Не все ответы... - Александра Цель

Запуганного селянина он не захотел бы оставить себе, с оглушительной ясностью понял Сладкий Дождь. Он побрезговал бы владеть таким человеком...

Вопреки предсказаниям Тайрэда, Сладкий Дождь действительно сидел возле пещеры. Вернулся пораньше, видать действительно смотреть не на что было.

Уже издалека стало ясно, что дракона что-то мучает. По крайней мере, ясно это было для Тайрэда, дракончики, взбудораженные предстоящим развлечением, ничего не заметили. Сироп умчался вперёд, чуть не рухнул перед отцом, до мужчины долетел его радостный голос, звенящий от возбуждения.

-Мы будем строить дом для Тайрэда!!! Мы уже место нашли!!

Шоколадка и Леденец тоже порывались взлететь, но, памятуя о своих обязанностях, старались идти спокойно, подстраиваясь под медленные шаги Тайрэда. Тем более медленные, что мужчина сознательно не торопился, оттягивая неизбежную встречу с растревоженным зверем. Как бы ещё понять, что того беспокоит? Может зря он завёл разговор о доме? Так вроде бы дракон и сам...

От Сладкого Дождя не укрылся робкий вопросительный взгляд человека.

"Я ничего не нарушил?", безмолвно спрашивал он.

Дракон мотнул головой.

"Нет, всё в порядке".

Мужчина успокоено вздохнул. Чтобы не взволновало зверя, не он тому виной... Тайрэд, правда, мог и ошибаться, но разве это имело значение?

Он остановился поодаль и прижал замёрзшие руки к боку Леденца. Будь его воля, Тайрэд распластался бы по дракончику всем телом, жадно впитывая его тепло. Впрочем, и так неплохо... Хотя зря он не взял сегодня свою накидку из одеяла, бросил вызов уходящей зиме. А-аа... неважно. Мужчина не отдавал себе отчёта, что холод уже не так беспокоит его как раньше. Как оказалось, ко всему можно привыкнуть. Даже к сырому мясу... хоть у него теперь и было огниво, развести костёр удавалось очень редко. Сначала надо было набрать дров и хоть как высушить их. Затем приготовить обед. Оба пункта были вполне выполнимы... То есть сложно выполнимы. И чем мёрзнуть в заснеженном лесу ради сомнительного удовольствия отведать горелого шашлыка, он предпочитал отлёживаться в тепле, питаясь мороженым мясом. Кстати, оказалось вкусно, гораздо вкусней, чем просто сырое... И он даже умудрился немного набрать вес, к собственному удивлению.

Но самое главное, что он всё ещё был жив. В кривых отражениях на серебряном боку дракончика Тайрэд нашёл Сладкого Дождя. Не дождёшься, упрямо подумал он, я выжил, и буду жить. И когда-нибудь я найду способ от тебя сбежать! Ты мне никто, чтоб я тебе верность хранил, а ты мной распоряжался... И договоров на крови мы не заключали!

Дракончик, видимо почувствовав его настроение, но не поняв ничего, вывернулся, ободряюще подлез под мышку и с тихим ворчанием запрокинул голову, напрашиваясь на ласку. Тайрэд почесал подставленное горло почти машинально, но на душе у него потеплело. Дети... Дракончики действительно его любили. Он даже надеялся когда-нибудь заручиться их помощью и сбежать. Да, сейчас даже Леденец слишком мал, чтобы поднять взрослого мужчину. И достаточно вырастет он ещё не скоро. Но ведь не обязательно и улетать. Кто-то из дракончиков мог бы сбросить ему верёвку со скалы, а уж по верёвке даже он вскарабкается, отвесная там стена, не отвесная. Верёвка у Тайрэда была, не хватало времени, старшие драконы постоянно крутились поблизости, и конечно следовало заранее увериться в... Мужчина нахмурился. В верности дракончиков? О какой верности может идти речь, если он собирался убедить их нарушить волю отца?

Нет, плохой план. Выполнимый, но... бесчестный. Тайрэд смутился, краснея от собственных глупых мыслей. Смешно, конечно, и глупо, но не всякое спасение он был готов принять. Уж точно - не такое!

Ладно, всё равно сейчас бежать рано. А к тому сроку, как начнут поспевать ягоды, он ещё что-нибудь придумает. Не такое бесчестное.

-Папа, папа, а ты умеешь дома строить? - теребила отца Шоколадка.

Ну вот, они уже сами решили, с облегчением думал Сладкий Дождь, выслушивая спешные детские возгласы. Разобрались и без него. Кажется, всё идёт как надо, главное - не вмешиваться. Дракон неожиданно ужаснулся. Поддавшись мимолётному чувству, он собственными лапами готов был сломать свою давнюю заветную мечту. Ну уж нет, поздно отступать. То есть, конечно, не поздно, но стыдно, вот так, испугавшись собственной тени, бросать дело в самом начале...

