Магический мир - Стивен Мур

— Твич?

— Да. Деичарский Твич. Деичар и Твич не существуют друг без друга. У меня он тоже был, когда я был жив. Я мог свободно проходить через камин — это вам не просто книжку читать! Если, конечно, вы не боитесь время от времени обжигать свои пальцы.

— А зачем нужен Твич? — спросила Мэри.

— Зачем он нужен? Ну ты, девочка, даешь! Кха! Ты еще спроси, для чего нужен нос! Деичарство — это тебе не мелкое предпринимательство! Этому невозможно обучиться за пять минут! Я проучился сто пятьдесят лет, чтобы научиться тому, что умел до того, как умер. И где я хранил все свои знания и умения, скажите-ка мне, пожалуйста?

— Наверное, в голове, — предположил я.

— В голове?! Да ты еще глупее, чем твоя сестра, милый мой! Если хранить весь этот объем в голове, то однажды эти знания и умения просто начнут вытекать оттуда. Глупость какая! Конечно же их надо хранить в Твиче!

— Ну да, я понимаю, — сказал я.

Мэри тоже понимающе кивнула. На самом же деле мы ничегошеньки не поняли.

Идрик Сирк побряцал пальцем у черепа.

— Подумайте об этом, мои маленькие воришки. Существуют те, кто готов пойти на убийство ради того, чтобы завладеть этой книгой.

Он замолчал, а затем для пущего драматизма сделал глубокий вдох.

— Куда вы пойдете и что будете делать со своим Твичем? Вы тут же нарветесь на привидяшек. Ха-ха-ха, хотел бы я посмотреть на это! А может, лучше сразу всему миру объявить: смотрите, что у нас есть! Кто еще хочет посмотреть? У вас, ребята, есть большая проблема: у вас на «хвосте» все время будут сидеть преследователи!

— Но мы же не знали… — запротестовала Мэри.

— Конечно же вы не знали, девочка моя, но незнание не есть оправдание. Привидяшки теперь от вас не отстанут. Надеюсь, вы не прихватили сюда случайно этих противных маленьких созданий? Мне бы не хотелось, чтобы они тут сновали туда-сюда.

Тон, которым разговаривал с нами Идрик Сирк, возродил во мне жгучее желание разнести все вокруг.

— Нет, мы не прихватили, — ответила Мэри, судорожно шаря по платью и на всякий случай пытаясь понять, нет ли там еще какого-нибудь не обнаруженного доселе кармана.

— Если у вас есть даже свободная маленькая дырочка в пуговице, — «утешил» нас Идрик Сирк, — они проникнут туда и будут ждать своего часа. Кха! Додумались! Проводить время с привидяшками и троллями!

— Тролли были на нашей стороне! — заявила Мэри.

— На нашей стороне… Значит, вы думаете, что в этой игре существуют стороны? Команда «хорошек» и команда «нехорошек»? Команда правых против команды неправых? А я на чьей стороне? На вашей? На их? А может быть, на своей собственной? Кха! Здесь нет никаких сторон. Больше нет. Слишком поздно. Так или иначе, вы скоро это поймете.

— Почему вы не хотите нас подбодрить? — плачущим голосом спросила Мэри.

— И плакать тоже слишком поздно, — ответил Идрик Сирк. Но на этот раз его слова не звучали, как выстрелы, — теперь они были мягче мягкого. — Ничего-то вы не знаете. Вы, наверное, даже не догадываетесь, где находитесь?

— Нет!!! — прокричал я. — Мы не знаем! И знать не хотим! Мы просто хотим отдать книгу Мердлу Клэю! Найти Стрингеров! И попасть домой!!!

Идрик Сирк задумчиво теребил костлявыми пальцами шерсть Мог. Он что-то обдумывал.

— М-да… Если бы это было так просто… Ты помнишь, что видел, мальчик мой? А ты что видела, девочка моя?

Его спокойный тон раздражал меня. Я снова прокричал:

— Что видел? Ну, горы! Вереницы дурацких гор!

— Старые развалины, — добавила Мог.

— А еще высохшие мертвые деревья, землетрясения, — вспоминала Мэри.

— Мерн, — медленно изрек Идрик Сирк. — Вот где вы находитесь. Земля Мерн, на которой стоят девяносто семь гор… Где обитали деичары…

На секунду его лицо просветлело, но затем снова омрачилось, словно он внезапно вспомнил о чем-то ужасном.

— Вернее, это то, что от нее осталось…

— Билли Тиббет, если ты думаешь, что я буду взбираться на девяносто семь гор, даже чтобы найти Стрингеров, то у тебя в голове дырка! — заявила Мэри.

Идрик Сирк не слушал ее.

— От Мерна почти ничего не осталось… Здесь не так, как было прежде… С тех пор, как ее разрушили.

— Разрушили? — переспросил я.

