Удел упыря - Александр Матюхин

– Верно-то оно верно, но не карлики это все затевают, а кто-то, стоящий гораздо выше их.

– Может, и так, – легко согласился Кадар – Да, наверное, ты прав, Терех. Карлики не смогли бы столько силы собрать. Ведь ее еще надобно и удержать. Направить на верный след Тут и думать нечего – не карлики это. Может, кто из Прежних магов?

Терех покачал головой. Прежних магов не осталось ни одного. Иначе бы кто-нибудь о них знал.

– Странный ты какой-то, – пожал плечами Кадар, – ты меня слышишь вообще или нет? Чего ты меня позвал? Совета хотел спросить или нет9

– И да, и нет. Кадар, друг мой, здесь все гораздо серьезнее, чем ты думаешь. – Терех выпрямился, сделал несколько мягких шагов в глубь класса и присел на стул около Кадара. – Ты же понимаешь, конечно, что над этой бедой бьются самые сильные умы Острова. Не только я один. И не только ты. Большинство Учителей ищут ответ и не находят его.

– Чтой-то я не понимаю… – На пухлом лице Кадара отразилась обида.

– Я пригласил тебя не только за советом. Видишь ли, советы сейчас так же бесполезны, как и пышные слова в момент казни. Какая-то сила идет на нас. Сила, контролируемая кем-то или чем-то, реально угрожает Острову. Понимаешь, о чем я?

– Тут и понимать нечего… – начал было Кадар, но Терех перебил:

– Наши ученики – единственные, кто могут предотвратить распространение Зла на Большой Земле. На Острове мы только тем и занимаемся, что выращиваем Охотников. Без них барьер, который сейчас сдерживает Зло, рухнет, а значит рухнет и весь мир. Вот для чего кто-то хочет помешать нам доучить новое поколение. Вполне возможно, что это не одна сила, а несколько, объединившихся вместе, потому что они понимают, что чем больше нас, тем меньше их шансы вновь превратить мир в хаос!

– Я знаю все это, – ответил Кадар, взволнованно шевеля толстыми губами, – но что ты хочешь от меня именно?

– Мне кажется, что в предстоящей битве нам не выиграть, – начал Терех, выпрямляясь на стуле, насколько это было возможно, – враг сильнее, а мы не слишком-то подготовлены. Сам видишь – мы до сих пор не смогли их даже обнаружить. А время идет.

– Я бы выпил! – Кадар изобразил в воздухе бутылочку вина. Терех услужливо сотворил два бокала и поставил их на деревянную парту. Обхватив бутылку ладонью, Кадар медленно разлил жидкость и первым сделал большой глоток. Терех отпил самую малость, позволяя вину лишь немного проникнуть в кровь, и продолжил:

– Я не впадаю в панику, дорогой Кадар, я просто смотрю на все широко открытыми глазами. Враг нацелен прежде всего на молодое поколение Учителей и Охотников. Их и нужно спасать в первую очередь. Твоя гавань на Западном побережье еще не развалилась до конца?

– Гавань? Как же можно?! Я ухаживаю за ней, аки за ребенком. Каждый год плаваю в открытый океан охотиться на акул! Слышишь меня, Терех? А ты разве не плавал со мной прошлым летом?

– Сколько у тебя кораблей? – спросил Терех, оставив предыдущий вопрос без ответа. Он ни разу не плавал с Кадаром в океан. Они вообще виделись редко: в число близких друзей Тереха этот глуховатый старичок не входил.

– Дай-ка вспомнить… – Кадар потеребил двойной подбородок, закатив глаза. Стул под ним заскрипел еще жалостливее, прося помощи хоть у кого-нибудь. – Шестнадцать яхтенок с одиночными парусами да веслами… ммм… девять больших, двухмачтовых, да еще парочка фрегатов. Но на фрегаты не рассчитывай – они дряхлые совсем. Еще девять лет назад построены, а то и больше. С тех пор за ними и не ухаживал никто. Мне-то самому они не нужны. Мне и яхтенок хватает…

– Шестнадцать, говоришь. А мест в них сколько?

– Четыре на каждой яхтенке, на двухмачтовых, значит, вдвое больше будет. Ну, а на фрегатах… хотя, говорю тебе, Терех, не надейся ты на фрегаты. – Тут до скрытого под обширной жировой прослойкой мозга Кадара что-то дошло. Он сощурился, словно только что уличил Тереха во лжи. – А для чего тебе это вообще нужно? Уходить собрался? На Большую Землю? А?

