Заложница своей воли (СИ) - Терещенко Анастасия

Сильное напряжение дало о себе знать, и убаюканная тишиной, я ненадолго задремала. Разбудил резкий толчок, что я едва не свалилась в другой угол от наклона, но все стало на место. Карета лишь мерно подрагивала от нетерпеливо переминавшихся и всхрапывавших лошадей.

Снова донеслись голоса, пол прогнулся, и хлопнула дверь.

— Н-ноо, пошла! — удалось разобрать и мы пустились в путь.

Я облегченно выдохнула и, откинувшись на спину, беззвучно засмеялась. Вся буря эмоций лавиной накрыла меня. Смех был болезненным, искаженным, я испытала разочарование и облегчение одновременно. Боясь быть пойманной, жадно хотела понести наказание, избавившись от камня, лежащего на груди, закончить свои мучения. Но сама не могла сдаться. Не так меня учил отец. Я наследница северного герцогства, мы не склоняем головы перед проблемами.

Веселье перешло в тихие всхлипы, а затем и вовсе в рыдание. Было жалко себя, хотелось, чтобы кто-то прижал к груди, позволив спрятаться в тепле и безопасности. И знать, что мой защитник не позволит плохому случиться. Но отца нет, мама тоже умерла очень давно, даже не успев подарить любви и заботы.

Абсолютно одна в этом мире, некому поручиться и защитить, некому обнять и поддержать. Ни денег, ни документов, ни вещей, ничего, что могло дать надежду.

Я прижалась щекой к застеленному мешковиной дну сундука и заснула с мокрыми от слез щеками. И удалось проспать всю дорогу, пока не разбудил рывок от замершей кареты.

***

Эмилия

Сквозь сон все звучало неразборчиво, но его тут же сняло, как только поняла, где я нахожусь. Прорыв магии, смерть девочки, побег. Голова гудела, а еще я так замерзла, что не чувствовала ног.

— Господин, полоз треснул, видать, коряга какая попалась. Хорошо, что доехали, не развалились.

Кто-то выбрался на улицу, карета покачнулась, снег скрипел под ногами, человек явно приблизился к моему схрону. потянулся, тряхнув затекшими плечами, и наклонился, осматривая полозья.

— Вот скажи мне, Велих, как можно было угробить две кареты за неделю? Ладно, на моей с колесом беда…, - сказали устало. Голос показался мне знакомым. По спине пробежал холодок ужаса.

— Дак, колесо по снегу не прошло, завязло, а вытаскивали мужики и разломали, дубины. Я причем? Снегопад, опять же, начался — возмутился, наверное, возничий, судя по простому говору и шмыганью носом.

— Я, наверное, не уследил, так? — теперь господин явно злился, хотя и произнес спокойно.

Слуга тут же замямлил то ли извинения, то ли оправдание.

— Карета почтовая, одолженная, — произнес господин. — Еще не хватало перед ними отчитываться или выкупать эту рухлядь, — мужчина обошел с обратной стороны, видимо, осматривая масштаб беды.

Ногу пронзила дикая боль, сквозь сведенные мышцы, отчего пальцы неестественно скрючились. Я заткнула себе рот рукой, прикусив кожу, но все равно непроизвольно дернулась, зацепив плечом стенку ящика.

Прозвучал глуховатый удар, а затем все стихло. Никаких шагов вокруг, голосов. Я замерла в ужасе, сердце выпрыгивало из груди.

Слуга, подал голос, кряхтя, явно выбираясь из-под кареты, он цокнул:

— Да…

Но его господин словно растворился. Я же, почти физически ощущала буравящий взгляд. Крышка задрожала, кто-то пытался открыть, попыталась удержать, но цепляться особо за что было, ногти впивались в дерево хватая занозы.

Ржавые петли все же сдались и с размахом сундук раскрылся. Прочная древесина ударилась о стенку кареты с глухим ударом, а металлические крепления, не столь качественные, разлетелись на две части, оставив багажный ящик открытым насовсем.

Свет ослепил меня, заставив щуриться. Покачиваясь, я с трудом привстала и не удержавшись, свалилась вниз, прямо в сугроб. Вскочив так резво как могла, ринулась прочь, не разбирая дороги и тут же обо то-то ударилась.

Мужчина возвышался надо мной, но лица не было видно из-за светившего солнца.

Слуга среагировал на удивление резво, толкнув, когда я пыталась встать.