— Полностью! Мерн был само совершенство! Деичары заботились о нем. Жаль, что вы не видели этого! Эта земля была поистине волшебной… Горные города из необыкновенного камня, с которым не сравнится ни один, даже самый роскошный, земной камень. Переливающиеся на солнце горные реки, омывающие свои русла слезами счастья и радости. Широкие леса и сады, дающие пристанище всем страждущим. И надо всем этим — ореол истинной свободы… — Идрик Сирк ненадолго замолчал и опустил Мог на пол, словно пытаясь избавиться от непосильной ноши, находящейся внутри его самого. — Но затем… Чем ярче свет, тем длиннее тень…

Оглянитесь вокруг. Посмотрите! Свет и тень… Они всегда вместе. Всегда! Тень оказалась очень ревнива… Кха! Но это уже другая сказка, не для ваших ушек. Да, стороны… В то время были стороны: деичар пошел против деичара, примкнув к стороне, на которой были самые нечестные из всех воров, самые лживые из всех обманщиков… — Он замолчал, не договорив.

— Билли, я ничего не понимаю, — прошептала Мэри. — Ничего…

Ну почему эти взрослые, даже если они скелеты, всегда говорят какими-то загадками? Идрик Сирк ничего толком не сказал. Значит, мне самому надо разбираться, что к чему. Что ж, закончу эту историю за него.

— Мэри, — сказал я, — он имеет в виду, что деичары сражались друг с другом. Как на войне: убивали друг друга и все такое. И теперь из-за этого их земля разрывается на куски. Ну, как в кино показывают.

— И что, победила нехорошая сторона? — спросила Мэри. Это был дурацкий вопрос, но Идрик Сирк вдруг рассмеялся. Хотя смех его был невеселый.

— Неужели ты все еще не понимаешь — в этой борьбе нет победителей! Их просто не может быть. — Он грустно покачал головой. — Мерн состоит из девяноста семи гор, но ведь это — один мир! Когда рушится мир, как можно сказать, кто победил? Это всеобщее опустошение. Все проиграли. И это конец для всех!

Идрик Сирк указал костлявыми пальцами на самого себя, словно в доказательство своей правоты.

— Без деичаров свет Мерна погаснет. Вы видели только часть того, что происходит. Меж гор свободно разгуливают существа, живущие во тьме. Там царят интриги, эгоизм и жадность. Тени завоевывают все больше пространства. Вскоре все будет кончено. Навсегда.

«Интересно, — подумал я, — а как же тогда сказки про принцесс со счастливым концом?»

— Билли, неужели все деичары мертвы? — спросила Мэри.

Ее лицо нервно подергивалось в отчаянной попытке понять хоть что-нибудь.

— Думаю, да, — ответил я, но, передумав, добавил: — Нет. Я так не думаю.

Я повернулся к Идрику Сирку:

— Вы сказали, что деичар и Твич не существуют друг без друга. У нас есть Твич. Значит, Мердл Клэй не может быть мертв! Он ведь деичар! А если он жив, значит, и Мерн может быть спасен?

После длительного молчания Идрик Сирк снова заговорил, на этот раз обращаясь к самому себе:

— Первая просьба была «ПОЖАЛУЙСТА, ВЕРНИТЕ КНИГУ». «ПОМОГИТЕ СПАСТИ» — была вторая просьба. Может быть, тех, кто так долго прожил на свете, не так-то легко погубить… Они старше, чем драконы, чем деичары, чем сам Мерн и, может быть, даже чем сама смерть.

— Так где же он тогда? — не выдержала Мэри.

Идрик Сирк вздохнул так, как будто весь мир повис на его плечах.

— Не знаю. Моя память теперь — как далекий отголосок прошлого. И я ничего не помню о Мердле Клэе… Может быть, он наколдовал себе другое место обитания, предпочтя ему неминуемую смерть?

Идрик Сирк повернул к нам пустые глазницы.

— Даже если это так, то что это за выбор для деичара? Сбежать из нашего мира в другой? Кха! Это та же смерть… Понимаете, ребята, пребывание в изгнании означает забвение. Еще более глубокое, чем после смерти…

— Прекрасно! — воскликнул я. — Мердл Клэй даже не знает, что он — Мердл Клэй! И жить он может где угодно! И у нас столько же шансов найти его, сколько у нашего папы шансов выиграть в свой дурацкий бильярд!

— Кха! Не сдавайся так быстро, мой мальчик! Магические слова и знаки в этом Твиче не появились там сами по себе. Может, есть еще что-то, чего даже я не могу объяснить…

— А как вы объясните появление Дженни Ганивер? — прорезалась Мэри. — Она тоже преследовала Мердла Клэя? Ну чтобы завладеть его Твичем?

— Дженни Ганивер — и преследовала?! Девочка, ты испытываешь мое терпение!

В голосе Идрика Сирка сначала послышались нотки смятения, затем — раздражения.

— А что я такого сказала? — обиделась Мэри. — Она же во всем этом участвовала, и я подумала, что…

— Дженни Ганивер не с Мерна, детка.