Клятва вечной любви - Ольга Володарская

– А что было до того? Расскажите все с самого начала. Итак, вы подъехали к школе… Дальше?

Вера принялась излагать факты. Она подробно рассказала о встрече с Петей Кочетовым, Олегом Яшиным, Катей Старковой, а вот о том, как увиделась с Шурой и Стасом, лишь вскользь упомянула, боясь продемонстрировать ненужные эмоции. Те самые, что всколыхнулись в душе при виде них…

Вера вспомнила тот момент, когда встретилась взглядом с Шурой, а потом со Стасом, и сердце ее забухало точно так же, как раньше. Только сейчас оно быстро унялось, а тогда… Не обхвати ее Олежка за плечи, Вера, возможно, все же убежала бы, чтобы никто не увидел, как напряглось и побледнело ее лицо…

Шура очень мало изменилась за десять с лишним лет. Вера этого не ожидала. Она думала, что Шура как минимум поправится (она всегда была, несмотря на не очень хорошее питание, плотненькой), но у той явно был тот же сорок восьмой размер, что и в двадцать лет. Еще Вера опасалась, что бывшая подруга сопьется – гены никуда не денешь, однако на лице Шуры не обнаружилось ни одного признака алкогольной зависимости: ни отеков, ни мешков под глазами, ни проступающих сквозь кожу капилляров. Морщинки появились, это да, но тут не было ничего удивительного, поскольку на дорогую косметику у нее, сразу видно, денег нет. Шура была очень скромно одета, а из украшений Вера заметила на ней лишь недорогую серебряную цепочку с крестиком. Одинец теребила ее в руке, когда разговаривала со Стасом, и едва не порвала, стоило ей увидеть Веру.

– Чайка? – удивленно воскликнула она, приподнимаясь на стуле. – Неужели ты?

Вера молча кивнула.

– Рада тебя видеть! – с улыбкой сказала Одинец. И в ее улыбке не было ни грамма фальши. Только она быстро потухла, – потому что во рту у Шуры не хватало нескольких зубов. – И вас, ребята, тоже рада видеть, – обратилась она к остальным. – Берите стулья, садитесь, здесь всем места хватит!

Олежка тут же ринулся искать свободные стулья. Катя опустилась на единственный пустующий, а Петр направился к бару. Только Вера не двигалась, смотрела на Стаса, который тоже не сводил с нее глаз. Синих-пресиних, как раньше…

А вот волосы его стали другими: пепельными от седины. И очень короткими. Из-за цвета волос и лаконичной прически Стас выглядел старше своих лет. Не знай Вера, что Радугин ее ровесник, дала бы ему полные сорок.

– Чайка, ты чего стоишь? Садись, – услышала Вера за спиной голос Олега. Оказалось, он притащил для нее стул и поставил рядом со своим.

Вера поблагодарила его кивком и села. Она больше не смотрела на Стаса. Как и он на нее. Более того, они не сказали друг другу ни слова. Вера общалась с остальными, а Стас по большей части молчал, лишь иногда бросал короткие реплики. А вот Катя трещала без умолку. И Петр много говорил. Оба хвастались своим достатком. И если Вера понимала, каким образом разбогател Кочетов, то как Старкова умудрилась стать владелицей хорошей квартиры и шикарной машины, можно было только гадать (не спрашивать же напрямую!).

За столиком они просидели около часа, пока не закончилась торжественная часть. Как только те, кто на ней присутствовал, хлынули в буфет, Петр поднялся со стула и провозгласил:

– Хочу напоследок выпить за вас, ребята! – Он поднял наполненный коньяком фужер. – Рад был всех увидеть, но теперь вынужден распрощаться… – Петр бросил взгляд через распахнутую дверь в коридор. – Смотрю, Ромашин уже приглашает гостей в VIР-кабинет, так что…

– Да, нам пора, – чирикнула Катя. – Стас, а ты что сидишь? Ты ведь тоже в числе приглашенных.

– Не пойду, – отмахнулся тот. – «Оброк» школе я уже заплатил пятью компьютерами. Детские песни-пляски меня как-то не вдохновляют, а бутербродов с икрой минтая я и дома поем.

– Тогда отдай свой пригласительный кому-нибудь. Например, Шуре… – На Катином лице мелькнула издевательская улыбка, а красноречивый взгляд скользнул по дешевому платью бывшей одноклассницы. – Может, ее бутерброды с икрой минтая вдохновят…

Шура, услышав это, вспыхнула. Стас нахмурил густые брови. А вот Олег с Петром, казалось, не поняли намека – первый продолжал уплетать фисташки, запивая их безалкогольным пивом, а второй застегивал пиджак и поправлял галстук. Закончив приводить себя в порядок, Кочетов сказал:

– Пригласительный лучше отдать Вере. Уж коль Ромашин собирает всех более-менее значимых людей, то Чайке как раз место в VIР-кабинете.

