрос. Уточняю расстояние до объекта. Господин офицер?

Старший офицер недовольно оторвался от своего монитора и сквозь зубы процедил:

– Пункт межнациональной конвенции номер три точка один. БУИС принять к исполнению, провести расчет корректировки курса и начать процедуру оповещения об экстренном торможении. Всему персоналу стоять по расписанию «экстренное торможение», включить обратный отсчет времени.

Корабль ожил и зашевелился, как будто муравейник, в который нехороший мальчишка воткнул сучковатую палку. Полковник, глазами офицеров, находящихся в рубке, отслеживал приготовления экипажа к совершению экстренного маневрирования. На голоэкране в каюте вновь появилось приятное мужское лицо в форменной фуражке и попросило пассажиров лайнера не проявлять беспокойства и, во избежание травм, занять места в компенсаторах. В этот момент в поле зрения Хоаххина возник, наконец, капитан корабля, он был аккуратно одет и безупречно выбрит, сам этот факт внушал определенное уважение и уверенность в том, что нештатная ситуация будет разрешена достойно и без лишних эксцессов. И именно в это мгновение в затылке полковника что-то щелкнуло, и Хоаххин услышал голос Учителя:

– Привет, диверсант! Давно не виделись. Раз уж ты сейчас меня слышишь, это означает, что началась распаковка файла с постановкой задачи. А раз началась распаковка, это в свою очередь значит, что я не ошибся, отправив тебя на «отдых» именно этим маршрутом и именно в это время. И в продолжение всех этих совпадений я даже готов побиться об заклад, что к «Жемчужине» приближается некое судно или другой недружественный объект. Цель этой атаки мне неизвестна, но большого урона самому лайнеру эта акция не нанесет. С высокой долей вероятности могу утверждать, что в результате действий противника с корабля будут похищены люди. Твоя задача – не препятствуя действию агрессора, скрытно проникнуть на его судно. Наиболее приемлемый вариант проникновения – в качестве одного из захваченных. Большая просьба лично от меня, зная твое отношение к пиратам, – постарайся никого не убивать, ну или сведи количество уничтоженных врагов к минимуму. Крайне не рекомендую использовать свои специфические возможности, по крайней мере, за пределами «Жемчужины», потому что очень велик риск того, что именно через их использование тебя сможет вычислить наш противник. Я думаю, ты понимаешь, кого я имею в виду. Остальную информацию по этому заданию посмотришь сам, когда у тебя появится такая возможность. На ознакомление с информацией тебе отводится двое суток. После этого срока файл самоликвидируется. Работать придется вслепую, без связи. Надеюсь увидеть тебя вновь живым и здоровым. Удачи.

Значит, опять «наш противник». Судя не столько по жестким ограничениям, с которыми было связано выполнение данной миссии, сколько по неформальной лексике Черного Ярла, которой было изложено это предпоследнее пожелание Учителя, вероятность его исполнения приближалась к нулю. А если судить по уровню секретности операции, который не предполагал ознакомление с деталями ее проведения даже текущее руководство полковника, все обстояло еще хуже, чем можно было себе представить.

Корабль тряхнуло, а это было верным признаком выхода из подпространства и изменения его курса. Хоаххин слегка скривился и вновь погрузился в отслеживание происходящего на мостике.

Танкер, похожий на связку сарделек, растянувшихся километров на двадцать, шел по инерции, двигатели его были заглушены, а курс движения направлен в сторону от магистрального коридора, выделенного султанатом для транзитных кораблей. На запросы с лайнера никто не отвечал, только БИУС продолжал непрерывно талдычить в эфир сигнал бедствия. Капитан принял решение поравняться с буксиром танкера и провести визуальный осмотр. Дроны с камерами высокого разрешения вынырнули из-под обшивки «Жемчужины» и ринулись к корпусу продолжавшего приближаться к лайнеру танкера. Расстояние до точки рандеву составляло, по сообщениям компьютера, не более двухсот километров.

– Ну и что же здесь агрессивно-враждебного? – прошептал сам себе Хоаххин. Люки задраены, свищей не видно, мелких повреждений внешней обшивки можно даже с такими камерами, какие вели трансляцию с дронов, сразу не заметить. Каких-то нештатных конструкций, оружия также не видно. Если, конечно, это нештатное не замаскировано под грузовые танки. Силовое поле отключено… А вот это уже интересно! Если в энергосистеме остается хоть пара «ведер» мощности, силовое поле корпуса будет действовать, если только его не отключат принудительно. Возможные варианты проведения атаки с этого полумертвого корыта: танки окажутся вдруг вооруженными до зубов корветами или атакующие захватят спасательный челнок и под прикрытием команды этого челнока высадятся на лайнере. В том, что капитан лайнера после проведения визуального осмотра отправит на танкер спасателей, сомнений у полковника не было. И вот тут-то их можно было подловить. Но зачем? Ну, сколько бойцов смогут втиснуться в челнок? Десять, пятнадцать – в зависимости от их комплекции и вооружения. Далеко такому количеству нападающих не пройти… если только не по пассажирским палубам. Там охрана лайнера будет сильно скована присутствием пассажиров, и наоборот, нападающие смогут использовать захваченных пассажиров в качестве живого щита. Организация отхода? Непременное прикрытие все теми же заложниками… Черный Ярл знал, что наговаривать в сообщении. Ошибся он в одном – это не агрессор приблизился к «Жемчужине», это сам лайнер подошел к ловушке. Причем ловушке отчаянно тупой и опасной больше для самих охотников, чем для корабля. Малейшая нестыковка – и капитан просто не пропустит борт со спасателями обратно к своему лайнеру. Или все-таки пропустит? Хм… и как же ему, «несчастному слепому калеке», затесаться в компанию заложников? О чем бы ни просил его Учитель – чем сильнее проредить «гостей» еще на лайнере, тем больше места останется в нем для отступающих и захваченных ими пассажиров. Кого бы я наловил себе для устрашения капитана? Детей? С ними возни много. Женщин – и ловить приятно, и если что, потом жениться можно. Калека тоже подойдет, но до первого сброса мусора в пространство… Хех! А нам дольше и не понадобится… Осталось только отследить, куда конкретно к обшивке пассажирских палуб причалит возвращающийся челнок.