Тайна Вселенской Реликвии - Владимир Маталасов

Было тихое, солнечное воскресное утро. От асфальта, только что политого водой, тянуло приятной, сладковатой свежестью, щекотавшей в носу. Слышалось весёлое, многоголосое щебетание птиц, порхавших в синеве воздушного океана и скакавших по веткам старинных тополей, стеной выстроившихся вдоль обеих сторон главной улицы.

Виновники необычного переполоха решили не посещать места события. Правда, они и сами не могли предположить, что их неординарные действия вызовут среди населения настоящий бум.

Ближе к обеду районное радио транслировало передачу, посвящённую пришествию инопланетян, которую комментировал какой-то импульсивный репортёр с интригующей таинственностью в булькающем голосе. Потом, как единственному свидетелю и очевидцу, слово было предоставлено ученику одной из крутогорских школ Григорию Шишкину. Врал тот мастерски, профессионально, так, что Саня с Кузей просто со смеху покатывались.

А вечером по областному телевидению показывали передачу и вели репортаж с места события. Друзья увидели снятое с вертолёта телекамерой место посадки НЛО – чётко просматривающийся круг примятой травы с чёрной отметиной в центре. Вокруг сновало множество людских фигурок, словно на праздничной маёвке. Вдоль дороги выстроилась длинная вереница транспортных средств.

– Эх, духового оркестра ещё не хватает, – серьёзно заметил Кузя.

Крупным планом показалась стартовая площадка, окружённая живым кольцом дружинников с красными нарукавными повязками и милиционеров, взявшихся за руки и сдерживающих наседавшую сзади толпу. Какой-то любопытный, шустрый малый попытался было прошмыгнуть за живое ограждение, но тут же за ногу был втянут назад в людской круговорот. Какие-то серьёзные, озабоченного вида люди вели тщательные обмеры площадки, брали пробы обуглившегося грунта в центре площадки, бережно укладывая его лопаточками в пробирки и баночки, что-то второпях записывали в свои блокноты и записные книжки. Всюду сновали вездесущие репортёры со своими фото- и телекамерами.

Но вот, наконец-то, из мелькания многочисленных сюжетов, кадр выхватил Гришкину ипостась. С горделивой осанкой, важно подбоченясь, он стоял с поднятой вверх головой, будто отыскивая след исчезнувшего НЛО.

– А вот и он – герой дня, ученик крутогорской школы номер четыре, Григорий Шишкин! – бодро, с живинкой в голосе, представил его ведущий.

По всему облику Гришки было видно, что тщеславие его было сполна удовлетворено: он находился в самом эпицентре внимания несколько сот тысячной аудитории. От гордости его всего аж так и распирало.

– Итак, расскажи-ка нам, Григорий, как дело-то было?

– Ну, еду я, значит, утром на велосипеде, – начал тот своё повествование. – Еду себе… На душе почему-то так легко, радостно. Птички щебечут, солнышко только-только показалось из-за горизонта. Выехал я за город, повернул на просёлочную дорогу и педалирую себе дальше…

– Как-как вы сказали? Педалирую?

– Ну да, кручу педали, значит.

– А-а, ясно, продолжайте пожалуйста.

– Доехал я во-о-он до того места, – продолжал дальше бессовестно врать рассказчик, поднимаясь на цыпочки и указывая поверх людских голов на проезжую часть просёлочной дороги. – И тут у меня на велосипеде соскочила со звёздочки цепь. Я, как сами понимаете, вынужден был остановиться, чтобы произвести ремонт…

Слова – «произвести ремонт» он произнёс как-то небрежно, со знанием дела, будто только этим и занимался всю жизнь.

– И когда я уже собирался было тронуться в путь, как вдруг, вот на этом самом месте, – для пущей убедительности он ткнул себе под ноги, – я увидел какое-то лёгкое, облачное мерцание с блестящей точкой посредине. Точка эта стала расти и увеличиваться в своих размерах, озаряя всё пространство вокруг себя ярким, неестественным светом, пока не превратилось в тело, похожее на яйцо…

– Вы хотели сказать – на тело овальной формы, – попытался уточнить ведущий.

– Во-во, именно так: на тело овальной формы, – согласился Гришка, – но с ромбовидными иллюминаторами.

Слушая всю эту галиматью, льющуюся из Гришкиных уст, друзья были поначалу слегка шокированы, а затем пришли в неописуемый восторг по поводу уникальных способностей Шишкина.

