“Цесаревич” Часть II. Линейный корабль. 1906-1925 гг. - Рафаил Мельников

В сознании исторической значимости момента приближался отряд к берегам русского севера. Столетиями просторы его студеных вод видело лишь бесчисленное нагромождения льдов да изредка пробиравшиеся среди них скорлупки рыбаков и зверопромышленников. Событиями были здесь появление караванов судов 1-й (1893) и 2-й (1905) Енисейских экспедиций. Но явление отряда многотысячетонных громад боевых кораблей, насыщенных могучей энергетикой и грозной боевой мощью, было невиданным.

За время стоянки в Бергене на отряде продолжали экзамены гардемаринам. На "Цесаревиче" экзаменовали по артиллерии, на "Славе" по штурманскому делу, на "Богатыре" по минному.

Поход продолжили к вечеру 6 сентября. Имея предельную нагрузку (осадка 8,42 м) под проводкой лоцмана вышли в Северное море. С 7 сентября в вахтенном журнале "Цесаревича" начали фиксировать координаты счисления и обсервации плавания в Атлантическом океане, а с полудня 8 сентября — уже в Северном ледовитом океане. Весь путь безостановочно продолжали практиковать перестроения из фронта в кильватер с заменой головных кораблей, увеличением расстояний до пределов видимости и обменами позывными с помощью лучей прожекторов. Все это З.П. Рожественский мог точно так же проделывать в походе своей эскадры хотя бы с отрядом своих главных сил — броненосцев. Но целью его похода, как мы уже не раз говорили, было совсем другое — не боевая готовность, а демонстрация энергичного продвижения.

Неукоснительно, как в учебных целях, так и для учета влияния взявшего отряд в свои воды Гольфстрима, выполняли на каждом корабле астрономические наблюдения. Благодаря течению путь за вахту увеличивался на 4–8 миль. По распоряжению Командующего начали вести и метеорологические журналы. Предполагавшуюся (уже второй раз) в пути стрельбу № 2 (по щитам) гардемаринской программы пришлось отложить из-за качки. У "Богатыря" ее размахи доходили до 16–22°.

Дожди, сопровождавшие отряд в Атлантическом океане, уже 8 июля сменились шквалами со снегом. Все явственнее давало о себе знать ледовое дыхание Арктики. С этого дня, словно проверяя людей на стойкость, стихия севера все чаще — до 7 раз за вахту — обрушивала на корабли мощнейшие, один другого "круче", снежные заряды. "Шквалы со снегом от норда", "густой снег", "снежная пурга, "всю вахту с перерывами густой снег" — эти отметки все дни плавания до Печенгской губы переполняли страницы вахтенных журналов. Так встречало отряд полярное лето.

Обогнув норвежскую крепость Варде и продолжая идти строем фронта, проложили курс почти прямо на юг. Здесь — справа от норвежского Варангер-фьорда и слева от полуострова Рыбачий за островами Айновскими лежала крайняя к западу российская территория с ее единственной удобной для стоянки Печенгской бухтой. В 1 час. 15 мин. дня 10 сентября встретили появившийся из Печенгской бухты пароход Кольской администрации (местная российская власть) "Мурман". Следуя за ним, отряд вошел а окаймленную лесами и уходившую в глубь материка протяженную бухту, или как говорили на севере, губу. В 2 час. 40 мин., благополучно завершив первую половину плавания, отдали якоря на 21 саженной глубине показавшегося всем исключительно приветливого рейда.

Только в необъятной России можно вот так — совершив заграничное плавание вокруг Европы, снова оказаться на родине, но совсем в другом климатическом поясе.

4. У берегов Мурмана

Всматриваясь в выраставшие из моря внушительные утесы, нависшие над водой Печенгской губы, ветераны всех трех кораблей не могли, наверное, не вспомнить Порт-Артур. Такой же обширный внешний рейд, такие же предшествующие ему острова, такое же незамерзающее море. Шириной до одной мили и длиной до трех миль, бухта через узкое горло переходила в такой же величины тянувшийся далее к югу второй бассейн.

Не было здесь и порта. Его сооружение вместе с железной дорогой предполагалось, по неоднократно являвшимся с 1870 г. и с завидным постоянством проваливавшимся бюрократией планам. Движимый во всех своих деяниях каким-то неизъяснимым роком (и всегда во вред стране и людям), режим Николая II предпочел отвернуться от своей требовавшей неотложного внимания территории и предпочел обратиться в сомнительные, ввергавшие Россию в войну приобретения на Дальнем Востоке. Поэтому "Цесаревич", придя в Мурман в 1906 г., оказался причастным к протянувшемуся на века уроку геополитики.