А стоит ещё представить, как Сабира будет укорять его за жестокость... "Зачем было мучить его всю зиму? Отпустил бы ещё осенью, малыши вполне могли обойтись и без сказок!". Да, примерно так она и скажет.

-Домаа-а? - он притворился задумчивым, - видел когда-то. Сейчас вот полежу, подумаю, и всё вспомню...

И он действительно разлёгся на снегу, хотя рыться в своих бесконечных воспоминаниях не собирался. Дракона волновали вопросы посерьёзней. К примеру, как ему теперь следует относиться к человеку. Удивительно, но Тайрэд неплохо прижился в драконьей семье, вроде как стал своим. Странная же у него семья получилась... Ну ладно, видал он разные семьи. Сладкий Дождь усмехнулся. Уж ему-то не должно казаться неправильным, что некоторые дети на родителей не похожи... Дракон украдкой глянул на Тайрэда. Сколько ему? Вроде недавно исполнилось тридцать. По меркам людей взрослый самостоятельный человек. По драконьим... считай ровесник его детям, пусть они разбили скорлупу всего пятнадцать лет назад. По сравнению с ним самим вообще сущий младенец.

Он опять посмотрел на мужчину, зябко жавшегося к Леденцу, и усмехнулся. Тайрэд и не подозревал, насколько был близок к свободе. И, дракон мог быть уверен, человек никогда даже не догадается, что Сладкий Дождь готов был отпустить его. Потому что сказать об этом было бы форменным издевательством... Есть единственное злодеяние ужасней, чем лишить последней надежды - показать, что надежда была...

Сладкий Дождь фыркнул. Ну хорошо, пусть будет сын. Гораздо лучше, чем домашний любимец. Разница на первый взгляд не так уж велика... но существенна! Было у него трое детей, будет четверо. Что ему, человека не прокормить, не вырастить? И мальчик хороший... может быть даже слишком хороший, оттого и больно, совесть заедает. За плохого человека он переживать не стал бы!

Впрочем, плохого человека он бы давно выкинул. Кому такой нужен? А над проблемой ручных человечков можно и попозже подумать.

Довольный принятым решением дракон повернулся к скале и начал когтём вычерчивать на ней план будущего дома. Ничего сверхсложного, просто тёплое убежище на зиму... Итак, в доме должна быть...

-Папа говорит, ему надо освежить в памяти подробности, - шёпотом пояснила Шоколадка, - он очень давно ничего не строил.

-А что он царапает? - спросил Тайрэд. На его взгляд в закорючках, которыми Сладкий Дождь украшал скалу, не было никакого смысла. И вообще, странное занятие, скалу орнаментом покрывать.

Драконочка помялась, как всегда, когда ей не хватало терминов.

-Он рисует слова, что нужно для постройки хорошего дома.

-Записывает? - удивился Тайрэд. У драконов есть письменность?!

-Записывает, - повторила она новое слово, и спросила, - А люди тоже умеют "записывает"? Не только говорить?

Мужчина поперхнулся. "Тоже!". Это можно было воспринять как оскорбление, если бы он лично не занимался образованием дракончиков. И в том, что они не знакомы с письменностью, и даже не подозревают о такой науке, виноват он один. Поэтому Тайрэд для начала старательно просклонял новый глагол "писать", а только потом ответил на вопрос, постаравшись говорить как можно более вежливо и расплывчато.

-Я вас ещё не учил письму, просто потому что не придумал, как это лучше делать. И какой смысл в письме, если нечего читать?

-Ты можешь писать, а мы будем читать, - возразила драконочка.

-А на чём? У меня нет таких когтей, чтобы процарапать камень.

-На... - Шоколадка потопталась на месте, оглядываясь, - на снегу!

Тайрэд рассмеялся. Такое простое решение, а даже в голову не пришлось. И вообще, стыдно, как же он не сообразил поучить малышей письму?! Он отошёл от пещеры, выискивая кусок нетронутого снега, и ножом, ничего более подходящего под руку не попалось, начертал первую букву.

-Хорошо, смотрите. Это буква "А"...

Вернувшаяся с охоты драконица бросила на снег оленью тушу и подозрительно огляделась. Охотясь, она издалека видела, как Сладкий Дождь стремительно промчался к логову, даже не заметив любимую жену. Если бы не дичь, уже почти пойманная, она опрометью бросилась бы вдогонку. Слишком уж яростен был полёт дракона.

Потом пришлось тащить тушу, что сильно замедлило её полёт. Да и всяко она не смогла бы тягаться со Сладким Дождём в скорости. Но драконица спешила изо всех сил. И с облегчением обнаружила, что ничего непоправимого не произошло. Дети играют, муж что-то рисует, человек тут же, целый и невредимый... Сабира не призналась бы в своих опасениях и самой себе, но она же видела, что чем дальше, тем больше Тайрэд раздражал Дождя, и боялась, что для пленника это раздражение в конце-концов окажется смертельным.