Некоронованные Властители - Альберт Норден

Зверская расправа с венгерскими крестьянами, поднявшимися во главе с Дьёрдем Дожей (1475—1514 гг.) в 1514 г. на борьбу, и подавление восстания венгеро–словацких горняков лишили Венгрию ее главных сил сопротивления, вследствие чего она на время стала жертвой нашествия турок. Средняя Венгрия до конца XVII в. находилась под турецким господством, а Западная Венгрия — под властью Габсбургов. Лишь восточная часть страны смогла отстоять свою независимость как самостоятельное княжество.

Выступления венгерских горняков были направлены против оплаты их труда неполноценными деньгами. Скудные доходы горняков постоянно уменьшались вследствие изъятия из обращения старых монет и замены их новыми, с меньшим содержанием серебра, что значительно снижало покупательную способность денег. Это было одной из причин того, что 2 июня 1525 г. более 500 вооруженных рудокопов Нейзоля вынудили хозяев вновь начать переговоры о заработной плате. Они потребовали, чтобы им платили старыми полноценными деньгами или вместо одного старого пфеннига давали два новых. Когда их партнеры по переговорам — судьи, советники и фактор Фуггеров Ганс Плосс — отклонили требования горнорабочих, рудокопы заявили им: «Смотрите же. Мы доберемся до тех, от кого терпим обман, а если убыток возмещен нам не будет и труд наш тяжкий останется без оплаты, то свое получить мы сумеем»[29]. К этому, говорили они, их вынуждает бедственное положение, ибо на столь жалкое вознаграждение не прожить. При этом рудокопы не довольствовались лишь прибавкой к заработной плате, а потребовали гарантии, чтобы эта прибавка выплачивалась постоянно.

Выступления горняков Нейзоля приобрели особенно острый характер в 1525 г. Обстановка еще более осложнилась тем, что венгерское дворянство подняло бунт против своего короля, родственника императора Карла V[30], потребовав конфискации предприятия Фуггеров—Турцо. В Офене (Буда) были взяты под стражу Алексиус Турцо и фактор Фуггеров Ханс Альбер, а также конфискованы документы и ценности фактории. Эти события вынудили Людовика II Венгерского отдать приказ о конфискации рудников Нейзоля. В создавшейся обстановке Фуггеры не колеблясь приняли меры против Венгрии. Они призвали на помощь императора и папу, австрийского эрцгерцога Фердинанда (1503–1564 гг.) и польского короля Сигизмунда, Швабский союз[31] феодального дворянства Юго—Западной Германии во главе с пресловутым командующим войсками ландскнехтов трухзесом[32] фон Вальдбургом (1488–1531 гг.) и ряд других немецких князей, которые направили своих эмиссаров к венгерской королевской чете и пригрозили ей торговой блокадой, если права Фуггеров не будут полностью восстановлены. В результате этого уже в 1526 г. последовала отмена конфискации рудников. Рудокопам вновь пришлось работать на Фуггеров за прежнюю мизерную плату, в прежних тяжелых условиях. Когда восстания 1525 г. были подавлены и конфликт с венгерским королевским двором был разрешен в пользу Фуггеров, последние, почувствовав свою силу, продолжили аренду рудников Нейзоля уже без участия ненавистного народу Турцо. Теперь они основали свое «Венгерское торговое дело», от эксплуатации которого в карманы Фуггеров в течение еще двадцати лет текли доходы от добычи венгерских серебра и меди.

Но и после продажи венгерских рудников в 1546 г. Фуггеры оставались самыми крупными горнопромышленниками того времени. Они по–прежнему владели залежами меди, свинца и серебра в Тироле и важнейшими европейскими месторождениями золота и ртути. Центры их горного дела и металлургии были расположены в долине Инна — в Шваце, Раттенберге и Халле, южнее альпийского Бреннера, главным образом в районе Госсензаса, где находилось 15 рудников Фуггеров, и у Штерцинга с его шнебергскими месторождениями, где они имели 17 копей. Значительные капиталы были также вложены Фуггерами в Филлахе (Каринтия), Иоахимстале и в Испании. Здесь главное их внимание было обращено на рудники Альмадена — самые богатые месторождения ртути в Испании. Когда в 1563 г. Фуггеры продлили (уже в который раз!) аренду этих рудников на десять лет, условия сбыта продукции они определили в договоре с королевским двором. Филипп II (1527–1598 гг.), преемник Карла V в Испании, был вынужден взять на себя обязательство покупать у них от 1000 до 1500 центнеров ртути ежегодно. К истечению срока аренды Фуггеры поставили королевскому двору 13 100 центнеров ртути, получив при этом 85% прибыли.

