Ошибка. Мозаика судеб - Евгения Гордеева

328 год правления династии Румов

Условия для жизни в обители были довольно аскетичными, но после долгой дороги привередничать путникам не приходилось. Кое-как отмывшись от дорожной пыли, Эйрл рухнул на жёсткий лежак и тут же провалился в тяжёлый, полный кошмаров, сон.

Его снова преследовали кровники, а он никак не мог от них оторваться. Страх гнал его всё дальше и дальше, заполняя мозг одной единственной мыслью о спасении. Но не о себе думал Эйрл, а о маленьком сыне, привязанном к его груди шалью Й'олы. Малыш терпеливо сносил темп погони, но как долго он будет молчать, молодой отец не имел ни малейшего представления. Голод и мокрые пелёнки заставят сынишку подать голос и потребовать восстановления комфортных условий. И тогда спрятаться, затаиться, не дать себя обнаружить будет практически невозможно.

Опережающие почти прошли мимо их укрытия, когда Эйнар недовольно зашебуршился и жалобно пискнул. Звук был не громче мышиного писка, но и его было достаточно для преследователей. Они остановились, прислушиваясь и приглядываясь к окружающей обстановке слишком близко от Эйрла. Ребёнок снова зашевелился, скуксился недовольно, и начал медленно раскрывать ротик, чтобы огласить ближайшее пространство требовательным плачем. Эйрл машинально прикрыл ротик сына рукой, и плач вышел приглушённым, но, всё-таки, весьма громким. Мужчина встрепенулся, напряжённо оглядываясь по сторонам...

Сон прервался, но детский, приглушённый плач не стих. Он доносился откуда-то совсем рядом, и был настолько знакомым, родным, что Эйрл не выдержал и бросился на этот звук. В одной из соседних келий затворник неумело пеленал малыша, а второй в это же время пытался засунуть ребёнку в рот что-то вроде соски, но младенец не желал иметь дело с пустышкой и требовал молока!

- Son, - не веря своему счастью, пробормотал Эйрл, и кинулся к ребёнку, отстраняя затворников от своего вновь обретённого чада, -kialu fatur!

- Вы его отец? - спросил один из мужчин, облегчённо вздыхая.

- Да... Это мой сын Эйнар. Я потерял его три или четыре дня назад. Извините, я сбился в подсчёте, но это, безусловно, мой сын!

Эйрл прижал ребёнка к груди, словно боялся, что жители обители будут его отнимать. А сынишка, услышав родной голос, сразу успокоился и смирно засопел, смешно причмокивая губками.

- Большая радость для нас, - блаженно улыбнулся более старший по возрасту затворник, - что ваша семья воссоединилась под нашей кровлей! Это хороший, добрый знак, вы осчастливили нашу скромную обитель, и благодать сошла на наши головы! - Эйрл слегка обалдел от столь высокопарных слов. Но сказаны они были от чистого сердца. А уж кто как привык изъясняться, это дело третье. - Я оповещу наших старших братьев о чуде, свершившемся на наших глазах!

- Это, конечно, чудо, - пробормотал в спины удаляющимся затворникам всё ещё не пришедший в себя Эйрл, - но лишь для меня... как мне казалось. Хм... Странные взгляды на жизнь...

- Я бы сказал: не стандартные, - из тёмного коридора вышел благообразный мужчина средних лет. Лицо его было спокойное, даже несколько отрешённое, а вот глаза излучали заинтересованность и любопытство.- Иначе они не пришли бы в эту обитель! Малыш уснул, - мужчина заглянул в сопящий кулёк и удовлетворённо улыбнулся, - славный мальчик. Разрешите, я благословлю его по нашим обычаям?

Только что начавший приходить в себя молодой отец снова удивился до глубины души. Редко встретишь служителя культа, спрашивающего разрешение на свои обрядовые действия. Это отчего-то вызывало нехорошие подозрения и желание поскорее покинуть этот, возможно, негостеприимный кров.

- Кто вы? - настороженно поинтересовался Эйрл, размышляя, куда может вывернуть данная ситуация. И пусть у него на руках находится живой артефакт, управляющий случайностями, он был ещё слишком мал.

- Меня зовут старец Некий, - смиренно представился затворник. Эйрл подумал, что до старца тот ещё явно не дотягивает, но в каждой обители свои законы, и не ему сетовать, кто кого и как называет. Старец, так старец. Имярек, так имярек. - Вам нечего опасаться, молодой человек, - тем временем продолжал тихо рассказывать мужчина. - В обители Скорбящих душ вам ничего не угрожает. Как вас зовут?

- Эйрл.

- Просто Эйрл? - глаза старца прищурились, словно затворник в чём-то подозревал гостя.

- Да... Просто Эйрл.

- Хм... Для нашего мира одного имени не достаточно.

- А откуда вы знаете... - не сдержал эмоционального порыва Эйрл, но вовремя остановился. Намёки так и останутся намёками, а от заданного напрямую вопроса потом не отвертишься.

Затворник сделал предостерегающий жест рукой и приложил палец к своим губам, призывая гостя помолчать. Эйрл снова напрягся. С одной стороны: старец сказал, что ему ничего здесь не угрожает, с другой - просит не болтать лишнего. Некий понял мысленные рассуждения молодого мужчины, чуть качнул головой в знак подтверждения его мыслей и рукой указал направление, куда им следовало переместиться.

- Да, у нас вам ничего не угрожает, - снова повторил свои слова старец, но дверь в келью прикрыл со всей тщательностью, - но... есть вещи, которые некоторым братьям понять и принять будет очень не просто... - Некий несколько мгновений напряжённо всматривался в молодого мужчину и всё-таки рискнул спросить: - Господин Эйрл, вы ведь Посланник?

- Нет, - отказался от столь почётного титула гость и нахмурился. Он никак не рассчитывал вот так вот, сразу по прибытии в этот мир встретиться с Посвящённым.

- Я неправильно выразился, - мягко, стараясь не навредить диалогу, продолжил старец, - вы - представитель другого мира. Так? - Эйрл лишь кивнул, соглашаясь. - Попали к нам не по своей воле... Враги? - Гость снова согласился. - Ага. И потому вам необходимо надёжное укрытие?

- Да, вы во всём правы, господин Некий, - после непродолжительной паузы, за время которой успел много чего подумать, признался Эйрл. - Я должен спасти сына!

- А его мать?

- Она осталась там... Но обстоятельства сложились так, что наше с Эйнаром присутствие может угрожать её жизни.

- Вы плохо знаете женщин, мой юный друг, - Некий вздохнул и присел на топчан. Взгляд его сделался задумчиво-печальным, и печаль была горькой. - У вас есть возможность связаться с ней?

- Есть, но обстоятельства таковы...

- Опять вы твердите про обстоятельства. Я понял, что любая информация о том, что вы живы, а ведь именно это вы и пытаетесь скрыть от своих врагов, - абсолютно правильно догадался старец, - не должна просочиться в ваш мир, - молодой мужчина нехотя согласился. Да, всё именно так, как сказал Некий. Ни прибавить, ни отнять. - Оставайтесь у нас!

- В обители? - с горечью спросил Эйрл. Такой вариант его мог устроить лишь временно. Жить затворником по чужим законам ему было бы крайне затруднительно. А уж о сыне и говорить нечего. Мальчику нужна была кормилица. А где найти такую в мужской обители?