Оковы и плети (СИ) - "StilleWasser"

– Да, – Малфой не отвел взгляд, хотя было видно, что ему неприятно об этом вспоминать. – Я так и не поблагодарил Поттера за спасение.

– Что ж, вероятно, тебе еще представится возможность.

– Жду не дождусь, – скептически хмыкнул Драко, жестом предлагая Гермионе присесть. – Но мы же не о Поттере собрались поговорить, не так ли?

Слегка покраснев, она кивнула, внезапно не зная, с чего начать, хотя была уверена, что завалит Малфоя вопросами, когда шла сюда. Но тот, кажется, прекрасно всё понял и взял инициативу в свои руки:

– У меня для тебя подарок, Грейнджер, – он вытащил что-то из кармана и протянул ей. В ладонь Гермионы опустился небольшой кулон из черненого серебра в виде круга, разделенного на три секции кривыми линиями, идущими из одного центра. В каждой секции находилась маленькая светлая точка.

– Трискелион! Символ БДСМ, – она перевернула кулон и нашла на обратной стороне гравировку: «Клуб Трискелион. Г. Грейнджер. 2356».

– Помнишь я говорил, что расспрошу кое-кого про твоего Олливера? Этот «кое-кто» - основатель крупнейшего БДСМ клуба Англии Кристоф Велар, давний друг нашей семьи. В клубе состоит более двух тысяч человек, и, если кто-то и мог его знать, то только Кристоф. К сожалению, твой несостоявшийся Верхний не засветился ни в одном из филиалов «Трискелиона» по всей стране. Либо это просто неадекватный одиночка, либо на тебя охотятся весьма оригинальным способом.

– Это вряд ли, – потрясенная услышанным, возразила Гермиона, нервно теребя в руках кулон. – Я нашла его сама через журнал «Сладкий грех».

– Как бы то ни было, если некий извращенец, прикрываясь Темой, ведет охоту на женщин, это бросает тень на всех остальных Доминантов и БДСМ-сообщество Англии в целом. Кристоф его найдет, для него это дело чести.

– Спасибо…

– И да, ты теперь тоже член клуба, а кулон является пропуском.

– Член клуба? Правда? Но… разве для этого не надо было заполнить какую-нибудь анкету… или лично явиться на собеседование? – смущенно спросила Гермиона, пытаясь закрепить неподдающуюся застежку кулона на шее.

– Нет. В клуб принимают только по личным рекомендациям. А по поводу анкеты – кому среди волшебников сейчас незнакомо имя Грейнджер? Ты позволишь? – наконец не выдержал Драко, наблюдая за ее бесплодными попытками.

– Пожалуйста, – она протянула ему цепочку и повернулась спиной. Малфой аккуратно собрал её непослушные волосы и перебросил через плечо. Легкое прикосновение к шее вызвало у Гермионы волну приятных мурашек, которая усилилась, когда его дыхание согрело кожу. Драко заметил её реакцию на него, и ему вдруг захотелось коснуться её намеренно, ощутить под пальцами это шелковое тепло, поэтому, закрепив застежку, он невесомо провел вдоль цепочки до самого кулона в нежной ямочке ее шеи. Дыхание Грейнджер прервалось, она сухо сглотнула и едва заметно поёрзала на своем месте.

– Спасибо, – хрипло прошептала она, сама не понимая, почему ей так хочется, чтобы он коснулся её еще раз.

– Не за что, – как можно нейтральнее постарался ответить Драко, чтобы взять себя в руки.

– Значит так ты попал в мир БДСМ? Через друга семьи, этого Кристофа? – Гермиона вытащила из сумки бутылку воды и сделала несколько глотков, пытаясь собраться.

– Почти, – Малфой инстинктивно сел подальше, чтобы видеть ее всю и по привычке отслеживать реакцию, и только потом понял, что в этом нет необходимости. – В этом есть заслуга моей матери. Она хотела, чтобы я научился владеть собой и контролировать агрессию, понял, что такое ответственность за другого человека. Когда мне исполнилось шестнадцать, она познакомила меня с Кристофом, а тот открыл мне мир Темы. И я втянулся. Он учил и направлял меня, следил, чтобы я не наделал ошибок, ведь человеческий организм так хрупок, и его так легко сломать. Как и человеческую психику.

– Твоя мама… молодец.