По мере захвата важнейших горнопромышленных районов могущество Фуггеров быстро росло. На вершине этого могущества они — представители одного семейства — были мировыми банкирами, монополистами по добыче серебра и руды, торговцами международного масштаба.

ЭКСПЛУАТАЦИЯ И УГНЕТЕНИЕ ГОРНОРАБОЧИХ

Полное превращение денег и товара в капитал потребовало свободного наемного рабочего, отделения производителя от средств производства. В Центральной и Юго—Восточной Европе этот процесс развивался прежде всего в горнодобывающей промышленности.

Стремясь уйти от барщины и от подсудности землевладельцу, тысячи крестьян бежали в города, но чаще всего — в области, где развивалось горнорудное дело. Там они пользовались хотя и ограниченным, но гарантированным властью суверена правом свободно заниматься горным делом. Они становились «свободными» наемными рабочими на рудниках и у толчильных установок, у плавильных и зейгеровальных печей.

Число рабочих, занятых на предприятиях Фуггеров, было значительно. Только лишь на разработках в Шваце трудилось более 10 000 горняков. В округе Фалькенштайна, центре Швацкого горнорудного района, к началу XIV века было занято 4000–5000, а в 1556 г. даже 7000 наемных рабочих. Почти все они уже в течение десятилетий косвенно работали на Фуггеров, а когда последние в 1574 г. стали полными хозяевами тирольских рудников и плавилен, стали работать непосредственно на них. Кроме того, Фуггеры эксплуатировали горнорабочих, занятых на других принадлежавших им рудниках и плавильнях, а также на перевозках медной и серебросодержащей руды.

Когда рудные запасы их разработок истощались, Фуггеры всячески стремились компенсировать снижение их прибыльности за счет рабочих и мелких предпринимателей. Они поглотили множество небольших горнопромышленных предприятий. Многие рудокопы, занимавшиеся горным делом самостоятельно, участники мелких горнорудных товариществ превратились в наемных рабочих, были вынуждены продавать свою рабочую силу Фуггерам.

Как отражалась это на жизни горнорабочих Фуггеров? Истощенные вследствие употребления однообразной пищи и недоедания, изнуренные тяжелым длительным трудом и скверными жилищными условиями, страдавшие от различных профессиональных болезней, они были вынуждены тратить от одного до полутора часов, чтобы горными тропами добраться до своих штолен или шахт. Нередко в течение рабочей недели им приходилось оставаться на ночлег вблизи от шахт, укладываясь на грубые доски или голую землю.

Условия труда того времени наглядно характеризует предложение горнорудных товариществ Енбаха и Кессенталя, чтобы все горняки, господские рабочие[33] и ленные забойщики[34] поочередно «оставались на неделю на руднике и, проявляя усердие, уходили с него не каждый день, а лишь в конце недели, и в понедельник к началу смены снова были на месте»[35]. Чтобы добраться до места работы, горнякам требовалось полдня (на руднике Госсензаса) или даже целый день (на руднике Шнеберг) пути. Чаще всего они работали аккордно.

Труд женщин и подростков был само собой разумеющимся делом. Против этого никто не смел выступать. В то время как женщины в большинстве своем трудились у отвалов и занимались промыванием руды у толчильных установок, мальчики–подростки работали в шахтах, занимаясь транспортировкой руды и очисткой забоев. В архивах обнаружены сведения о судьбе одного подростка–протестанта, которого Георг Фуггер (1577–1643 гг.) в 1609 г. послал на швацкий свинцовый рудник, чтобы «вновь обратить его в истинную веру»! Письмо фуггеровского фактора в Шваце дает основание предполагать, что такое «обращение» на работах с ядовитым свинцом стоило мальчику жизни. Заработок женщин и детей был особенно низким. Но и оплата мужского труда была столь мизерной, что люди жили в постоянной нужде и бедности.

Возмущение и протесты горнорабочих вызывал порядок начисления заработной платы на рудниках Фуггеров: оплачивалась лишь руда, очищенная от горной породы. Только после того, как размельченная руда трижды просеивалась на грохоте, она взвешивалась и производился расчет. В конечном итоге убыток вследствие потерь при очистке руды должен был нести сам рабочий. Введение Фуггерами третьей, дополнительной операции по очистке руды, удлинявшей время работы, утяжелявшей и удорожавшей ее, вызвало многочисленные протесты горнорабочих. Лишь когда забойщики стали массами уходить с предприятий Фуггеров, тирольская казна в 1554 г. наложила запрет на эту систему начисления заработной платы.