Погоди, я пойму - Изабель Ричардс

- Попробуй теперь только сказать, что не хочешь меня, - прошептал он прежде, чем их губы сомкнулись.

Губы Юджина полностью завладели ее губами, и протестующие телодвижения Саманты постепенно утихли. Где-то в глубине души она презирала себя за недостойную слабость, за то, что возжелала его, но была не в силах оттолкнуть человека, чьи губы так умело ласкали ее чудесное маленькое ушко, ямочку на шее, плечико.

Резкий телефонный звонок обрушился на лих, словно ледяной душ. Юджин попробовал было не обращать на него внимания, но телефон продолжал настойчиво трезвонить, словно желая помочь Саманте выпутаться из рискованной ситуации.

Выругавшись, Фрейзерс приподнялся, продолжая в то же время обнимать Саманту одной рукой, и дотянулся до аппарата.

- Алло!- рявкнул он в трубку и после паузы переспросил: - Саманта Синклер?

Кто-то спрашивает ее! Саманта яростно замотала головой, но Юджин, обозленный тем, что ему помешали, не обратил на это никакого внимания.

- Да, конечно, Саманта здесь, мисс Бедербек.

Юджин протянул ей телефонный аппарат. Никогда еще Саманта не оказывалась в столь нелепом положении - ив прямом и в переносном смысле, ибо фактически лежала под мужчиной и была ни жива ни мертва.

С Флоренс Бедербек хитрить было бесполезно. Ведущая колонки светских сплетен "Ивнинг-ньюс пост" была в состоянии сообразить что к чему и состряпать скандальную историю. Наконец Саманта собралась с духом и выдавила из себя:

- Это ты, Фло? Привет!

- Дорогая, - проворковал сладенький голосок,- в газете все так беспокоятся о тебе и Эмелин. Если бы она сегодня не позвонила, мы бы ни за что не узнали о вашей аварии.

Саманта от досады даже скрипнула зубами: почему она не догадалась сама позвонить в редакцию?

- Как ты меня разыскала? - спросила она, как можно спокойнее.

- Через больницу, дорогуша. Там мне сказали - обалдеть можно! - что тебя увез сенатор Фрейзерс. Ну ты же понимаешь, что мне не составило труда сделать вывод, что он...- последовала многозначительная пауза,- приютил тебя в своей охотничьей хижине. Скажи мне, милочка, он и в самом деле... такой классный парень, каким хочет везде казаться?

Саманта поперхнулась. В первый раз за все это время из ее глаз брызнули слезы.

- Я занята, Фло, извини. Все подробности при встрече. До свидания.

- Я себе представляю...- неслось из трубки, когда Саманта передавала ее Юджину.

Он поставил телефон на тумбочку и испытующе посмотрел на девушку. Та с отрешенным видом проговорила:

- Вот вы и отомстили мне за мою писанину! Мерзопакостней, чем мог вообразить ваш изощренный ум! Фло не успокоится, пока каждый, кто читает нашу газету, не узнает, что я из себя представляю...

Юджин отодвинулся. Его глаза из-под полуопущенных век внимательно изучали покрытое краской лицо девушки.

- Саманта, пойми, я...

Ничего не говорите! Давайте насилуйте! До конца! Потому что, когда вы покончите со мной, за дело примусь я! Клянусь, через газету, да и просто через каждого встречного я растрезвоню про вас на весь штат. Как вы калечите в аварии двух девушек, потом силой увозите одну из них к себе в берлогу и там пользуетесь ее беспомощным состоянием! Боюсь, что после этого вы никогда больше не увидите своего имени в избирательных бюллетенях!

Синие глаза Юджина превратились в две холодные льдинки, лицо окаменело. Их взгляды встретились в безмолвном поединке. Неизвестно, чем бы он закончился, если бы снова не зазвонил телефон. Юджин рывком снял трубку.

- Слушаю! - резко бросил он, не сводя глаз с Саманты. Потом снова протянул ей телефон. На сей раз это была Эмелин.

- Детка, тебе нужно срочно оттуда выбираться! - испуганной скороговоркой сообщила ей подружка.

- Ты о чем, Эмми? С тобой все в порядке?

- Со мной-то все в порядке, а вот с тобой- нет! Только что сюда мне позвонил один скандальный репортеришко из бульварного листка. Кажется, они собираются поднять шум из-за нашей аварии... И... Саманта, им известно, что ты там сейчас одна с сенатором в этой проклятой хижине! Клянусь, я ничего никому не говорила...

- Да, да, я знаю, что это не ты. - успокоила ее Саманта.- Я очень скоро к тебе приеду.

Саманта положила трубку, не в силах прийти в себя после услышанного.

- Похоже, мы оба получили по заслугам,- угрюмо сказала она Юджину, отводя взгляд в сторону.- Какой-то писака прослышал об аварии и о том, что мы здесь вдвоем.