– Да. Всё, что есть хорошего во мне – от нее, – ответил Драко, и в его голосе на миг прорезалась боль. – Позже я узнал, что мой отец тоже иногда этим занимался… с другими женщинами. Мать никогда не разделяла его интересы, хотя относилась с пониманием. Она была истинной аристократкой и всегда пеклась о репутации семьи.

– Погоди, – вдруг сообразила Гермиона, – ты говоришь, тебе было шестнадцать. Но как это вяжется с Волан-де-Мортом и Пожирателями? Это же было то самое время, когда…

– Да. Кристоф многое сделал, чтобы я остался человеком и не стал истинным Пожирателем. То, какой я сейчас – его заслуга, и я навечно останусь его должником. Отец не знал, что я продолжаю с ним общаться, думал, он вернулся на родину, во Францию, когда восстал Темный Лорд. Кристоф всегда был противником любого неравенства и угнетения, и они с отцом никогда не сходились во мнении по поводу концепции чистоты крови. Членом «Трискелиона» всегда мог стать любой, даже магл, хоть таких случаев и не было. Основной постулат клуба – оставить за его дверями свои предубеждения и уважать того, кто перед тобой, просто за то, что он есть. Неважно, маг или магл, чистокровный или полукровка, Верхний или нижний, любого цвета кожи, религии и убеждений – никто не может быть унижен или угнетен за то, кем он был рожден или за то, во что верит.

– Потрясающий человек, – прошептала Гермиона, затаив дыхание, слушая рассказ.

– Да, он тебе понравится, – улыбнулся Драко. – Я вас обязательно познакомлю.

– Но, погоди, разве человек, имеющий по всей стране кучу филиалов клуба, в котором провозглашается всеобщее равенство и либерализм, не должен был стать бельмом на глазу Волан-де-Морта? Почему за ним не пришли Пожиратели?

– Кристоф добр и благороден, но отнюдь не глуп. Местоположение каждого из его клубов защищено заклятием Фиделиуса, а его члены обязаны дать Непреложный обет о неразглашении самого факта существования «Трискелиона», а также личностей его членов. Ведь среди них есть и довольно известные люди, которые дорожат своей репутацией. Конечно, если бы Темный Лорд задался целью, то с помощью Круциатуса или Империуса разузнал бы о Кристофе всё, что ему нужно. Но у него в то время было полно других забот, которые в основном доставляла ему некая неугомонная троица. Возможно, со временем у него дошли бы руки и до этого, но Кристофу повезло, что Поттер оказался таким удачливым.

– Но я ведь…

– Ты теперь тоже член клуба, – Драко указал на кулон на ее шее. – Поэтому я ничего не рассказал тебе о нем раньше.

– Но я ведь еще не дала Непреложный обет, а уже знаю имя основателя и как минимум двух участников!

– Ты еще можешь с полным правом отказаться его давать и выйти из клуба, никто не будет тебя принуждать. Так поступают со всеми новыми участниками – дают минимум информации, необходимой для принятия решения о вступлении в «Трискелион». Если человек хочет отказаться, то никто не накладывает на него Обливиэйт. Подумай сама, что ты можешь сделать с теми малюсенькими крохами знаний, что у тебя есть? Сообщить в «Ежедневный пророк», что Люциус и Драко состоят в некоем садомазо клубе, о котором никто не знает? У тебя на руках не будет никаких доказательств, ты даже на карте его показать не сможешь.

– Значит, мне нужно будет явиться в клуб и завершить ритуал вступления?

– После праздника я отведу тебя туда. Кристоф жаждет с тобой познакомиться, он много слышал о тебе и читал в «Пророке» и теперь хочет составить собственное мнение. Мне показалось, ты уже заранее ему нравишься. Обычно он не выдает пропуска в клуб до принесения Непреложного обета, но для тебя сделал исключение.

– Правда? – слегка покраснев, Гермиона погладила кулон, удобно устроившийся в ложбинке на шее, словно это всегда было его законное место. – Мне тоже он уже нравится, судя по твоему рассказу. С удовольствием с ним встречусь.

– Теперь ты знаешь, как я пришел в Тему. Расскажи о себе, Грейнджер. Как вышло, что золотая девочка Гриффиндора ищет себе партнера для жесткого секса в «Сладком грехе»? Кто же отвратил тебя от ванили? Уизли? Или сам избранный Поттер постарался?