Не все ответы... - Александра Цель

Драконье логово было слабо освещено, стало быть снаружи полдень. В другое время солнце в пещеру почему-то не заглядывало. Интересно, это тот же самый день, утром которого он прилёг отдохнуть, или другой? Хотя, днём больше, днём меньше...

Первым делом он извернулся посмотреть, кто же его греет. Дракончиков, когда они были не вместе, он различал с трудом, но по линии крыльев и изящной окантовке короны предположил, что это самочка.

-Шоколадка? - решил он проверить догадку и сам испугался своего хриплого голоса.

Драконочка повернула к нему голову. Не поправила, значит угадал.

С другой стороны его лежанки камень захрустел под тяжёлыми шагами. Тайрэд повернул голову и встретился взглядом со Сладким Дождём. Зверь шумно принюхался и покачал головой.

Наверное, запах болезни чует, решил Тайрэд.

-Доигрался? - хмуро поинтересовался он у дракона.

Сладкий Дождь поспешно отвернулся. Что ни говори, это действительно была его вина. И дракону было определённо стыдно.

Тайрэд кое-как сел, опираясь на драконочку.

-Вода есть?

Дракон вытащил из-за камней деревянную бадейку, которую Тайред сам выскоблил камнем из старого пня. Воду бадейка худо-бедно держала, хотя и вкус у этой воды был немного... деревянный. Но хоть на пару градусов теплей чем в реке. Тайрэд с трудом заставил себя проглотить холодную жидкость, закашлялся. Дракон навис над ним, заворчал.

Драконочка подняла голову и прошипела что-то в ответ.

-Не вежливо разговаривать на языке, который присутствующие не понимают! - с неожиданной злостью взорвался Тайрэд, сжимаясь в комочек от холода и... страха, он отлично понимал, чем может кончиться для него такая наглая смелость.

Дракон заметно смутился, и что-то прошипел.

-Папа говорить, он извиняет, - косноязычно перевела Шоколадка, - он не видел, что не тепло сейчас.

-Я тоже... извиняет... - Тайрэд обессилено рухнул в постель. От чрезмерного напряжения ему стало жарко, и мужчина неосознанно стянул с себя одеяло, жадно глотая холодный воздух.

Сладкий Дождь обеспокоено зашипел, драконочка немедленно накинула одеяло обратно и всеми лапами прижала человека к своему брюху. Тайрэд слабо взбрыкнул, но силы малышке было не занимать. А тут ещё на зов дракона прибежал Сироп, и устроился греть с другой стороны. Тайрэд неосознанно попытался его отпихнуть, но это было всё равно как сдвинуть с места упрямого быка. Захочет, сам отойдёт, а не захочет, так хоть плачь, хоть кричи, хоть дубиной по голове бей - останется на месте. Смирившись с дракончиками он, в конце-концов, не то заснул, не то потерял сознание, но затих. Дракон осторожно убрал деревянную посудину с прохода, чтобы никто не раздавил, и пошёл прогуляться... поразмыслить.

Сабира вышла следом за мужем.

-Обещай мне, - сказала она, - обещай, если станет совсем плохо, ты отнесёшь его к людям.

-Да он поправится! - убеждённо ответил Сладкий Дождь, на всякий случай прикрываясь крылом. В юности его подруга отличалась вспыльчивым характером, и иногда это проявлялось до сих пор.

-Обещай! - твёрдо повторила золотая драконица.

Сладкий Дождь посмотрел на неё и вздохнул.

-Хорошо, обещаю... Ты хоть понимаешь, как мы рискуем? Если его выпустить, он может привести охотников, да мало ли какие разговоры пойдут...

-Он тебе не игрушка, - драконица смерила мужа проницательным взглядом.

-Я знаю! - Сладкий Дождь протестующее вскинул крылья, - ну... жалко его потерять... славный такой паренёк, смышлёный, перспективный, - он опять вздохнул и оглянулся на тёмный зев пещеры, - а ты заметила, сегодня он меня почти не боялся? Нахамил...

Драконица фыркнула.

-Ну ещё бы! Он болен, Дождь, ему плохо, а тут ты, как живое воплощение всех его несчастий! Ещё бы ему не хамить, я б на его месте тебе в глаз врезала!

Дракон дурашливо прикрыл правый глаз веком и затряс головой.

-Ой-ой-ой... Да он не допрыгнет.

-А ты ляг, - холодно присоветовала она. - Ладно, шутки шутками, что делать будем?

Сладкий Дождь посерьёзнел и задумался.

-Больных кормят горячим супом... чего у нас, понятно, нет и быть не может... Поймать бы зайца... живьём...

-Сейчас поймаю... А зачем?

Тайрэд так и не понял, сам ли он очнулся от кошмара, или его разбудили. Окружающая темень казалась продолжением сна, липкого, жаркого, тошнотворного. Рядом сладко посапывали дракончики, не проснувшиеся даже от его движения. Мужчина сел, осторожно проскользнул между дракончиков, и, перебирая руками по стеночке, пошёл к смутно светлеющему пятну выхода.