– Надо признаться, – продолжал тот, – от неожиданности я слегка перепугался и хотел было уехать, но вдруг почувствовал, что не могу сдвинуться с места. В это время с НЛО спрыгнули две низкие фигуры и направились прямо в мою сторону. Когда они подошли ко мне, то я успел хорошенько их разглядеть. Это были живые существа, ну, вот, как мы с вами, высокого роста…

– Постойте, постойте, Шишкин, – вмешался из-за кадра чей-то настырный голос. – Только что вы – а я это точно помню, – упоминали об их низких фигурах.

– Правильно! – не дал договорить Гришка. – Всё правильно! Это мне сначала показалось, что они маленькие. А когда подошли ближе, то я увидел, что они высокие. Лица у них были – ни дать ни взять, – какие-то прозрачные, бледно-зелёные и сплюснутые сверху; глаза, как и у нас, только вот в таком положении, – Гришка приложил к глазам указательные пальцы обеих рук, придав им вертикальное положение. – Бровей у них вовсе не было, рты с пятак, а уши со сковородку. Одеты они были в блестящие, серебристые костюмы и обуты в белые тапочки. Подходят они, значит, ко мне, осторожно, бережно берут под руки, а один, наверное самый главный, и говорит мне, этак ласково: «Пойдём с нами, Григорий! Не бойся, мы тебе ничего плохого не сделаем!»…

– А голос, – прервал повествование кто-то из публики, – голос у него какой?

– Голос? – Шишкин на секунду призадумался. – Голос, как голос. Только вот немного вибрирует и вроде бы переливается с таким тихим-тихим перезвоном, как колокольчик. Ну и вот! – продолжал далее рассказчик. – Я им хочу что-то сказать, а не могу. Довели они меня до своего дивного аппарата, и слышу: «Спи Шишкин Григорий, спи!». И дальше я ничего не помню: сознание, наверное, потерял. Когда же я очнулся, то увидел удалявшуюся точку, а до слуха моего донёсся замирающий где-то в вышине голос: «Мы ещё вернёмся, Гриша!». Что они со мной там успели сделать? – Гришка аж присел, разведя руками в стороны, – без малейшего понятия, не знаю – и всё тут! Может запрограммировали, может орган какой сдеформировали, а может чего-то и вынули из меня, для изучения, – и он, как-то болезненно поморщившись, прижал к животу руку.

– Ну конечно же сдеформировали, а потом вынули, – заворчал Саня, – только не оттуда, а отсюда, – наморщив лоб, он постучал по нему кулаком.

– Жаль!.. Жаль!.. – подал ведущий свой голос с выражением лица, отрицающим восклицание. – Жаль, что наше эфирное время ограничено и передача подходит к завершающей её стадии. Будем надеяться, что экспертиза обожжённого ракетными дюзами НЛО грунта, – он покачал перед своим носом пробиркой с чернеющей внутри неё взятой пробой неопровержимой улики, – внесёт определённую ясность и всё расставит по своим местам. Нам любезно предоставлено эфирное время, чтобы держать нащих уважаемых телезрителей в курсе дальнейшего увлекательнейшего расследования уникального события. Надеюсь, мы ещё не один раз увидим и услышим…

– Можно? Позвольте ещё один вопрос! – подал свой голос какой-то чересчур уж дотошный корреспондент, как школьник в нетерпении поднявший над собой колышущуюся руку. – Ну, о-очень короткий! Ну можно?

– Десять секунд, не больше того! – Ведущий передачи строго и многозначительно посмотрел на свои ходики. – Время пошло…

– А скажите мне пожалуйста, ученик Шишкин, – начал тот, – а что, собственно говоря, привело вас в столь ранний час в пустынное поле?

По Гришкиному лицу пробежала тень беспокойства: подобного вопроса он никак не ожидал. Переминаясь с ноги на ногу, он стал беспомощно озираться по сторонам, словно отыскивая в чьём-то лице оплот поддержки, защиты, на худой конец – подсказки.

Саня с Кузей понимали, что рассказать о письме тот не рискнёт, так как в нём на подобное действие было наложено табу с явной угрозой физической расправы в случае невыполнения последнего. А если даже и рассказал бы, то ему всё равно никто бы не поверил, так как письма этого уже больше не существовало.

– Гм-м, – промычал в глубокой задумчивости Шишкин, лихорадочно подыскивая ответ, и, видимо, что-то надумав, изрёк патетически: – Люблю, понимаете ли, встречать восход солнца в чистом поле. Это прекрасно!..

Вот так невинная шутка над Шишкиным обернулась событием, переполошившим весь Крутогорск и прославившим его на всю страну. Друзья чувствовали себя на высоте: они сумели приоткрыть для себя часть духовного мира Шишкина, и, в то же время, сделали, правда – — невольно, предметом гласности факт существования на географической карте своего города – — города Крутогорска. Правда, небольшой червь стыда и сомнения точил всё же их души: ведь они ввели общественность в величайшее заблуждение.