Ленин. Самая правдивая биография Ильича - Александр Клинге

Каковы были политические взгляды Владимира в эту пору? «Он был настроен очень оппозиционно к гимназическому начальству, к гимназической учебе, к религии также, был не прочь зло подтрунить над учителями – одним словом, был, так сказать, в периоде сбрасывания авторитетов, в периоде первого, отрицательного, что ли, формирования личности. Но вне такого отрицательного отношения к окружающему – для него главным образом к гимназии – ничего определенно политического в наших разговорах не было», – вспоминала впоследствии старшая сестра Анна. С 16 лет Володя перестал ходить в церковь, однако никакой политической литературы будущий вождь не читал, зато увлекался Тургеневым. Говорить о том, что у него имелись какие-то революционные взгляды и тем более четкая программа действий, не приходится. Скорее всего, именно арест и казнь брата стали импульсом, пробудившим в юноше интерес к политике и направившим его по пути, который позднее приведет в стан революционеров. Свою роль сыграла и описанная выше реакция симбирского общества – чувствовать себя «зачумленным» было явно болезненным переживанием.

Любимым автором семнадцатилетнего юноши стал Чернышевский. Роман «Что делать?» часто и справедливо критикуют за довольно слабые литературные качества, но у российской молодежи конца XIX века он пользовался большой популярностью. Чернышевский смог уловить и передать в своем романе идеи, буквально витавшие в воздухе. Для многих молодых людей того времени именно с чтения «Что делать?» начался путь в революцию. Ленин не стал исключением.

В советское время Чернышевского в обязательном порядке проходили в средней школе. У подавляющего большинства школьников в результате на всю оставшуюся жизнь формировалось отвращение к творчеству писателя. Ленин, будь он жив, скорее всего с пониманием отнесся бы к советским подросткам. Для чтения Чернышевского, считал он, необходима определенная зрелость; если прочесть его роман слишком рано, текст не вызовет ничего, кроме отвращения. Намного позднее, в 1904 году, Ленин, споря с одним из товарищей, заявил: «Его бесполезно читать, если молоко на губах не обсохло. Роман Чернышевского слишком сложен, полон мыслей, чтобы его понять и оценить в раннем возрасте. Я сам попробовал его читать, кажется, в 14 лет. Это было никуда не годное, поверхностное чтение. А вот после казни брата, зная, что роман Чернышевского был одним из самых любимых его произведений, я взялся уже за настоящее чтение и просидел над ним не несколько дней, а недель. Только тогда я понял глубину. Это вещь, которая дает заряд на всю жизнь».

Еще более однозначно Ленин охарактеризовал роль романа Чернышевского в своей (и не только своей, жизни) написав однажды: «Величайшая заслуга Чернышевского в том, что он не только показал, что всякий думающий и действительно порядочный человек должен быть революционером, но и другое, еще более важное: каким должен быть революционер, каковы должны быть его правила, как к своей цели должен он идти, какими способами и средствами добиваться ее осуществления». Без сомнения, в данном случае речь идет об одном из героев романа – революционере Рахметове. Этот идеализированный образ оказал на юношу большое влияние.

Таким образом, мы можем достаточно определенно установить время, когда Владимир Ульянов вступил на тропу, по которой придет к всемирной известности: лето 1887 года.

К этому времени в жизни семьи Ульяновых произошли новые перемены. Оставаться на прежнем месте после всех потрясений не было никакого смысла. На семейном совете в мае 1887 года было решено уехать из Симбирска. Немедленно было подано объявление в местную газету о продаже дома. В конце июня Ульяновы отправились на пароходе по Волге в Казань. Их путь лежал в родовое гнездо – Кокушкино.

Только что окончивший гимназию, Владимир должен был определиться со своим будущим. Если бы не трагическая история с братом, он наверняка поехал бы учиться в Петербургский университет. Однако теперь путь в имперскую столицу был для него закрыт. Поэтому он решил поступать в Казанский университет, причем на юриспруденцию. Выбор Владимира казался неожиданным – старший брат, как и многие талантливые молодые люди того времени, избрал естественные науки, а учителя рекомендовали Владимиру поступать на филологию. Споры относительно причин, по которым молодой Ульянов решил стать юристом, не утихают по сегодняшний день. Возможно, профессия юриста казалась ему более перспективной с точки зрения карьерного роста. Возможно, он полагал, что именно юридическое образование будет наилучшим вариантом для профессионального революционера. «Теперь такое время, нужно изучать науки права и политическую экономию. Может быть, в другое время я избрал бы другие науки», – сказал Владимир своему двоюродному брату.

В конце августа 1887 года семья Ульяновых переехала в Казань, на съемную квартиру. Владимир был все-таки зачислен в списки студентов, несмотря на то что местное начальство всерьез сомневалось в благонадежности младшего брата казненного террориста. Дмитрий и Мария стали гимназистами. Казалось, жизнь семьи входит в нормальное русло. Жили Ульяновы скромно, но откровенной нужды ни в чем не испытывали – казенной пенсии и процентов с небольшого капитала, оставленного главой семьи, им вполне хватало.

В этот период Владимир попробовал начать курить. Мать пресекла эту вредную привычку, использовав в качестве главного аргумента финансовые соображения. Анна Ульянова вспоминала впоследствии: «Володя начал покуривать. Мать, опасаясь за его здоровье, бывшее в детстве и юношестве не из крепких, стала убеждать его бросить курение. Исчерпав доводы относительно вреда для здоровья, обычно на молодежь мало действующие, она указала ему, что и лишних трат – хотя бы и копеечных (мы жили в то время все на пенсию матери) – он себе, не имея своего заработка, позволять бы, собственно, не должен. Этот довод оказался решающим, и Володя тут же – и навсегда – бросил курить. Мать с удовлетворением рассказала мне об этом случае, добавляя, что, конечно, довод о расходах она привела в качестве последней зацепки».

Однако спокойствие в жизни Ульяновых оказалось поверхностным. Казанский университет того времени был не лучшим местом для того, чтобы отвлечь юношу от мыслей о протестной деятельности. В 1884 году здесь прошли масштабные студенческие волнения. В ответ университетское начальство начало «закручивать гайки» – студентов обязали носить форменную одежду, усилили полицейский контроль, увольняли всех заподозренных в неблагонадежности преподавателей, запретили деятельность всех студенческих организаций. Сквозь пальцы смотрели разве что на деятельность землячеств, объединявших студентов из одного региона. Поступив в университет, Владимир практически сразу стал членом Симбирско-Самарского землячества.