Ошибка. Мозаика судеб - Евгения Гордеева

- Утро вечера мудрее... мудрёнее... мудренее... Забыл, как правильно. Эх, дядька Квинт... Выберусь отсюда, вызову тебя на дуэль, старый хрыч! А мачехе Фарсавии космы обрежу! Пусть лысая ходит! Императрица недоделанная!

Придумывать кары и месть для виновников своего неприятного положения Гадриан мог долго. Фантазия у парня работала замечательно. Только, чтобы воплотить их в жизнь, надо было двигаться вперёд, а времени не хватало катастрофически. Он еще не прошёл второй круг, а потратил уже три дня. Так что, как только глаза стали хоть что-то видеть в отступающей темноте, парень с удвоенной силой принялся карабкаться вверх, к вожделенной двери, надеясь, что следующий круг будет не такой изматывающий, как этот. Хохотунья ему так и не показалась, но пару раз голос подавала, извещая замученного принца, что все его неудачи видят и соответственно реагируют.

К середине дня Гадриан сумел добраться до третьих врат, но слегка замешкался, обдумывая, стоит ли их открывать рывком или заглянуть потихоньку? Мало ли что...

На первый взгляд опасения были напрасными. За третьими вратами оказалась приветливая местность, слегка каменистая, с редкой, но пышной растительностью. С дрожащими, словно в мареве, четвёртыми вратами, до которых было рукой подать. Принц облегчённо вздохнул и вступил в новое пространство... встретившее его неожиданно нестерпимым жаром и ослепительным светом.

Первой мыслью было скинуть с себя всю одежду, но своевременная вторая мысль, что четвёртое пространство может оказаться ледяной пустыней, вовремя остановила Гадриана. Раскалённая земля под ногами не позволяла долго стоять спокойно. Даже кожаные сапоги не спасали. Парень вспомнил детские сказки, про то, как злобные ведьмы жарили непослушных детей на сковородках, и осознал мораль этих нелюбимых произведений, рекомендованных для чтения ребятне младшего возраста.

Обмозговав своё неприятное положение, принц решил передвигаться не по прямой, а от одного мини-оазиса к другому. Конечно, это было гораздо дольше, но, по крайней мере, у него будет возможность хоть немного передохнуть в тени. Эта тактика себя оправдала. Мелкими перебежками, принц до конца светового цикла успел добраться до четвёртых врат. И только тут понял, что в третьем круге никогда не наступает тёмное время.

Осторожно приоткрыв дверь, Гадриан обречённо вздохнул. Четвёртое пространство выглядело даже более приветливо, чем третье, но... Он уже понял, что внешнее проявление местности было обманчиво: чем привлекательнее был пейзаж, тем сложнее было его преодолеть. Вот и сельский пасторальный ландшафт с пасущимися белыми овечками заставил парня содрогнуться.

- И чего мне тут ожидать? Ревнивого бодучего барана или оголодавшего волка? Кстати, а почему это я есть не хочу столько времени?

***

Оракул молчал. Ни слёзы, ни мольбы, ни угрозы на него не действовали. Или он действительно не знал того, что хотела услышать от него измученная женщина, или не желал ей ничего говорить. Сколько раз она уже приходила к нему? И не вспомнить. А ведь он не один предсказатель в необъятной Элави. Значит, и другие не могут облегчить её страданий, дать надежду, сказать то единственное, что может возродить её к жизни.

- Покинь меня...

- Это всё, что ты можешь мне сказать, Уль-Диан?! А как же всплеск силы, который я почувствовала?

- Тебе показалось!..

Оракул больше не стал слушать посетительницу. Отвернувшись от неё, Уль-Диан всем своим видом демонстрировал отрешение от житейских забот и проблем, устремив свой взор в мировое пространство. Й'ола ещё какое-то время постояла в гроте, пытаясь развернуть обстоятельства в свою пользу, но, как всегда, в минуты сильных душевных переживаний ей этого сделать не удалось. Или Оракул был гораздо сильнее её.

Не получив ответа на свой единственный вопрос, женщина покинула грот. Она чувствовала, как Оракул смотрит ей в спину, забыв о космических далях. Что взгляд этот полон сострадания, но, если она обернётся, то не увидит этого сочувствия. Уль-Диан успеет принять свой отрешённый вид, снова уставится в равнодушное небо такими же равнодушными глазами, и будет изображать, что поглощён общением с Абсолютом. Что ж, на это он имел полное право. Никто её сюда не заманивал и ничего не обещал. Сама просила...

- Й'ола?

Знакомый голос остановил спускающуюся по склону женщину. Услышать его здесь она никак не ожидала. Зачем старая приятельница пришла к Оракулу? С её-то возможностями?

- Пряха? Ты здесь? - грустная улыбка появилась на лице молодой женщины. - Зачем?

- Должок зашла вернуть.

- Должок?

- Старая история. Поспорили мы как-то с этим самовлюблённым выскочкой, что если свести в одну точку счастливое стечение обстоятельств, сто процентную вероятность события, везение, удачу и фарт, то обязательно найдётся человек, который не сумеет этим воспользоваться, и, не только упустит свой шанс, но обернёт всю эту благодать против себя. Это, разумеется, моё мнение!

- И он тебя оспаривал?

- С пеной у рта! Ну, скажи ты мне, как может теоретик оспаривать практика?

- Так ты выиграла?

- Разумеется! Вот и пришла долг отдать.

- Погоди... Но, раз ты выиграла, то почему долг на тебе?

- Ой, ты не поверишь... - Пряха скромно потупила глазки и даже чуть порозовела. - Это, конечно, чистой воды ребячество, но спорили мы... на щелбаны!

Й'ола, не смотря на своё угнетённое состояние, улыбнулась. Кто бы мог подумать, что Оракул и Пряха Судьбы время от времени дурачатся, выдумывают глупые споры, да ещё на щелбаны!

- И какие у тебя доказательства?

- Император Плаут...

***

Гедеон потерял концентрацию лишь на мгновение, и этого стало достаточным, для того чтобы бесконечная секунда закончилась и время потекло по своим нормальным законам. Граф хотел повторить манипуляцию, но понял, что силы его на исходе, так как время ему пришлось держать не только в этом мире, но и в неком подпространстве, в котором оказались три человека, бездыханные тела которых сейчас лежали у его ног. Гедеон точно знал, что там находятся Плаут и Гадриан, а бородатый старик является проводником между этим пространством и тем. И ещё он знал, что старику нужна его помощь, за которую потом он сам может пострадать. Ненависть императора к людям, владеющим магией, была понятна, но абсолютно не оправдана. Правители государств погибают не своей смертью сплошь и рядом, и часто в этом виноваты военные. Так что теперь, искоренить класс воинов под корень? Но, у императора своя голова на плечах... пока, и его задача сохранить эту голову в целости и сохранности, даже под угрозой последующих за этим неприятностей, а возможно - репрессий. Дал ведь когда-то слово оберегать...