Погоди, я пойму - Изабель Ричардс

Но собственные слова в ее мозгу переплетались с его соблазняющим шепотом, заставляющим путаться мысли и грезить о чем-то недоступном, но пленительно-сладостном, поэтому, когда она открыла глаза и увидела над собой склоненное лицо Юджина, то подумала, что это лишь продолжение ее сна, и, протянув руку, коснулась его небритого подбородка.

- Саманта,- тихо сказал он, прижимая ее ладонь к своей щеке, - ты стонала. С тобой все в порядке?

В полумраке комнаты она едва могла разглядеть его силуэт.

- Юджин,- сонным голосом пробормотала она и, тут же, увидев блеск желания в его взоре, часто-часто заморгала, пытаясь разогнать сон, и отдернула руку.- Я думала... Мне приснилось, что...

- Что тебе приснилось, Саманта? - вкрадчиво спросил он.

Его лицо было совсем близко, его руки касались ее плеч, но она едва расслышала, что он сказал.

- Не помню,- солгала Саманта. Он приподнял одну бровь.

- Вот как?- Его пальцы дотронулись до пряди волос, упавшей ей на лоб. Как ты себя чувствуешь.

- Прекрасно,- прошептала она, завороженная движением его губ, находящихся так близко от ее лица. Ее сердце билось так громко, что, казалось, он должен был слышать его стук.

- Я... я хочу пить. Дайте, пожалуйста, воды.

Она попыталась подняться, но Юджин подхватил ее и сам поставил на ноги.

- Так лучше? - спросил он с улыбкой, не оставлявшей сомнений в том, что он прекрасно понимает ее состояние. Когда его взгляд упал на ее открывшиеся в вырезе рубашки полные груди, она покраснела и поспешно стянула ворот у горла.

- Не поздновато ли? - рассмеялся Юджин и прижал ее к себе.

Саманта отвернула лицо от его поцелуя, и его губы обожгли нежную кожу у нее за ухом. Она была словно парализована этим прикосновением, а он продолжал целовать бьющуюся жилку на ее шее. Потом Юджин разыскал наконец ее теплые губы, и этот поцелуй воспламенил ее предвкушением еще большего наслаждения.

Теперь уже Саманта сама прижалась к нему, губы ее раскрылись, а веки затрепетали в нетерпеливом ожидании. Но как только руки мужчины обхватили ее бедра и пальцы легли на тугие ягодицы, она отпрянула, ужаснувшись, до чего же легко поддалась его страсти.

- Поищите себе кого-нибудь еще, чтобы пополнить список ваших побед, твердо сказала она,- однако отвела взгляд, не в силах посмотреть ему в глаза.

Вывернувшись из его объятий, она ускользнула в казавшийся ей безопасным кухонный закуток за стойкой. Но успокоиться так и не могла и, когда трясущимися руками потянулась за стаканом, стоящим в буфете, то едва не опрокинула сахарницу.

- Послушай, ведь ты хочешь меня,- сказал, подходя к ней сзади, Юджин, когда она ставила сахарницу на место.

Саманта испуганно вздрогнув, повернулась и стала озираться вокруг, чувствуя себя загнанной в угол. Лицо Фрейзерса выражало, однако, полное безразличие. Она настороженно следила за тем, как он не торопясь достает из холодильника бутылку розового вина и два стакана из буфета. Наполнив их искрящейся жидкостью, Юджин протянул один стакан ей.

- За окончание бури! - провозгласил он с усмешкой.

- Поддерживаю, - пробормотала Саманта, делая глоток вина. Посмотрев в окно, она подумала, что снег валит, пожалуй, не так сильно, потому что сквозь молочную пелену уже можно было разглядеть очертания растущих возле домика елей. А значит, появилась надежда на то, что ей удастся покинуть эту хижину! Она будет плакать, просить, умолять, угрожать,- словом, пойдет на все, лишь бы заставить Фрейзерса отвезти ее в Бенсон. Если не останется другого выхода, она сможет пересидеть эту ночь в коридоре больницы. Саманта знала, что не может больше оставаться наедине с Юджином.

Обернувшись к нему, она вновь вздрогнула от ощущения его близости.

- Думаю, что мне надо дозвониться до Эмелин,- сказала она, стараясь взять себя в руки.

Мужчина невесело усмехнулся.

- А ты трусиха, Саманта. Мне жалко того мужчину, которому принадлежит твое ледяное сердце.

Саманта ощутила себя пойманным в ловушку зверьком, когда отважилась посмотреть в его насмешливые глаза, но в голосе ее прозвучала бравада:

- У меня не ледяное сердце! Просто вы... просто вы ничего не вызываете у меня!

- Ого! В это трудно поверить! - Юджин положил руки на буфет по обе стороны от нее, лишая ее возможности избежать его общества. - После того что было минуту назад, у меня сложилось иное впечатление.

- У вас сложилось ошибочное впечатление,- отрезала Саманта. Она внутренне напряглась, сознавая, что разговор приобретает все более опасный оборот.