Программу посещения Печенгского монастыря — форпоста цивилизации на севере — пришлось совмещать с интенсивно проводившимися корабельными стрельбами. Надо было успеть провести их во время пребывания в отечественных водах и с наименьшими неудобствами для населения. В день прихода на три часа уволили на берег 1-ю роту, а наутро, подняв боевой флаг (красный с косицами), "Цесаревич" для кадровой команды провел стрельбу из 37-мм стволов, вставленных в каналы 152-мм пушек. Затем такие же стрельбы по щитам, установленным на берегу, провели для гардемаринов. Другая группа стреляла из 47-мм пушек и пулеметов с катеров. На берегу практиковались в подрывном деле и стреляли из 64-мм пушек Барановского.

Волнующим и многозначащим было это невиданное для севера зрелище. Игрушечными в сравнении с пришедшими кораблями казались и пароход местной администрации "Мурман" и совершавший свои нечастые рейсы пароход Мурманского пароходства "Император Николай II". Мощные стройные корпуса, молчаливо грозившие орудиями башни, неторопливо дымящие трубы, строгий распорядок службы, мелодичный перезвон склянок, гром и треск тренировочной стрельбы, бороздящие рейд катера и освещающие по ночам море и берега лучи прожекторов — велико было очарование этой волнующей мощи флота и гордости за свое отечество.

Приходилось лишь сожалеть, что все это историческое зрелище по какому-то недосмотру оставалось не зафиксировано на пленку киноаппарата. Ведь С.О. Макаров в своих плаваниях на ледоколе "Ермак" в Арктику в 1899 г. и японцы в войне с Россией уже пользовались киноаппаратом (С.О. Макаров, "Ермак" во льдах", С.-Петербург, 1901, с. 283). Известна и снятая в кино хроника прихода во Владивосток в 1916 г. отряда кораблей, передававшихся России ("Варяг", "Пересвет", "Полтава"). А возможно, нас еще ждет чудо обнаружения в фондах кинофотоархивов съемок плаваний гардемаринского отряда. Как хотелось бы в это верить!

В тот же день командующий с офицерами отбыл в монастырь, находившийся близ берега в 17 верстах от входа в бухту. За ними утром и вечером 12 и 13 сентября, чередуясь в проведении стрельб на рейде, группами по 50 человек побывали в монастыре матросы, офицеры и гардемарины. Отрадно было видеть трудолюбивую знающую свое дело монастырскую братию, порядок образцового быта и обширного хозяйства, хорошие дороги и ухоженные монастырские стада и угодья. Они ни в чем не уступали лучшим хозяйствам встречавшихся немецких и скандинавских колоний. Это было, как всем хотелось думать, действующий образец будущего благоустройства всей России. Здесь, на краю земли, забыв о кипении общественных страстей в России, в умиротворенном общении с природой и Богом, всем хотелось верить в счастливое будущее своего отечества.

Теплоту общения и дружбу с монастырем закрепили обещанием помочь его хозяйству динамо-машиной. Такая, уже неприменимая в корабельный условиях установка, имелась в Кронштадте. Ее по ходатайству Командующего отрядом и с разрешения Морского министра рейсом будущего 1907 г. должен был доставить "Бакан". Подъем патриотических чувств проявили и жители ближайшего поселка в глубине бухты. В честь первого прихода на север отряда кораблей колонисты Печенгского общества Мурманской колонистской волости на собрании домохозяев от шести колоний решили поселок Ханс-Свесен переименовать в "Эскадренный". Решением министра внутренних дел название было утверждено.

Днем 14 сентября на рейде появилась легкая изящная паровая яхта. Словно пришедшая от беззаботных берегов Ниццы, яхта на самом деле была тем самым первым научно-промысловым судном "Андрей Первозванный", которое построили но инициативе и замыслам Н.М. Книповича. Теперь экспедицией на этом судне руководил такой же энтузиаст систематических научных исследований в интересах отечественного промысла Л.Л. Брейтфус. В духе лучших традиций флота было налажено и творческое взаимодействие с экспедицией Л.Л. Брейтфуса. С пришедшего на рейд парохода "Император Николай П" корабли пополнили запасы провизии, включая капусту, картофель и муку. На пароход "Мурман" передали две винтовки с подсумками и патронами, со "Славы" две 37-мм пушки и 500 патронов.

В 7 час. 15 мин. 16 сентября начали сниматься с якорей… В 8 часов, провожаемые мокрым снегом, вышли из Девичьей заводи Печенгской бухты. Миновав Айновские острова, провели определение девиации гардемаринских компасов и в полдень, имея правофланговым "Цесаревич", в строе фронта легли на курс норд-ост 83°. Сжатая программа плавания не позволяла побывать на полуострове Рыбачий — самой северной на Мурмане материковой земле. Без захода миновали и украшение Рыбачьего — обширный 30-мильной протяженности Мотовский залив с крутыми 80-саженной высоты гранитными откосами по южному берегу.