Горячий Ключ - Валентина Мельникова

— Проблемы есть?

— No problems! — Журналист согнул пальцы бубликом и посмотрел сквозь него на Артема. — Все very good and all right, командир!

— Ну раз very и особенно good, то наверняка все в порядке! — усмехнулся Артем и повернулся к соседке Незванова, сидевшей с закрытыми глазами:

— Вы — Ольга Вячеславна Прудникова?

Девушка нехотя приоткрыла глаза и протянула:

— Ну и что из того?

Ее большие карие очи были украшены такими длинными и густыми ресницами, что Артем грешным делом подумал, не наклеенные ли они. Ресницы отбрасывали не менее густую тень на изящный носик, который Прудникова недовольно сморщила в ответ на его следующий вопрос. Этот вопрос Артем впоследствии расценил как самый дурацкий из всех, что задал в тот день пассажирам:

— Вам не дует?

Она с явным удивлением выгнула тонкую бровь, но ответила коротко и бесстрастно:

— Нет.

Артем подождал мгновение, ожидая, что она скажет что-нибудь еще, но девушка опять закрыла глаза и спрятала лицо в воротнике. Тогда он подошел к последним двум дамам, не сводившим с него глаз, стоило ему повернуться к этому ряду.

— Надежда Антоновна Чекалина?

Сидевшая ближе к нему полная женщина лет пятидесяти вздернула острый нос и с негодованием произнесла:

— Товарищ Таранцев, я вам ответственно заявляю, что все это никуда не годится! Вы должны немедленно повернуть обратно! В противном случае я позвоню своему мужу, а у него большие связи в Аэрофлоте, и у вас будут крупные неприятности.

Артем демонстративно пропустил мимо ушей обещание неприятностей и улыбнулся своей самой что ни на есть обворожительной улыбкой. По-видимому, дамочка продолжала жить в другом измерении, в котором все еще существовал Аэрофлот и колбаса за два двадцать. Но тем не менее Таранцев постарался ее успокоить:

— Надежда Антоновна, я постоянно летаю по этому маршруту, и, поверьте, в нем нет ничего страшного.

Но на лице женщины уже отчетливо проступил страх — страх не перед полетом, страх перед высотой. Сидя в комфортабельном салоне авиалайнера, она могла побороть его, потому что там высота ощущается по-другому. Далекую землю закрывают облака, и нет жуткого чувства, что летишь над пропастью. В вертолете к тому же отсутствовало то самое внутреннее оформление, что делает салон самолета похожим на гостиную, здесь было все до предела упрощено. Голый металл, побитый и исцарапанный, да многочисленные детали, трубы и провода — изнутри машина напоминала собой вскрытое для исследования тело гигантского животного.

И тут вертолет резко дернулся вниз. С лица Артема моментально слетела улыбка, но машина выровнялась и вновь заскользила над первыми, еще невысокими холмами, и Таранцев еще раз уверил вконец испуганную Чекалину:

— Все будет хорошо, Надежда Антоновна! — и повернулся к последней сидящей в этом ряду женщине.

Несомненно, это была Агнесса Дыль. Высокая загорелая женщина с готовностью улыбнулась ему.

«На вид ей около сорока пяти или чуть меньше», — отметил Таранцев. Агнесса Дыль была вполне моложавой и красивой женщиной, но слишком уж, на его взгляд, спортивной и мускулистой. Даже высокая, полная грудь, которую несколько вызывающе подчеркивала обтягивающая светлая майка, никаких особых чувств у Артема не вызвала. Губы Агнессы тоже были полными и красиво очерченными, именно такие всегда нравились Артему, но и в этом случае он ничего, кроме досады, не ощутил. Госпожа Дыль, судя по всему, была женщиной самоуверенной и в мужчинах знала толк, это он понял по быстрому оценивающему взгляду, словно наждаком прогулявшемуся по нему с головы до ног.

— Вы впервые в наших краях, Агнесса Романовна? — спросил Артем, избегая смотреть ей в лицо. Ему казалось, что ярко-голубые глаза учительницы просверлили его насквозь и словно нацепили на крючок.

— Нет, я очень часто бываю здесь. — Голос у Агнессы не в пример взгляду был мягким и приятным. — Я прожила здесь много лет, потом мужа перевели в Йошкар-Олу, пришлось переехать. Но вот уже пять лет я встречаюсь со своими подругами в Горячем Ключе. Посплетничаем, подлечимся, по горам походим. — Она толкнула ногой высокий станковый рюкзак. — Нормальные бабы наряды да косметику чемоданами привозят, а мы — альпинистское снаряжение.

— Вы альпинистка? — вежливо поинтересовался Артем.

— Нет, скалолазка. Жаль, что у нас мало времени, я бы вам объяснила, в чем тут принципиальное различие.

«Ты бы объяснила… — подумал Артем. — К такой даме только попадись в руки». А вслух спросил:

— Что вы преподаете, Агнесса Романовна?

— Лучше просто — Агнесса. — Женщина недовольно повела плечом. — Я работаю учителем физкультуры. И каждое лето сгоняю жирок в Саянах. — Она похлопала себя по плоскому животу и опять пнула рюкзак. — Побегаешь недельку с этим чудовищем на спине, станешь стройной как кипарис. А впечатлений сколько!..

Артем вежливо улыбнулся в ответ, отметив для себя, что Агнесса Дыль не в меру словоохотливая особа, и вновь повернулся к Чекалиной:

— Надежда Антоновна, посмотрите в иллюминатор. Где еще вы увидите такую красоту? Горы, озера, реки, тайга, наконец… Это вам не «Клуб путешественников» — все вживую. Знаете, мы иногда уступаем просьбам пассажиров и делаем незапланированную посадку где-нибудь в особо живописном месте.

— Нет-нет, совсем не стоит беспокоиться, — испуганно проговорила Чекалина.

— Ну что вы так паникуете? — Агнесса доброжелательно, но с едва заметной снисходительной усмешкой посмотрела на соседку. — Клянусь, за две недели, что мы с вами пробудем в Горячем Ключе, я сделаю из вас настоящую таежницу.

Артем ободряюще улыбнулся Чекалиной, и она ответила ему слабой улыбкой. А в ярких глазах Агнессы появился странный блеск, от которого у Таранцева вдруг пересохло в горле. И он вспомнил, что до сих пор не приложился к своей заветной фляжке.

— Эй, командир, — послышалось у него за спиной. Он обернулся. Господин Синяев был вне себя от гнева. — Какого дьявола вы летите между скал, того гляди, зацепитесь лопастями о камни. Неужели нельзя подняться чуть выше?

— Нельзя! — коротко ответил Артем и уже более мягко посоветовал:

— Вы бы оделись потеплее, Петр Григорьевич!

Синяев неожиданно захохотал и пропел:

— Моя жаркая любовь меня греет вновь и вновь! — Он вытащил из кармана пиджака плоскую бутылку и помахал ею. — Это у меня вместо дубленки.

В это мгновение Артем узнал в Синяеве себя, и ему стало страшно.

— Как хотите, — сказал он сухо и вернулся в кабину.

Глава 4

Стрекоча, как гигантская швейная машинка, вертолет шел над руслом реки Агбан, в тени крутых скальных откосов, обрамляющих его с обеих сторон. Это был давно испытанный, выверенный маршрут, помогающий преодолеть Джебский хребет на хорошей скорости и в самое благоприятное время.