Неудачник: превратности судьбы - Алексей Михайлович Исаев

– А менты-то откуда появились?

– Понятия не имею. Я, значит, пакет в руки и давай бежать оттуда, что есть силы. Квартал, наверное, даже не отбежал, как услышал взрыв, словно в кинотеатре сидишь. Мыслишка-то, конечно, пробежала, а не Ваня ли это? Не знаю, как это называется по-русски, но меня потянуло туда. И точно: Алёша ребром кисти стукнул по другой ладони. – В бензовоз влетел.

– Ты что, к месту взрыва подходил?

– Я, наверное, ещё не похож на сумасшедшего.

– Хоть лично я не был знаком с Антоном, но всё же жаль парня.

– И я про то.

– А где ж ты ночь провёл?

– В парке. Забрёл в густые кусты и упал наземь. Вот так.

– Мог бы ко мне прийти.

– Ага. Ночью?

– Ну и что.

– Я б к тебе завалился, если б не твой отец.

– А что в пакете-то было? Надеюсь, ты догадался посмотреть?

– Спрашиваешь. Не поверишь. Доллары. Много долларов.

– Баксы!!! – изумился Диман. – Пока своими глазами не увижу, не поверю. – Он заглянул в пакет. – Ух, ты!!! Невероятно. Сколько здесь? – он вытащил одну пачку, стал рассматривать, щупать её, нюхать. – Деньги!

– Полтинник, – сказал Алексей, наливая себе чая.

– Чувак, да ты богатенький Буратино. – Дима радостно посмотрел на него. – Да на эти "бабосы" ты можешь купить то, что всегда хотел. Ну, Ваня. Откуда он про них пронюхал? Решил, наверное, куш сорвать, а получилось как. Что будешь делать с ними?

– Пока не знаю.

– Он не знает, что с зеленью делать, – Диман сделал удивлённый вид. – Да я бы их… Впрочем, неважно, не мои.

– Друг, помнишь, ты мне всё про свою тётку нахваливал?

– Ну, да.

– Сделай одолжение. Всё равно, она у тебя квартиранток держит. Свяжись с ней, поговори насчёт меня. Мне надо из города линять.

– Зачем?

– Большие деньги, тем более чёрные, всегда приносят какие-то проблемы. А я не хочу оказаться в водовороте одной из них. Я, забегая наперёд, хочу обезопасить себя. А оставаться здесь, кто его знает, может, пронесёт, а может, и нет.

– Я понимаю: тебе терять нечего, как же учёба? Всё-таки два года проучился.

– Конечно, обидно будет, но у меня нет выбора. Ради себя, я должен на неё забить. А как ты говоришь: с такими деньгами… я потом куплю себе какую-нибудь корочку. Если в этом будет необходимость.

– Понятно. Окей. Тогда поступим так. Поскольку в общежитие тебе возвращаться нельзя, а больше перекантоваться негде, могу предложить пожить у меня на даче. Можно было, конечно, и здесь, ну, понимаешь, отец. Что тебе объяснять? Значит, там… с прошлого раза ничего не изменилось: ни отопления, ни телевизора, ни и т. п., благо электричество хоть присутствует. Хорошо, что сейчас на улице ещё тепло, я думаю, до конца октября такая погода ещё продержится. Очень-то не замёрзнешь, а на ночь накутаешься. Поживёшь там до тех пор, пока не уедешь. А я сегодня же пойду, позвоню тётке и узнаю её ответ.

– А вдруг она не захочет принять меня?

– Брось, Лёха. Женщина она добрая. Живёт одна в двухкомнатной квартире. Главное, чтоб в данный момент никто ни занимал вторую комнату, тем более время-то учебное. Если пустует, то, думаю, не откажет. Кому сейчас лишний заработок помешает? Тем более я буду давить на то, что ты будешь согласен заплатить ей немного больше чем положено. Нормально? – Лёша одобрил. – Ты от этого не обеднеешь. Хоть у меня теперь зимой будет повод отсюда смыться. Может, к зимним каникулам в твоей жизни произойдут серьёзные перемены.

– Диман, тебе придётся в общагу сгонять и кое-что оттуда забрать.

– Базаришь. Но только как мне это позволят?

– Через Перца или Большого попробуешь, кто-нибудь из них вынесет. Я записку напишу, а про меня что-нибудь наговоришь, придумаешь, ты в этом мастак.

– Хорошо.

Димановская дача представляла собой двухэтажное кирпичное здание, с заметными трещинами на фасаде. Остальную территорию занимали площадка возле дома, полностью заасфальтированная для машины, и небольшой огород, где, судя по всему, росли только картошка и малина.

Алёша открыл ключом дверь, впопыхах Дима чуть не забыл передать его другу, но вовремя вспомнил. Внутри на первом этаже располагались две маленькие комнатки и кухня, сделанные под дерево, а также узкий проход, ведущий к лестнице на второй этаж. Лёша проверил электричество – свет горел везде. Поднявшись наверх, он тоже обнаружил выключатель, но лампочка в запылённом плафоне отсутствовала.

