Магический мир - Стивен Мур

— Не нужно нам тут никаких Билли Тиббетов! Катись отсюда! — сердито произнес первый голос. — Ходят тут всякие…

— Вот-вот, — обрадованно добавил второй голос, — не надо нам никаких жуликов, воров и убийц, посягающих на частную собственность честных граждан! Так что проваливай отсюда!

— Мы не жулики, — обиженно сказала Мог. — И не воры. И не убийцы. Лично я — кошка, а это — действительно Билли Тиббет!

— И еще я — Мэри Тиббет!

— Там еще кто-то есть, — произнес первый голос. — Может, их там целая сотня — жуликов, пытающихся проникнуть в наш дом…

— Нас не сотня, а всего трое, — резко прервала его Мэри. — Мы устали и хотим есть. И вообще, мы ищем Мердла Клэя, чтобы отдать ему эту дурацкую маленькую книжку!

Да, Мэри и ее длинный язык совершили б-о-о-льшую ошибку!

С приглушенным воем, как в песенке-ужастике «Кости и кровь», голоса удалились, и за дверью наступило леденящее душу долгое молчание.

— Кто тебя тянул за язык? — Мне очень хотелось дать Мэри затрещину.

— А что я такого сказала? Ведь это же все правда. Мы здесь для этого, а еще для того, чтобы найти Стрингеров. И я действительно устала, действительно хочу есть, а еще мне нужно в туалет! — Мэри обладала потрясающей способностью говорить в такой манере, что все окружающие чувствовали себя виноватыми.

За дверью послышался шепот и началось шевеление. Наконец решение было принято, и незнакомый голос ласково проворковал:

— Ты устала? Бедная-бедная Мэри! Почему бы тебе не войти сюда и не отдохнуть как следует…

Голос лился, как сироп, — только мне он показался чересчур приторным.

— Ну вот, видишь — Мэри бросила на меня сердитый взгляд и сделала шаг к двери.

— Не будь дурой. Тебя хотят обмануть — это же ясно как день!

— У тебя есть идея получше?

Не успел я ответить, как она схватилась за сломанные створки двери и шмыгнула в маленькую щель между ними. Ни я, ни Мог не были в силах остановить ее. Я вцепился в Мэри, Мог — в меня, и мы оказались за неприветливой дверью всей компанией.

Бледный свет освещал каменные стены пустого пространства, похожего на пещеру, нет — на огромный зал. Высокий потолок, терявшийся в темноте, держался на каменных колоннах.

— Эй, кто-нибудь! Привет! — крикнула Мэри в пустоту. — Здесь есть кто-нибудь?

Никого поблизости, кому могли принадлежать беседовавшие с нами голоса, видно не было. Я попытался насвистывать, делая вид, что чувствую себя как рыба в воде. Получилось неважнецки.

— Фу, здесь пахнет какой-то дохлятиной! — поморщилась Мог, принюхавшись. — Ну и запах!

Я постарался не услышать того, что говорила Мог, и начал оглядываться. Пол был усеян маленькими цветными камушками — тем, что раньше было мозаикой. Лунный свет едва просачивался через крошечное оконце в голой стене и падал на огромный деревянный стол и стулья, заваленные мисками, кувшинами и прочим хламом. Все было разломано и покрыто гнилью и плесенью. Больше в этом огромном зале ничего не было. Внезапно в его дальнем конце мелькнула странная полутень — в том месте, где ее просто нечему было отбрасывать. Я притворился, что не заметил этого.

Мог прыгнула на стол и сунула свой нос в одну из деревянных мисок. Что-то черное и сморщенное намертво прилипло к ее стенкам. Миска была вся в паутине. Паутина же, в свою очередь, была вся в пыли. Видимо, в свое время кто-то в спешке не успел доесть содержимое миски. Больше этот кто-то сюда так и не вернулся. Мог с отвращением ударила лапой по миске и повернулась к ней спиной.

— Ну что, достаточно насмотрелась?

Мэри меня не слышала. Она скакала взад-вперед с перекошенно-отрешенным взглядом, как будто с большим трудом сосредоточиваясь на чем-то. Я слишком хорошо знал этот взгляд! Я часто видел его на лицах людей, едущих в автобусе, или стоящих в очереди в кино, у людей, совершающих длительные прогулки, а один раз даже на дедушкиных похоронах. Этот взгляд говорил: я понимаю, что сейчас не время, но мне очень надо в туалет, и если я до него не доберусь сию же минуту, то будет авария.

— Нет, Мэри, только не сейчас! — взмолился я.

— Я сейчас лопну! Должно же здесь быть что-нибудь поблизости! — произнесла Мэри с мученическим выражением на лице.

— Подумай о чем-нибудь другом. Я никогда не читал в книгах о том, что дети, пустившиеся на поиски приключений, прерывают поход на середине, чтобы сходить в туалет! Даже если они отсутствуют месяцами.

— Я не могу думать ни о чем другом! — призналась она.

— Тогда скрести ноги и терпи!

