Искупление. Часть вторая (СИ) - Юлия Григорьева

Выслушав напутствия от старейшины, мы покинули поселение "медведей". Аргат вывел нас на утоптанную дорогу, и лошадки побежали более резво. Ехали мы молча, никто не нарушал молчание. В этом молчании чувствовалась какая-то неприятная напряженность. Сын старейшины ехал впереди, Флэй держался рядом со мной. В какой-то момент я заметила, что мой дикарь поправил меч так, чтобы рукоять оказалась у него под рукой. На мое недоумение он подмигнул с деланным весельем.

— В чем дело? — наконец, не выдержала я.

— Он не считает тебя моей женой, — ответил рысик.

— Почему? — удивилась я и посмотрела в затылок "медведя".

— Не было обряда, — коротко пояснил Флэй. — Священный огонь не соединил нас. Оттого и недопустимые взгляды на чужую женщину. И племя Рысей тебя еще не взяло под защиту. Моего слова ему мало, потому что и я еще не вернулся в племя. Для Аргата ты свободная иноземка, и он может предъявить право хозяина земли, по которой мы едем.

— Будет драка? — встревожилась я.

— А то, — усмехнулся Флэйри.

Услышав свое имя, "медведь" обернулся и скользнул по нам равнодушным взглядом.

— Но он ничего не предъявляет, — отметила я. — Может, ты зря себя накручиваешь?

— Может, — кивнул рысик. — А может, поселение еще недалеко, или мы еще проехали не всех воинов. Те расскажут старейшине о том, что его сын подрался со мной.

Напряжение нарастало все больше, и оно шло не только от моего дикаря. Я все чаще смотрела на неестественно ровную спину Аргата. Дорога свернула за огромный камень. Флэй придержал коня и поднял руку, призывая меня остановиться. Я прислушалась, но, кроме шорохов стремительно темнеющего леса, ничего не расслышала. Мой дикарь спешился, едва слышно вытащил меч и, приложив палец к губам, мягко, как крадущийся хищник, направился на другую сторону камня.

Не выдержав, я тоже спешилась и, взяв обоих коней за повод, направилась к повороту. Осторожно, на цыпочках, я подкралась, вытянула шею, пытаясь рассмотреть, что тут делается. В этот момент один конь подтолкнул меня, и я вылетела вперед. Перед носом сверкнула сталь, я вскрикнула, и тут же рука, ухватившая меня, ослабла. Затем я увидела, как из-за спины Аргата появился Флэй, отшвырнул от меня, припечатав рукоятью меча по губам. Сын старейшины вскочил на ноги, коротко свистнул воздух, и мой дикарь успел уклониться от брошенного ножа.

— Ниген! — вскричала я. — Нет! Ниген, Аргат, ниген!

— Голубка, отлети немного, — нервно попросил Флэй, готовый встретить противника.

— Не надо, рысик, — я встала между ними, испуганно оглядываясь то на одного, то на другого.

Аргат что-то произнес, и я посмотрела на Флэя.

— Говорит, что моложе, сильней и богаче, — перевел мой дикарь. — Согласен только с моложе. Еще говорит, что не обидит, и что ты ему понравилась. Обещает оберегать и защищать.

— Ниген, — я отрицательно мотнула головой. — Аргат, ниген.

— Спрашивает, пойдешь ли в его дом, если он докажет свою силу, — усмехнулся Флэй.

— Это тебя убьет? — поняла я.

— Не обязательно, — пожал плечами рысик.

— Ниген, — решительно повторила я.

— Комьер? — это я и сама поняла. Сын старейшины спрашивал — почему?

— Ман, — я прижалась к Флэю, называя его мужем. — Ельскьер.

Любимый муж, вот почему, что за глупый вопрос?

— Я тебя тоже люблю, тарганночка, — шепнул Флэй. — А теперь отойди и дай поговорить большим мальчикам.

Я уцепилась за его руку, но мой дикарь мягко освободился, быстро поцеловал и отодвинул в сторону. Сурово велев:

— Жди.

Я нервно теребила ворот своего платья, приглядываясь к двум черным силуэтам. Мужчины разговаривали. Сухо, чуть на повышенных тонах, но оружие вернулось в ножны. Вскоре Аргат направился к своей лошади, Флэй ко мне.

— Посмотрим, как понял, — произнес рысик, подсаживая меня в седло. — От меня ни на шаг.

— Хорошо, — согласилась я, и мы снова тронулись.

Сын старейшины "медведей" вел нас еще какое-то время, но, когда впереди показался огромный силуэт горы, закрывший небо, он остановился и что-то сказав, развернул лошадь, проехал мимо нас и скрылся во тьме ночи. Флэй проводил его внимательным взглядом.

— Вот же настырный, — проворчал он.

— Что он сказал? — спросила я.

— Сказал, что за твоим ответом приедет через пять дней, — ответил мой дикарь.

— Почему через пять? — удивилась я.

— Наверное, дает время соскучиться, — усмехнулся Флэй и обернулся к горе. — Все, любимая, приехали. Осталось немного.

— Ох, — вздохнула я.

Мужчина протянул мне руку, сжал пальчики и произнес:

— Я всегда буду защищать тебя. Ничего не бойся.

— У тебя есть пять дней не разочаровать меня, — деловито ответила я.

— Ой, кто сейчас договорится, — воскликнул Флэй.

Рассмеявшись, я потянулась к нему, и тут же губы обжег поцелуй. Как же я успела по нему соскучиться…

Глава 2

Таргар.

Камни играли, завлекали, слепили роскошью, лгали…

— Прочь!

Мужская ладонь смела драгоценности на пол. Ожерелья, перстни, серьги, браслеты, подвески разлетелись, гулко ударились об пол и застыли, продолжая оставаться такими же сверкающими и прекрасными в свете свечей. Найяр Грэим, герцог Таргарский, прошел к креслу, упал в него и сжал в ладони оплавленный медальон, висевший на его шее. Второй рукой прикрыл глаза.

— Где ты, сокровище мое, где? — наверное, уже в тысячный раз повторил он.

Ни камни, ни медальон, ни мужчина в ливрее слуги, застывший за спиной герцога, не дали ответа. Найяр убрал от лица руку и огляделся. Это были ее покои, только ее. Сюда она ушла за несколько дней до исчезновения. Все здесь осталось так же, как было при ней. Даже платья все еще заполняли гардеробную. Духи, душистое мыло, травы, которые сыпала ей в воду служанка. Все это было здесь и ждало свою хозяйку. И он ждал.

Вот уже две с небольшим недели Найяр жил в покоях своей любовницы и единственной возлюбленной, Сафиллины Тиган, пропавшей месяц назад. В ее смерть герцог упорно не желал верить. Тому были доказательства и прежде всего слова, неосторожно брошенные ее похитителем и предателем, которому его сиятельство доверял, таргом Фрэном Грэиром: "Одну забрал, вторую не отдам".

Именно воспоминания об этих словах внезапно успокоили его на берегу моря, где ему пытались подсунуть сгоревший труп какой-то бабы. Мысль, что это действительно была Сафи, Найяр упорно гнал от себя. Не хотел верить, не мог.

— Она живая, — твердил он, гоняя следопытов. — Ищите, — требовал герцог, и наемники врывались в каждый дом в рыбацкой деревушке, где он догнал беглецов.