На полпути ему попался стоящий на задних лапах Сладкий Дождь, чем-то позвякивающий под потолком. Тайрэд миновал его довольно равнодушно, все силы уходили на сохранение равновесия и движение вперёд.

Когда он, облегчившись, пробирался обратно, Сладкий Дождь вышел навстречу. Дракон пригнул голову, преграждая ему путь. Тайрэд остановился, недоверчиво глядя исподлобья. Свой традиционный вопрос, так и просившийся на язык, он не задал, надоело. Небось, дракон и так объяснит, чего ему потребовалось от больного усталого человека.

Сладкий Дождь сел, изогнув гибкий и длинный хвост широким кольцом вокруг себя. Потом, осторожно подталкивая мужчину пальцем, усадил его на хвост. Тайрэд воспринял его действия как приготовление к чему-то серьёзному, сел, уперев локти в колени и подперев голову ладонью. Сидеть выпрямившись не было сил.

Дракон потянулся куда-то в сторону, потом поднёс на ладони крошечный блестящий предмет. Тайрэд узнал золотой кубок, хранившийся в сумке. Он никогда не воспринимал его как посуду, только как драгоценность, которую можно хорошо продать, поэтому и не взял, отбирая самое необходимое для дикой жизни. Дракон к ценной вещи проявил меньше почтения, разглядев за богатой отделкой простую чашку. Мужчина взял кубок, зачем-то подул внутрь, и вопросительно глянул на дракона.

Зверь чуть кивнул, и как заправский фокусник вытащил из-за щеки зайца. Живого зайца. И пока мужчина недоумевал, зачем дракону заяц, да ещё живой, дёргающийся и отчаянно верещавший, Сладкий Дождь двумя пальцами скрутил крохотному зверьку шею и когтём располосовал горло.

Алая дымящаяся струя бесшумно ударилась в золотое дно. Сладкий Дождь внимательно следил, чтобы кровь не перелилась через край, и поспешно зажал рассеченную артерию, дабы не потерять ни капли драгоценной влаги. Тайрэд посмотрел в глаза собственного отражения, окрашенного в бордовые цвета, вспомнил, как плохо ему было, когда он в первый раз заставлял себя съесть сырое мясо, и храбро отпил большой глоток.

Кровь была солёная, горячая... Дракон зарычал, то ли подбадривая, то ли поторапливая его. Тайрэд послушно опустошил кубок, совершенно не задумываясь, как ужасно он смотрится со стороны. Нутро радостно воспряло от тёплой пищи, что-то внутри словно расслабилось и отпустило. Пожалуй, зверь правильно угадал, чем может насытиться больной замёрзший человек. Мужчина протянул кубок, и дракон снова его наполнил. Потом критически осмотрел тушку, и вопросительно протянул человеку.

-Благодарствую... - грея пальцы о тёплый кубок, отказался Тайрэд, - я сыт.

Дракон равнодушно пожал крыльями и забросил зайца в пасть. Прожевал, посмотрел, как Тайрэд допивает свою кровь, отобрал кубок, чтобы не задумывался ещё и о мытье посуды, и помог встать, придерживая под локоть указательным пальцем. Человек стоял, пошатываясь, но уходить не торопился. Правильно, он же его ещё не отпустил. Дракон чуть оскалился, обнажая клыки.

-Умница! - коротко выдохнул Сладкий Дождь, - Никуда я тебя не отпущу, вот ещё, выдумали. Мне такой человек самому позарез нужен...

Мужчина напрягся, вслушиваясь в его шипение. Дракон усмехнулся, отлично понимая, что человек никогда не узнает смысла его слов. Оно и к лучшему. Сладкий Дождь подтолкнул его ко входу в пещеру, показывая, что разговор окончен.

Глава 2. Под крылом дракона.

(год 2 362, весна-лето)

Весна всегда наступает неожиданно. Ещё вчера мели метели, снег казался нерушимым хозяином гор, а ночной ветер обещал только больше снега и холода. И потому неожиданно проснувшаяся капель зазвучала как фанфары победы над зимней стужей.

По берегу реки прогуливался человек в сопровождении трёх дракончиков. Человек для весенней погоды одет был легко, немного мёрз, и поэтому старался держаться поближе к дракончикам, согреваясь теплом их тел. Дракончики ещё маленькие, греться об них - одно удовольствие. Шкура же взрослых драконов тепла практически не пропускает, зато дыхание у них - кипяток.

-На следующий год нужно что-то потеплей пещеры... - Тайрэду уходящая зима уже сейчас казалась дурным сном. Кошмаром, о котором совсем не хотелось вспоминать. Можно сказать, что он всю эту зиму провалялся в постели. Укутавшись тёплым одеялом, завернувшись в звериные шкуры, под тёплым боком у дракончика. Не считая редких прогулок. Был бы он медведем, его бы такая жизнь вполне устроила, но Тайрэд медведем не был. В его роду даже лоххо, с виду в точности дальние родственники косматых, не встречались. Он так думал.