— А ну, прочь, погань грязная. Ах ты, дочь собачья! — он повернулся к своему господину. — Оборванка, милорд.

Лорд был не столь категоричен, но интереса к бродяжкам не испытывал. Он хотел было развернуться к дому, но что-то заставило его вернуться и наклониться надо мной. Как я правильно решила, Создатель не на моей стороне.

— Это начинает входить у вас в привычку, леди, — насмешливо произнес он и, грубо схватив за запястье, поднял на ноги.

— Ваша светлость? Чем обязан присутствию такой особы в своем скромном поместье?

От неожиданности изо рта выдавился лишь сдавленный писк. Инквизитор! Проклятый инквизитор! Почему из всех вариантов я попала именно к нему домой. Ох, Создатель.

Я попыталась вырваться, но даже не смогла сдвинуться с места. Слуга раскрыл рот, намереваясь еще побраниться, но замер в недоумении, явно осознав как ко мне обратились.

Все же смогла сдавленно произнести:

— Лорд инквизитор, рада встречи.

— И как вас сюда занесло, леди Винтерс? Не стерпели разлуки, после нашей встречи в монастыре?

— А разве мы встречались? — обещание молчать выполняла честно, хотя и бессмысленно. Может воздастся? Хотя бы за это. Я усмехнулась своим глупым мыслям, но лорд воспринял иначе.

Веселье быстро исчезло с его лица, взгляд стал проникающим, острым.

— Побег из монастырского приюта несовершеннолетней послушницы это нарушение церковного закона. Полагаю, должна быть очень веская причина.

Губы напряженно сжались. А что оставалось? Да, лорд инквизитор, я сбежала, ослушалась. Да, милорд, случился прорыв магии, теперь меня надлежит приговорить к смерти. Ах, еще, я убила человека, и в ближайшие часы меня начнут искать. Возможно вы? Скорее всего, так и будет.

Я обхватила себя руками в попытке согреться, и инквизитор чуть ослабил хватку.

— Обсудим в доме ваши грехи, Эмилия. Начинается буран, а мой единственный экипаж сломан. Вернуть прямо сейчас вас не смогу при всем желании. Но обещаю, как только погода наладиться, отвезу к матери-настоятельнице. И сдам с потрохами.

— Велих, карету отремонтировать, и с моим экипажем разобраться, — распорядился он, и, не отпуская мой рукав, пошел в сторону дома.

Я шагала, не смотря на мужчину Его общество вызывало чувство тревоги. Как и у любого нормального человека.

Инквизиторов не любили и боялись все, независимо от магической одаренности. И виной всему то обстоятельство, что простому человеку точно неизвестно, пробудится ли однажды дар, пока не произойдет прорыв.

Я не сомневалась, что сейчас от смерти меня отделяла лишь одна проверка, и кто знает, когда инквизитору придет в голову ее провести.

Обидно, что палачом станет именно граф Валдор Амрок. Я вспомнила его не сразу, в том шоке не удивительно, но во время разговора поняла, что мы уже встречались.

Инквизитор оказался на моем дебютном балу, уж не знаю, какими ветрами, но внимание привлек. Среди фраков, камзолов и платьев, он в серебряном плаще стал белой вороной. Перчатки кровавым пятном сияли в его сером образе. Одного вида было достаточно, чтобы понять, что пришел инквизитор.

Подружки тогда подшутили надо мной, подловив на слове, что я настолько смелая, что сама бы могла пригласить мужчину на танец. И вот мне указали на него. Когда шла было волнительно, но вот стоило ему повернуться, чуть не спасовала. Меня так удивило, что инквизитор не был жутким. Наоборот, молодое лицо имело красивые правильные черты, взгляд насторожен, но обволакивал теплым медом, с темными карими вкраплениями. Кажется, я слишком долго разглядывала, и он это заметил, улыбнувшись. Валдор оказался совсем не ужасным.

Казалось, за эти годы он только стал еще красивее. В уголках глаз собрались морщинки, сделавшие его не старше, а обаятельнее. Из молодого смазливого юноши, превратился в настоящего мужчину. Но сейчас на танец я не рассчитывала.

Больше я не встречала инквизитора. И вдруг оказалась в его доме. Кто же знал, что почтовая на вид карета окажется принадлежащей графу Амроку. В голове крутись мысли, чем объяснить свое поведение, но все идеи, не годились для инквизитора.