– Если бы я, – вздохнул Терех, потягивая вино и уже не противясь его проникновению в кровь. Напиться сейчас можно было, но… в меру. – Юнцов наших хочу от беды спасти. Они ведь первыми и падут, когда волна эта до нас дойдет. Сражаться еще не умеют совсем…

– Ты их вывезти хочешь, – догадался наконец Кадар, залпом опрокидывая бокал с вином в широкий рот. – Правильно, скажу я тебе, ой как правильно! Не место здесь детям в такой час! Пущай лучше на Большой Земле отсидятся, доучатся, а уж потом, глядишь…

– Верно рассуждаешь, – Терех коротко кивнул, – только в них сейчас наша сила. Надо их вытаскивать с Острова во что бы то ни стало. Я поговорю с другими Учителями храма Света и дворца Учения. Возможно, мы успеем за несколько дней провести особо важные занятия, научить их чему-либо, что пригодится юнцам в дальнейшем. А перед тем, как все начнется, надо будет посадить их всех в лодки и отправить на Большую Землю. Но так, чтобы о них не знал никто, в первую голову – наши враги.

Кадар налил себе еще вина, задумчиво буравя маленькими глазками поверхность стола. Затем разлепил губы и тихо спросил:

– Терех, ты действительно считаешь, что мои корабли смогут вывезти всех детей?

– У тебя у одного остались хоть какие-то корабли на Острове. Не забывай, что всем они не нужны для ухода на Большую Землю. Понимаешь? – начал Терех, и внезапно осекся.

А ведь Учитель Кадар совершенно прав. Его корабли не смогут уместить всех детей. Кораблей слишком мало. Как же он выпустил это из виду?

– Тут думать нечего, – Кадар коротко кашлянул, подавившись вином, и тотчас налил себе еще. – У нас в запасе как минимум неделя. Если хорошенько поднапрячься, то можно построить новые корабли. Даже маленькие яхтенки сгодятся – ну, те, которые двухместные. Ты, Терех, слышишь меня, вообще, или нет?

Терех в задумчивости водил тонким пальцем по краю стакана, оставляя на хрустале едва заметный искрящийся след. Попробовать, конечно, можно, но успеют ли Учителя? Начать грандиозное строительство – значит, открыть жителям Острова страшную тайну. А что может быть гибельнее паники?! Тогда точно никто и ничего не успеет. Люди станут забирать детей из храма и дворца, уходить в леса, еще куда-нибудь. Но на Большую Землю добровольно не пойдет никто. Только Учителя знали истину о Большой Земле, разбирались в политике ее народов, бывали там, а обычные жители Острова довольствовались мифами и легендами. Им ничего не докажешь. Да и не смогут они жить в жестоком мире по ту сторону океана. Надо спасать детей. Самое печальное – всех не спасти. И опять нужно делать нелегкий выбор…

– Дорогой Кадар, уж извини, что я тебя от дел оторвал, – поздновато заметил Терех, – но ты же понимаешь, что не просто так…

– Чего там, – добродушно отозвался Кадар, – хоть вина с тобой отведал, а то все только здоровались.

– Это верно. Так мне можно на тебя положиться?

– Конечно, дорогой Терех! – Кадар широко улыбнулся. – Мой дом всегда будет и твоим тоже!

– Ты подготовишь свой флот?

– Все корабли до единого будут готовы отплыть в назначенный момент! – заверил Учитель Кадар.

– Спасибо… – Терех устало откинулся на детском стуле, чувствуя, как легкие доски прогибаются под тяжестью его тела.

Скоро закончится перерыв.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ.

Простому человеку делать в этом лесу было нечего…

Простому человеку делать в этом лесу было нечего. Лес бы его не пустил туда. Не пустил бы на протоптанные, хорошо знакомые каждой лесной зверушке тропинки, не открыл бы обширные поляны, со всех сторон освещаемые солнцем и насквозь пропитанные соком ягод, что покрывали эти самые поляны сплошным ковром. Никто бы не смог добраться и до грибных полян, а уж о самом центре леса, где срослись вместе стволами и корнями сразу три вековых дуба, и говорить было нечего. Не то что человек – вообще никто и никогда не добирался туда, и поэтому не был испорчен лес завистливыми взглядами и дурными мыслями.

На опушку лес кое-кого пускал. Иногда. Не часто – для своей же собственной пользы. Особенно он любил старушек, что собирали в лесу хворост, избавляя его от лишних хлопот. А еще вольных крестьян, которые любили лес и понимали его. Крестьяне никогда никого не обидят, лишнюю ветку не сломают, а чуть что – сразу в ноги кланяются каждому дереву. Таких людей лес и кормил, и ухаживал за ними, и выводил куда надо.

Лесной пейзаж не нарушала заросшая мхом лачужка, стоящая на севере меж густых, никогда не осыпающихся елей. Не трогал лес ее. Может, не замечал, а может, просто не было до нее никакого дела. Люди там жили спокойные, хоть и странные немного. Животных не убивали, травы брали сколько надо да хворост исправно собирали на растопку. Случалось, правда, иногда вылетало из лачужки кое-какое волшебство, опаляя вокруг землю, выжигая все, да еще и запахом противным насекомых травило, но лес не злился – лишь охал где-то в глубине филином и затихал…