На кухне, в то же время являющейся прихожей, под шкафом нашёл электроплитку, как позже сам убедился, еду, она разогревает очень медленно.

Кроме двух кроватей, доставшихся, наверное, ещё от прабабушек, расположенных соответственно на первом и втором этажах, шкафа с многочисленной посудой и комода, в доме из мебели ничего не было.

"Хорошо хоть стёкла целы", – невесело подумал Лёша.

Он разлёгся на кровати второго этажа и смотрел в окно на быстро угасающий день.

– Сейчас бы деваху какую-нибудь поиметь, – уже вслух рассуждал Алёша. – Тут ведь деревня рядом, наверняка, шлюх полно, магазинчик имеется. Если что, можно прикупить хмельного. Выцепить какую-нибудь дуру, лапшу на уши навешать и сюда притащить. Сейчас ещё поваляюсь с часочек, и нужно будет сходить на разведку. Попытка не пытка.

Чтобы чем-то себя занять в оставшееся до вылазки время, Алексей принялся осматривать дом, в поисках. Может быть, найдутся какие-нибудь завалявшиеся журналы. Удалось отыскать только пять газет десятилетней давности, однако выбирать не приходилось, и он погрузился в чтение самого интересного.

Когда наступили сумерки, читать стало невозможно, лампочки ведь не было, а вкрутить новую из комнаты первого этажа Алексей не удосужился.

– Сколько же сейчас времени? – снова спросил он вслух, как будто его кто-то мог услышать.

Он примерно знал, что темнеть по-настоящему начинает в восьмом часу.

"Время самое подходящее для охоты на девушек, когда все на улице, – подумал Алёшка и, выйдя из дома, на всякий случай закрыл дверь. – Хоть там брать и нечего, но мало ли что". Ключ он спрятал под кирпич у дикого винограда, раскинувшего свои ветви вверх в разные стороны по широкой лесенке прямо на крышу.

Алексей добрался до деревни и не знал, что ему делать дальше. Деревенька даже по беглому взгляду была небольшой, а это значило для него не очень благоприятный исход.

"Может здесь вообще, кроме бабушек и дедушек, почти никто не живёт", – сделал он предварительный вывод.

Впереди, в ста метрах, Лёша заметил маленький сельский магазинчик и решил туда заглянуть. По дороге ему встретились несколько скамеек возле домов, на одной из которых отдыхала компания молодых ребят и девчонок школьного возраста. Алексей мельком взглянул на них и сразу для себя отметил, что интересующих его раза в три меньше, чем пацанов.

В магазине он купил (ещё в городе Алексей побоялся зайти в банк обменять доллары, за него это сделал Дима) килограммчик колбаски, батон, два пакета сока, три банки тушёнки, сгущёнку, наши супы быстрого приготовления и немного задержался у прилавка, о чём-то задумавшись.

– Вам что-нибудь ещё, молодой человек? – спросила пожилая женщина из-за прилавка.

– Пожалуй, да, дайте одну вон той водки в маленькой бутылочке, нет, лучше две, – попросил Алёша.

От магазина он прямиком направился назад, но, дойдя до поворота на железную дорогу, за которой расположились дачные домики, остановился. Не хотелось ему возвращаться. Посмотрел в сторону деревни, откуда пришёл, – никого. "Снова один. А на дачу идти пить водяру в одну будку, это не по мне. С другой стороны, здесь-то что ловить? Вернуться туда, к малолеткам? Их, наверное, и не уговоришь. А впрочем – чем чёрт не шутит, всякое бывает. Некоторые за полчаса общения твои, другие сами предлагают. Всё-таки подожду я, пока не надоест, вдруг кто-нибудь пойдёт в эту сторону. Ведь есть же и те, которые живут и на том конце кишлака. А если нет таких, куда деваться, пойду спать с чувством облома".

Время шло и шло, однако никого не было. Вне себя от досады Алексей решил уж уходить отсюда, не оглядываясь. Вдруг заметил появившуюся в призрачном свете фонаря невысокую фигуру. Замедлил шаг в надежде. И только, когда призрак поравнялся с ним, он разглядел в нём молодую девушку.

"Скорее всего, это девушка со скамейки. Да какая разница?! Главное, это мой последний шанс. Нужно действовать, а там уж пан или пропал, одно из двух, – подумал Алёша и обратился к блондинке.

– Девушка, разрешите познакомиться? Меня зовут Алексей, – начал он разговор, всматриваясь в черты её лица.

Она была хоть и не красавицей, но довольно симпатичной. Длинные соломенные волосы, забранные в бархатную белую резинку на затылке, глубоко посаженые глаза, хрупкая фигура, одетая в брюки и рубашечку цвета пожелтевшей газеты. Конечно, ему нравился другой тип девушек, но ведь на безрыбье и рак рыба. И, не давая ей опомниться, продолжил:

– Понимаете, я тут один живу на даче. С родителями поссорился, а сам я из города и никого тут не знаю. Целый день один скучаю и был бы вам очень рад признателен, если бы вы скрасили моё одиночество. А, кстати, как вас зовут?