Янки. Книга 2 (СИ) - Юллем Евгений

Ну я быть в печали не собирался. Заложив в учебную модель все нужные плетения и отложив в сторону микролазерную гребенку, я поднял руку.

— Что у вас, Хоуп? — преподаватель был явно из породы покойного Абраши, тоже гном, мистер Торнтон.

— Готово, сэр!

— Готово? — глаза гнома удивленно поползли на лоб. — Ну-ка, посмотрим!

Устроив свой отожравшийся зад на жалобно скрипнувшем кресле, он приник к окулярам, подсвечивая себе гребенкой.

— Таки не врете, мистер Хоуп, — удовлетворенно сказал гном. — Занимались раньше артефакторикой?

Ну и что ему ответить? Как в том двусмысленном вопросе типа «Вы перестали курить траву по утрам?» любой ответ будет неправильным. Да — значит курил раньше, нет — значишь продолжаешь, а вопрос «Вы курили траву?» никто не задает. Так и здесь — скажешь «да» — предложит пахать на него лаборантом за гроши, «нет» — опять начнет петь про зря пропадающий талант. А вопроса про то, хочу ли я заниматься этим — не зададут по определению.

— Только в школе, — пожал плечами я. Не буду же я ему рассказывать о своих секс-артефактах для слабых на передок теток?

— У вас определенно талант, — сказал гном.

— Спасибо, сэр, — и катился бы ты к черту, добавил я про себя.

Слава богу, гном поставил мне «А» и отвалил без интимных предложений. Я перевел дух. Ну в любом случае теперь я знаю, где можно изготовить что-нибудь на продажу. А там посмотрим, нужно ли это будет мне. Завязываться еще на это я не собирался, и так дел своих хватало под завязку.

Я шел по коридору, насвистывая любимый «Янки Дудль». Следующий урок у нас был для меня лично довольно неприятен — основы некромантии. И идти для него предстояло в доступную часть подвала под зданием — прозекторскую.

Спустившись в подвал, я нерешительно потоптался перед двустворчатой дверью, затем толкнул ее, и оказался в царстве мертвых.

— А, мистер Хоуп! Сегодня вы первый! — с притворной любезностью отозвался маг Смерти, мистер Баал.

Ну колоритной эту фигуру было назвать — ничего не сказать. Абосолютно лысый мужик неопределенных шестидесяти или семидесяти лет — точно сказать не представлялось возможным — огромный, с неприятно белыми мясистыми руками, водянистыми глазами и вечной словно приклеенной к бледной роже улыбкой. И постоянно одетый в когда-то белый халат, заляпанный пятнами всевозможных оттенков кроваво-коричневого. Типичный аналогопатаном из ужастиков.

Ну про него ходили разные слухи. Начиная с того, что он и есть сам Баал, верховное божество одного из культов — хотя нахрена богу кромсать трупы, из любви к мяску, что ли — до того, что он его потомок, измельчавший в процессе эволюции и превратившийся в этакого Франкенштейна. Хотя вполне возможно под столь ужасной внешностью скрывалась нежная и ранимая душа, такая вот загогулина. Кто их, маньяков, разберет! А то, что он один раз на спор под пивко съел кусок маринованного в формалине трупа, оторвав его как спинку воблы — это факт, наши предшественники при этом обблевали всю прозекторскую. Особенно, когда он причмокнул, облизнулся и запил пивком съеденное. Ибо нехрен спорить с магом смерти, себе дороже.

Втянув запах формалина и легкий душок, я чуть было не поделился завтраком с кафельным полом. А, нет. Если принюхаться, то дышать через раз было можно.

— Раньше освободился, сэр.

— Ну это хорошо. Не желаете, пока другие подойдут, посмотреть заспиртованную голову гуля? Только что привезли из Японии, — Баал взялся за двухгаллонную стеклянную емкость, стоящую на столе, в которых обычно старомодные хозяйки засаливают огурчики-помидорчики. Только в этот раз там что то-такое неаппетитное белелось в мутно-говнистого цвета жидкости.

Меня спасли от исполнения рыголетто запыхавшиеся одноклассники, прибежавшие с артефакторики — видимо вредный гном с них не слез, пока не сдали ему лабу.

— А, вот и остальные, — мистер Баал с сожалением отложил свою драгоценную банку, и накрыл ее тряпочкой. Ну не иначе делает настойку на гуле, «гулевку», с него станется. Напомните мне, чтобы ничего китайского иди японского я не пил, а то черт его знает, что там внутри. Папашина водка со змеей, злобно смотревшей поверх этикетки, у меня до сих пор стояла перед глазами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ну проходите и садитесь, — тоном доброго доктора Айболита, только что расчленившего очередную зверушку на органы, сказал мистер Баал. — Сегодня мы с вами наконец-то приступим от теории к практике. Мистер Райнер, вы уже проходили в органической магии работу с неживой материи?

