Янки. Книга 2 (СИ) - Юллем Евгений

— Пускай себя поимеет. Желательно несколько раз и в извращенной форме.

— Перун так ему и сказал. Что если ты спасся, а потом смог избавиться от мстительного аватара — туда тому и дорога. Коща теперь подыскивает нового — через Ниама.

— Ниама? Вия то есть?

— Ну да. Повелителя всей нечисти и своего сынули. По слухам, внебрачного.

— Пока не подыскал?

— Нет еще.

— А тебе не аукнулось?

— Икается, — призналась ламия. — Пытались тут натравить на меня моего шефа, но я теперь фрилансер и на подхвате у Локи, так что вышел у них великолепный облом. Смотрю, ты вообще в этот скотомогильник для даунов попал.

— Ну как и обещали, присунули туда, куда собака хрен не сует.

— Закрыли бедненького на киче? — начала зубоскалить ламия.

Я промолчал. Пускай демонская сучка повеселится.

— Слушай, а тут местечко интересное, — она повернула голову, как будто прислушиваясь. — Ничего, если я здесь осмотрюсь?

— Можно подумать, если я скажу «нет», ты этого не сделаешь.

— Умненький мальчик, — оскалилась ламия. — Сейчас, я быстро.

Серая с хлопком исчезла. И почти сразу вернулась.

— Что, так быстро?

— Долго ли умеючи. Да, тут есть несколько мест, куда мне ходу нет. Ну и остального мне хватило. А ты, кстати, в курсе, что здесь шарится пара призраков, причем таких неплохих?

— Откуда? Мне они не представлялись.

— И не представятся. Я их сожрала, — облизнулась ламия. — На вкус, конечно, как бомжи, но зато узнала много интересного. Хочешь знать, откуда здесь такое извращенное место силы? Эти идиоты построили школу точно над индейским кладбищем, поэтому сюда по жизни тянет всякую нечисть.

— Точно идиоты.

— Нет, конечно упокоенные шаманы дают кое-что для некоторых практик, изучаемых в школе, например некромантии и зомбирования, но и проблем от них хватает. «Торчвуд» был основан когда-то орденом черных магов, это со временем школа стала нормальной. После того, как в подвале закопали Эквилибриум, амулет равновесия, чтобы духи краснокожих не пакостили.

— И помогло?

— Как видишь. Но если эта хрень со временем разрушится, от школы ничего не останется, а вся накопленная в демпфере черная энергия накроет полштата.

— И что, никто об этом не знает?

— Еще как знают, особенно руководство этой богадельни. Но молчат в тряпочку. И да, на самом деле школа по большей части проект военной разведки.

— Ну да, Макс что-то упоминал о минобороны…

— Это ты про своего сокамерника? Непростой пацан, очень непростой.

— Ну-ка, колись. Я все-таки с ним живу в одной комнате.

— Это больше на камеру похоже, — обвела взглядом комнату ламия.

— Не отвлекайся.

— Вот ты нудный, блин! Ну да, твой этот Макс из потомственных, мать — ведьма, отец — боевой маг, уже покойный, черти его в аду на персональном вертеле наяривают. Оба закончили «Торчвуд», оба из армии. Мать — на пенсии, держит частную практику, про папашу я тебе сказала.

— Чем опасен именно он?

— Ну это уже ты сам разбирайся. Я не знаю, чем он для тебя именно опасен, у него столько тараканов в башке, что они друг друга роят не по одному разу. Впрочем, как и у тебя.

— Разговорчики! Звиздеть команды не было!

— Во-во. Я именно про них, — усмехнулась ламия.

— Можешь там посмотреть, чем Холли занимается?

— Сейчас, — ламия на мгновение исчезла и проявилась. — С подружками развлекается. Ох, смотри, уведут они ее от тебя. Ты-то с глаз долой, из сердца вон…

— Замолкни, серая. Без тебя тошно. Да, кстати, а что насчет укромных мест?

— Полно таких. Некоторые под печатью. И самое интересное, что есть несколько уголков, которые не только против демонов, но и ангелов работают, укрыты заклинаниями невидимости.

— Ну-ка, ну-ка, интересно…

И в это время раздалось скрежетание ключа в замочной скважине, и дергание ручки. Ну верняком сокамерник вернулся, хорошо, я защелку поставил на «заперто».

— Так, потом договорим, — я нажал на зведочку на перстне и изгнал ламию.

Раздался требовательный стук в дверь. Я со вздохом встал с дивана и пошел открывать.

— Ну и какого хрена закрываться? — он был раздражен.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Чтобы посторонние не мешали.