Стас молча протянул Вере пригласительный билет. Помедлив секунду, она его взяла. Ей хотелось поскорее покинуть буфет, а тут появился замечательный повод. Да и на нужды школы, пожалуй, можно немного пожертвовать, как-никак семь лет в ней отучилась…

– Вера Николаевна! – услышала она далекий голос следователя Блинова. – Вера Николаевна, очнитесь! Я дважды задал вам вопрос, а ответа так и не услышал…

– Простите, я задумалась, – встряхнувшись, сказала Вера. – О чем вы спрашивали?

– Отправляясь на фуршет в VIР-кабинет, вы знали, что встретите там Виктора Сергеевича?

– Нет.

– А если б знали?

– Не пошла бы туда.

– Из-за боязни не сдержать эмоции и ударить его? – язвительно проговорил следователь.

– Мне просто не хотелось его видеть. Этот человек был мне неприятен, а от таких я всегда стараюсь держаться подальше.

– Почему же согласились побеседовать с ним наедине?

– Господин Радугин был очень настойчив. Увидев меня, он сразу подошел и стал расспрашивать о том, как я живу, где, с кем, то есть вел себя так, будто мы и не ссорились. Я отвечала сухо, и Виктор Сергеевич, видимо, решил, что мне просто неудобно говорить при людях. Тогда он попросил у Ромашина ключ от какого-нибудь пустующего класса. Тот дал, и Радугин пригласил меня туда. Я отказалась идти с ним. Но надо знать Виктора Сергеевича. Это человек, который не принимает отказов. Он просто взял меня под руку и повел к двери. Я вынуждена была последовать за ним, так как не хотела устраивать сцен при людях.

– Что ж, понятно, – протянул Блинов, снимая очки, чтобы протереть глаза. Без них его лицо было совсем иным: мягким и трогательным. И Вера только сейчас заметила, что следователь еще очень молод. Пожалуй, ему нет и тридцати. – При людях сцен закатывать не хотели, а наедине устроили мордобой!

– Я очень сожалею, что дала волю рукам, – сухо бросила Вера. После чего вытянула затекшие ноги, выгнула спину, давая отдых позвонкам, и с тяжким вздохом спросила: – Вы еще долго меня допрашивать намерены? Если да, дайте хотя бы другой стул…

– Нет, Вера Николаевна, я уже закончил. – Блинов протянул ей протокол допроса. – Прочтите и распишитесь.

Вера пробежала глазами текст и поставила внизу свой автограф.

– Зря вы не глядя подписываете, – буркнул Блинов. – Негоже так со следственными документами…

– Я внимательно прочла протокол, – сказала она, умолчав о том, что в институте ходила на курсы скорочтения и теперь ей хватало пары минут, чтобы вникнуть в суть написанного. Это очень помогало при заключении контрактов. – Вы все верно записали.

– Тогда не смею вас больше задерживать. Допрос закончен. Но я попросил бы вас пока не уезжать.

– Я планировала отправиться в обратный путь уже завтра с утра, – нахмурилась Вера.

– Придется нарушить планы, так как вы еще можете понадобиться следствию.

– А если я ослушаюсь?

– Давайте не будем ссориться, Вера Николаевна. Я имею полное право задержать вас на семьдесят два часа, и тогда вы проведете их в обезьяннике.

– Что ж, хорошо… Я задержусь.

– Вот и прекрасно.

– Могу теперь я задать вам вопрос?

– Валяйте.

– Как его убили?

– Череп размозжили.

– Чем?

– Это еще предстоит выяснить. Но на первый взгляд – несколько раз стукнули головой о чугунную батарею. Однако может оказаться, что господина Радугина ударили чем-то тяжелым, а с радиатором его затылок соприкоснулся при падении.

Представив ужасную сцену, Вера передернула плечами. Желание продолжать расспросы сразу испарилось. Хотелось поскорее убраться из кабинета следователя и остаться наедине со своими мыслями. Но едва Вера поднялась со стула и направилась к двери, Блинов остановил ее окликом:

– Позвольте задержать вас еще на минутку, Вера Николаевна.

– Слушаю, – обреченно выдохнула Вера, оборачиваясь.

– Не для протокола, а так… между нами… – Блинов вновь нацепил очки и уставился на Веру маленькими глазами-буравчиками. – Вы состояли с Радугиным в интимной связи?

– С Виктором Сергеевичем?

– Именно.

– Нет.

– И когда работали на него?

– Нет, – повторила Вера. – С чего вдруг такое предположение?

– Вы в курсе, что супруга Виктора Сергеевича умерла?

– Тетя Оля умерла? – искренне удивилась Вера. – Нет, я не знала.

– Это произошло в 1998-м. Кажется, вы говорили, что покинули наш город в том же году?

– Да. Весной.

– Ольга Михайловна скончалась тоже весной. Думаете, от чего?