— Да, сэр! Учились сохранять ее от разложения и придавать ей подобие жизни.

— На чучелах? — спросил Баал.

— Нет, на останках живой ткани.

— Упущение, явное упущение, — с укоризной сказал Баал. — Ну разве можно работать с частями, не придавая значения целой законченной системе? Тут важно именно магическое взаимодействие всех органов и частей. И именно так.

Какие там органы могут быть у трупа? С просроченным сроком годности-то? Особенно, если уже червячки завелись?

Мистер Баал открыл холодильник для трупов, стоящий у стены, и зашуршал какими-то обертками.

— Таак, где тут у нас объект? — пробурчал он себе под нос. — Это мой ланч, не то, а, вот он!

Он достал из ячейки маленький сверток и положил его на прозекторский стол.

— Вот, например, возьмем вот это вот создание, — мистер Баал аккуратно развернул сверток и поднял за хвост тушку дохлой крысы. — Мертвее мертвого, вчера мой некрокот поймал эту тварь.

При этом упоминании передернулся почти весь класс. Внешность подобной твари мы видели только в учебнике по некромагии, и что-то оптимизма и желания погладить кису он не внушал.

— А теперь попробуем ее оживить, — мистер Баал достал такую же двухгаллонную банку, только пустую, и аккуратно за хвост положил на дно крысу. — Открываем страницу тридцать четыре гримуара и смотрим на заклинание. И слушаем, как я его читаю, внимательно слушаем. Потому что от вибраций силы зависит то, что у вас получится в результате.

Низким голосом, нараспев, мистер Баал стал читать заклинание. От вибраций, действительно наполнявших обертонами его голос, аж задрожали стенки банки. Мы, обратившись в слух, косились на текст заклинания на арамейском.

Опа! Крыса вскочила на лапы и уставилась мутными трупными глазами на нас через стекло. Чем-то наши рожи ей не понравились, и зомби-крыса начала бросаться на стенки банки с такой силой, что банка рывками поехала на столе.

— Как видите, оживленный объект проявляет агрессию, — сказал мистер Баал, аккуратно придерживая банку так, чтобы не стать жертвой своего создания. — Почему? Хоуп?

— Мозг мертв, сэр. А останками управляет заклинание.

— Не совсем верно, но в общем так. Мертв не только мозг, но и органы. Сейчас она кукла, которую дергают за веревочки заклинание, связанное с астралом. А уж там, поверьте, до черта созданий, таких же безмозглых и агрессивных, как эта крыса. Вас же учили не выходить в астрал без соответствующей подготовки, чтобы пока вы там витаете по эфиру, в ваше тело не могла забраться подобная астральная тварь и сделать из вас одержимого. Точнее, забрать вашу телесную оболочку. Тем, кому этот материал более интересен, я могу посоветовать открыть мемуары лекаря Аламеды, впервые открывшего этот феномен. Так что сейчас в теле этой твари сидит другая астральная тварь, настолько же злобная и тупая.

Мистер Баал хлопнул рукой по банке, послав плетение на крысу, и та вновь безвольной тушкой распласталась на дне банки.

— Никогда не забывайте об этом, когда занимаетесь некромантией — назидательно воздел палец мистер Баал. — Вы можете опрометчиво подумать, что подняв мертвую материю вы сможете ей управлять, но для этого нужно еще и контролировать канал управления через астрал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А личи? — подал голос Вилли. Ну куда же без этой универсальной затычки в любой дырке. Мегатампакс прямо. — Они же тоже мертвые. Мертвое может управлять мертвым?

— А вы разве не читали о них в сопутствующей литературе? Как правило, их считанные единицы, и существуют они недолго. Неупокоенная душа сильного мага-некроманта может на некоторое время управлять мертвым телом из астрала, но как правило с растворением энергетических оболочек она исчезает без следа, превращаясь вот в такого примитивного червя с рефлексами, — он махнул рукой на крысу. — И опять мы возвращаемся к тому, что не может душа перенестись в мертвое тело. Биомагия и биофизика этого не допускают, и слава богу, а то бродили бы по свету толпы одержимых местью живых мертвецов. Ну ладно, отвлекли вы меня от темы своими вопросами. Кто хочет попробовать первым?