Теперь она пребывала в полной растерянности. Что скажут ее родители, когда увидят заголовки с ее именем в одной из этих мерзких бульварных газетенок?

Юджин пристально разглядывал ее, словно, пытаясь определить, правду ли она говорит Потом откинулся на спинку кровати. Огон- вспыхнувшей спички на мгновение осветил его лицо, на котором застыло невозмутимое выражение. Гнетущая темнота в комнате действовала ей на нервы, словно звук мерно падающих капель воды из подтекающего крана. Ей хотелось накричать на него, расцарапать ему лицо лишь бы вызвать у него хоть какие-нибудь эмоции. Весь мир вокруг нее рушился, ее репутация загублена, карьера окончена, а он при этом может спокойно лежать, покуривая!

Несколько минут спустя Юджин потуши окурок в пепельнице и поднялся с кровати.

- Нас, конечно же, начнут осаждать репортеры, как только утихнет непогода, - проворчал он, не глядя не девушку.

Саманта следила, как он пошел в гостиную и растворился в темноте. В голове у нее путались обрывки мыслей. Разбитая, она встала с постели. Несомненно, самым лучшим для нее выходом сейчас была бы возможность уехать, скрыться до прибытия этой своры. Возможно, Фрейзерс сможет довести ее до Бенсона и высадить где-нибудь в укромном месте, хотя она и сомневалась, что ее бегство может остановить газетную шумиху.

Она задержалась в дверях, набираясь смелости, чтобы попросить его. Юджин стоял у очага, опираясь одной рукой о каминную полку. Отблески огня освещали сильное мужское тело.

Словно почувствовав ее присутствие, он не оборачиваясь сказал:

- Думаю, что единственный способ спасти твою незапятнанную репутацию и мою блестящую политическую карьеру- это срочно пожениться.

Саманта заморгала от неожиданности, не уверенная в том, что не ослышалась. Поскольку продолжения не последовало, она подошла и встала рядом с ним. Фрейзерс посмотрел на нее сверху вниз, и она только сейчас вспомнила, что забыла застегнуть рубашку,- его взгляд был прикован к ее обнаженной груди. Саманта быстро запахнула полы.

- Вы не будете так любезны повторит еще раз то, что только что сказали?

- У тебя есть лучшие предложения? - спросил он, нисколько не сомневаясь, что она с первого раза поняла его слова правильно.

- Из всего, что я слышала здесь, это самая дурацкая шутка! - Она замахнулась, но Юджин перехватил ее руку. - Мне больно! - тут же заныла она.

- Тогда успокойся и слушай меня внимательно. Мы можем пересечь границу с Мексикой и зарегистрировать брак в первом же попавшемся городке еще до утра. Несколько долларов алькальду - это вроде мирового судьи, - и наше брачное свидетельство будет датировано днем твоей аварии.

- Почему вы решили, что я хочу замуж - да еще за вас? - Голос Саманты звучал все громче, по мере того как в ней закипав злость.- Выйти за вас замуж! Только этого мне не хватало! Лучше уж пускай меня ославят как шлюху, чем это!

- Попомни мои слова, тебя обязательно так и обзовут, если ты срочно не выйдешь за меня.- У Саманты затекла рука, сжатая им, а он тем временем продолжал: - У тебя слишком мало времени, чтобы долго paздумывать.

Саманта пыталась собраться с мыслями. Она люто ненавидела Юджина Фрейзерса, и все с ним связанное- не только его политические взгляды, но и высокомерие, богатство, легкомысленный образ жизни, неуважение к женщинам.

Но все же она должна была признать, что ее неодолимо влекло к нему.

- Ничего из этого не выйдет, - тихо сказала она, - мы слишком противны друг другу. Мой идеал брака - такой, как у моих родителей,- это брак, основанный на взаимном доверии и любви. - Саманта тщательно подбирала слова, стараясь четко сформулировать свои мысли. - Наш брак стал бы катастрофой. Мы оба будем несчастны.

- Я же не сказал, что мы останемся мужем и женой до скончания века,нетерпеливо произнес он, явно раздраженный ее тугодумием.

Саманта попыталась в слабых отблесках пламени разглядеть выражение его лица.

- Временный союз? Месяцев на шесть, вы хотите сказать?

- Что-нибудь вроде этого, пока инцидент не будет исчерпан.

- И что вы будете с этого иметь? - с подозрением спросила она. - Не думаю, что вы настолько великодушны, чтобы пойти под венец с той, кого в Финиксе считают жалкой журналисточкой!

Рука Юджина провела по ее волосам. Она напряглась от его прикосновения, выжидая. Через мгновение он спокойно произнес:

- В настоящий момент у нас нет выбора. Если бы не надежда на переизбрание в следующем году, то мне было бы наплевать, что напишет про меня какой-то там бумагомаратель. А ты, в свою очередь, защитишь свое доброе имя. Это будет браком по взаимному расчету.