— Закрываются в двух случаях, — он прошел в комнату и бросил книжки на кровать. — Либо бухают, либо свайку полируют. Бухлом у тебя не пахнет…

Макс демонстративно втянул носом воздух.

— Пошляк ты. А просто посидеть подумать нельзя?

— Для этого есть толчок. Там даже некоторые президенты думают и твиты пишут — показал Макс пальцем за плечо. Вот и сиди в комнате напряженных раздумий, там и закрывайся. А я под запертой дверью больше тусоваться не намерен.

— Хорошо, мамочка, — пропел я. — Поздравляю, кстати, у нас с тобой первая семейная разборка.

— Мы вроде не гомики. Или мне теперь спать задом к стене?

— Да как хочешь. Твоя тощая задница меня точно не возбуждает. Ладно, закрыли тему. Показывай, что в библиотеке взял!

Глава 4

Я корпел над магоскопом, подстраивая силовую линзу. Внизу подо мной лежало учебное плетение, которое необходимо было внедрить в учебный объект, в данном случае в пулю. Курс углубленной артефакторики не преподавался в обычной школе, но здесь он являлся одним из базовых. Маг должен уметь изготовить артефакт не просто из говна и палок, но и сделать из него убойную вещь, несмотря на то, какие сорта говна на него пошли, и насколько тонкими и кривыми были эти палки.

Что такого сложного в том, чтобы зачаровать пулю? Ну да, это только в фильмах герой царапает на пуле пентаграмму, громко объявляет, что это ловушка для демонов и пуляет этими пулями направо и налево в поверивших в эту хрень демонов. Настоящий демон покрутил бы когтем у виска, выплюнул пулю и наделал бы из охотника суши, ну или роллы, смотря кто что любит. А если еще окажется, что у охотника завалялись васаби или соевый соус, так вообще очень даже ничего, изысканное блюдо получается. Хотя нет, демоны васаби не любят, от них у него изжога.

Так вот, все это фигня. Даже если пощекотать демона пентаграммой на пуле, при попадании она деформируется так, что из этой звездочки получается хрен знает что, а от этого демону ни горячо, ни холодно. Так же как всяким вервульфам и вампирам. Поэтому и используются плетения заклинаний с учетом деформации носителя. Это как примерно с экспансивными пулями — только те разворачиваются на розочку при попадании, а эти при деформации сдвигаются, соприкасаются и образуют при взаимодействии сложный многомерный узор, разрывающий нужного субъекта на ошметки. Но чтобы это сделать…

А в принципе ничего делать было особо и не нужно. Подобные структуры были разработаны еще в средние века, а в начале прошлого века матемагически обсчитаны и выверены. Оставалось только их повторить и внедрить в учебный объект с заранее известными параметрами. А вот когда объект типа пуля выпускается новой формы или другого калибра — вот тогда и нужно пересчитывать полностью параметры, изменить геометрию плетений, измерить их взаимодействия… И если раньше маги, высунув от усердия язык, считали все это на бумажке и столбиком, то теперь при наличии программ матемагического моделирования, типа того же «Спеллс моделлера», который я использовал еще дома, все это делалось быстро и просто. А подобрать на трехмерной модели объекта те или иные параметры, наблюдая за этим на экране — так вообще удовольствие, схожее с развлечением.

Вообще, лаборатория артефакторики здесь практически не уступала мастерской покойного гнома Абраши, а кое в чем и превосходила. Оборудование было самое новое, спонсоры денег не жалели. В самом деле, зачем учить мага на старом допотопном оборудовании, если он никогда на нем работать не будет? Нет, ну конечно, учили пользоваться всем подряд, включая допотопное — на всякий пожарный случай, вдруг окажется в какой-нибудь папуасии, где ритуальные ножи делают из ослиной челюсти каменными скребками, а из приборов старый саквояж когда-то съеденного двести лет назад миссионера — но именно в ознакомительном порядке. И опять был перекос в сторону теории — как и в других вузовских дисциплинах в моем мире, где специалист по проектированию электронных приборов мог спокойно рассчитать схему, но ни разу в жизни не видел паяльника, ну не учили в вузе паять! Так что глаза горели только у меня, как у любителя работать руками, когда я видел накрытое пыльными чехлами в соседней бендежке за стеклом приборы и инструменты. Потому что 3D-моделирование — это хорошо, но вот на практике получается не всегда то, что задумано. И любой зубрилка, не знакомый с практикой, поймает ступор от того, что рассчитанное на бумажке или компе категорически не совпадает с реальными результатами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})