- Кажется, это у тебя обо мне сложилось неверное впечатление,растягивая слова, проговорил Юджин, зачарованно глядя на ее губы, по которым она нервно провела кончиком языка.

- Вряд ли! - воскликнула она, отталкивая одну из его рук и освобождаясь из ловушки.

Опасаясь, что он бросится за ней вдогонку, Саманта метнулась в спальню к телефону. Тем сильнее было ее удивление, когда, уже набрав номер больницы, она обнаружила отсутствие погони.

Телефон в палате подруги был занят, и Саманте ничего не оставалось, кроме как положить трубку, чтобы попытаться дозвониться попозже. Не желая оказаться застигнутой врасплох в таком месте, как спальня, она заставила себя вернуться в гостиную, где забилась в самый угол дивана и, отпив глоток вина, принялась настороженно наблюдать за Юджином. Он тем временем как ни в чем не бывало подбросил дров в огонь и принялся готовить обед - жареную оленину.

В голове у девушки по-прежнему была только одна мысль: сделать все возможное лишь бы не остаться здесь еще на одну ночь. Наконец она решилась.

- Вы не могли бы сейчас отвезти меня в Бенсон? Ну пожалуйста! Снег уже почти не идет.

Саманта была уверена, что он откажет в ее просьбе, но Фрейзерс только пожал плечами:

- Если ты хочешь, пожалуйста. Но нам придется часок-другой обождать, пока снегоочистители расчистят дорогу.

Ждать даже пару часов показалось Саманте невыносимым. Закутавшись в одеяло, она отпила еще вина и уставилась в окно. С каждой минутой нервное напряжение нарастало, потому, когда Юджин принес ей жаркое, она уже не могла есть и лишь продолжала жадно отхлебывать вино. Юджин только успевал услужливо подливать ей.

Осушив второй или третий стакан вина, она посмотрела снизу вверх на хозяина хижины сосредоточенно нахмурившись в тщетной попытке собрать разбегающиеся мысли.

- Полагаю, что душ перед отъездом принять не помешает, не правда ли? спросил он, понимающе хмыкнув.

- Да... то есть нет! - Почему же в голове у нее все путается?- Пожалуй, да,- кивнула она, еле ворочая языком. В конце концов, у нее не будет возможности помыться, пока она не доберется до дома, а это случится не раньше вечера во вторник.- Я всего на несколько минут...- сказала она, поднимаясь и пытаясь на нетвердо держащих ее ногах обойти мужчину, который как сказочный исполин возвышался перед ней, явно не собираясь уступать дорогу.

Руки Юджина неожиданно оказались у нее на бедрах, моментально лишив ее возможности двигаться. Когда его язык коснулся ее губ, колени у нее привычно подогнулись, и она с легким стоном бессильно привалилась к нему.

Фрейзерс отстранился.

- Дорогая, ты заставляешь меня позабыть о моих добрых намерениях,- чуть насмешливо проговорил Юджин, но в это! момент Саманта схватилась за его плечи, чтобы не упасть,- у нее страшно закружилась голова. С ней никогда такого еще не случалось. Поцелуи этого человека - то нежные, то грубые совершенно лишили ее силы.

Неожиданно она ощутила, словно впервые, горьковатый запах горящих сосновых поленьев, тихую, словно доносящуюся издалека музыку и самого Юджина- властные требовательные руки, грубую щетину, царапающую ее нежную кожу, теплый, солоноватый вкус его губ. Волна незнакомых, но заставивших бешено биться сердце эмоций захлестнула Саманту.

Ей захотелось вновь и вновь переживать это охватившее ее возбуждение, возносящее ее в какие-то неведомые, заоблачные высоты.

Поднявшись на цыпочки, она обняла его за шею и подарила свой девственный поцелуй.

Мужчина на мгновение отпрянул, внимательно посмотрел ей в лицо, а потом грубо обхватил руками. Его губы завладели ее губами, принуждая их раскрыться, его язык проник вглубь, терзая ее язычок. Его рука погрузилась в ее волосы, нежно прижимая к себе ее голову, и через мгновение последние остатки воли покинули девушку. Она сдалась, опьяненная вспыхнувшей страстью сильнее, чем любым наркотиком.

Когда Юджин начал расстегивать на ней рубашку, она попыталась вяло сопротивляться.

- Нет, Юджин.

Но его рука уже скользнула ей под бюстгальтер и ласкала ее грудь. Не обращая внимания на слабые протесты, он поднял ее на руки, перенес в спальню и нежно опустил на постель.

- Попробуй теперь только сказать, что не хочешь меня, - прошептал он прежде, чем их губы сомкнулись.

Губы Юджина полностью завладели ее губами, и протестующие телодвижения Саманты постепенно утихли. Где-то в глубине души она презирала себя за недостойную слабость, за то, что возжелала его, но была не в силах оттолкнуть человека, чьи губы так умело ласкали ее чудесное маленькое ушко, ямочку на шее, плечико.