— Билли Тиббет, сейчас ты у меня нарвешься…

Время для ссоры было самое подходящее, и неизвестно, как долго бы все это продолжалось, если бы не чья-то тень, двигающаяся вдоль задней стены. Увидев ее, мы замолкли на полуслове.

И вот уже у стены сгрудились три тени, но даже все вместе они не тянули на одну фигуру. Дело в том, что вы могли спокойно смотреть сквозь них, как сквозь медузу. Их тонкая бледная кожа не вбирала в себя никакого света.

— Билли… Билли, они похожи на…

— …привидений, — закончила Мог мысль моей сестры.

Шерсть ее встала дыбом, как щетина на метле. Мог сейчас вполне можно было привязать на конец палки и подметать ею пол. Но самое смешное заключалось в том, что неизвестно, кто был больше напуган — мы или они.

— Извините, пожалуйста, если мы напугали вас, — раздался тот самый вкрадчивый сахарный голос, который мы слышали раньше.

— Привидяшки не хотели этого! — поддакнул другой голос.

— Привидяшки просят у вас прощения! — Голоса медленно сливались воедино. — Мы слишком осторожничали!

— Мы же не знали!

— И не понимали…

Стараясь не вслушиваться, я крепче прижал к себе Мэри. Голосов становилось все больше.

Они доносились отовсюду: из кресел, со стола, со стен, от входной двери позади нас. Мы оказались в окружении, и выбраться не представлялось ни малейшей возможности.

— Бедный Билли! Бедняжка Мэри!

— Они так устали… Им так надоело таскать с собой всякие глупые маленькие книжки!

Книжка… Книжка! Билли Тиббет, какой же ты балда!

— Билли, мне страшно! — прошептала Мэри.

Струи холодного воздуха втягивали нас в круговорот каких-то рук и пальцев, чьи прикосновения были легче, чем птичье перышко, и холоднее, чем лед. Мы оказались вдали друг от друга…

— Нет. Нет! НЕТ!!!

Хвост Мог угрожающе заходил ходуном. Она пыталась пробраться к Мэри.

— Книга! Открой книгу, сестренка! — закричал я. Книга должна нам помочь!

Налетевший ветер перекрыл мои слова и истошно завыл: «Кости и кровь!… Кости и кровь!»

Вдруг я услышал смех. Настоящий! Так обычно гогочет наш папа, когда смотрит по телевизору свои любимые комические сериалы. Гогот раздался в тот момент, когда нечто снесло дверь, разнеся ее в мелкие щепки. Кто-то принялся рушить все подряд. Огромные ручищи крушили стены, пол и рушили каменные колонны, словно те были игрушечными.

Это был горный тролль Грундигер.

Ветер жалобно запищал: «Караул!» Привидяшки одновременно были везде и нигде. Они втекали в каменные щели и вытекали из них в отчаянной попытке убраться отсюда куда-нибудь подальше. Но деваться им было некуда. В сломанную дверь вразвалочку вошла другая гигантская фигура и, начав подпрыгивать в каком-то странном танце, доломала три колонны, не оставив камня на камне. В центре всего этого находилась Мог, которая царапалась и кусалась как безумная. Визжащие привидяшки вытекали из-под ее когтей, словно растительное масло.

— Не обижайте привидяшек! Бедные маленькие привидяшки! Мы ведь никому не принесли вреда! — причитали они.

Мы с Мэри взобрались на стол и тоже ввязались в потасовку. Но у нас не было сноровки привидяшек. К тому же воздух был наполнен клубами разъедающей глаза пыли. Казалось, легче связывать узлы из текущей воды.

— Крыша падает! — закричал чей-то голос.

Последняя колонна пошатнулась, треснула и разломилась пополам.

— Мэри, бежим отсюда! — завопил я.

Последнее, что я увидел, было падение крыши и исчезновение ее в море пыли, воплей, размахивающих кулаков и летающих ножек от стульев. Меня куда-то потянули… И дальше в голове помутилось.

…Удар в ухо вывел меня из беспамятства. Может, это был камень, а может, чья-то мощная рука. Так или иначе, в следующую секунду я уже был на улице. Голова бешено кружилась, сам же я пытался удержаться на ногах, качаясь, как напившийся до зеленых соплей алкоголик. На меня взволнованно смотрела стоявшая низко на небе луна. Потом рядом появились два лица.

— Ну что, не совсем тебя в порошок стерли? — спросил Грундигер, и, клянусь, подмигнул мне своим глазом, похожим на железную шляпку гвоздя.

— Хм, нет… Нет.

По крайней мере я так думал. Голова все еще кружилась. Я пытался понять, где я. Криков больше слышно не было. Не было ни стонов, ни грязи, ни привидяшек. Зато были деревья и кусты — с листвой! И камни, скатывающиеся на землю и превращающие стены дома в руины. Вокруг упавших камней прорастала трава. Споткнувшись об один из этих камней, я упал. Причем носом вниз. Когда я поднялся, рядом стояла Мог. На ее шерсти была кровь.