Двое в заброшенном доме - Элизабет Хейтер

– Забеспокоился, – объяснил Скотт. – Как ты?

– Все хорошо. – Он вошел в комнату, она искоса на него посматривала. – Коннорса нашли?

– Пока нет.

Она прислонилась к спинке кровати и накрылась одеялом.

– Тогда чего ты хочешь?

Он скользнул по ней взглядом, она все сильнее съеживалась, пока он медленно приближался. Джинсы и футболка ладно облегали его стройное тело, мускулы играли под одеждой, и выглядел он очень привлекательно. Как в кафешке год назад. Когда она, осторожничая тридцать четыре года, легла в койку с едва знакомым человеком.

В общем, он и теперь для нее незнакомец. В кафе они немного поболтали, легко нашли общий язык, шутили, говорили о работе. Но, выйдя из бара, умолкли. Она хорошо запомнила родинку на его бедре, но понятия не имела, есть ли у него братья и сестры кроме Мэгги, чем он занимался до ФБР и как проводил свободное время.

Он присел на край кровати, пружины прогнулись, его тело почти касалось Челси, у нее перехватило дыхание. Она жалела, что в тот злополучный день чего-то не поняла. Может, еще не слишком поздно. Она открыла рот, чтобы спросить, но он заговорил первым.

– Хочу, чтобы ты восстановила картину произошедшего.

Челси выпрямилась, отодвинулась от него, он поставил ноутбук рядом.

– Что? Зачем? Нет.

В голосе звенела ярость, но это ее не беспокоило. Она так устала от ночных кошмаров. Не хотела вновь рассматривать фотографии, бередить старые раны. И пусть ее считают трусихой.

Она нахмурилась, ненавидя Скотта за то, что он видел ее такой. Сам он брался за опасные дела, на которые другие соглашались очень неохотно. И он видел, как она избегает переговоров, встреч с ним.

Собравшись с силами, она пододвинула к себе ноутбук. Но на дисплее только схемы произошедшего: расстояния, положения тел и стрелка. Удивленная, она взглянула на Скотта. Он чуть двинулся, наклонился к спинке кровати и лег рядом с ней. Двоим места не хватало, поэтому ее ноги прижимались к его бедрам. Стоило ей повернуть голову, как его лицо оказалось бы совсем рядом. И его губы рядом с ее губами. Она упорно смотрела на дисплей.

– Что это? – с надрывом спросила она, но если Скотт что-то и заметил, то не подал виду. Указал на точку, помеченную словом «подозреваемый».

– Коннорс расположился здесь. А ты находилась здесь?

Он говорил с напряжением, причину которого она не могла понять.

– Да. – Она посмотрела на него, такого близкого. Так хотелось погладить морщинки у его глаз.

– А не здесь? – Он показал на другую сторону навеса у входа в центр.

– Нет. А в чем дело?

– Челси. – Его голос зазвучал еще тревожнее, в глазах блеснули беспокойные огоньки. – Коннорс не стрелял в тебя не потому, что не мог попасть.

У Челси подскочил пульс.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Посмотри сюда. – Он показал на точку «икс» с надписью «Подозреваемый».

– Ну?

– Я изучил схему. Если все верно, он должен был тебя застрелить. Но оставил в живых. Только тебя одну.

Глава 4

Челси недоуменно смотрела на Скотта.

– Он оставил меня в живых? Что ты имеешь в виду?

– Он мог выстрелить, Челси. Мы обследовали трибуны. Он располагался достаточно высоко. И мог тебя достать.

– Раз так, почему он этого не сделал? – Челси не верила собственным ушам. – Если бы он взял меня на мушку, наверняка застрелил. Он был не в себе. И в тот день убивал всех, кого мог.

– Очевидно, все не совсем так.

Она заметила круги у него под глазами. Андре сказал, что они восемнадцать часов искали для нее безопасное место. И теперь, вместо того чтобы спать, Скотт изучал материалы дела. Челси, к собственной тревоге, почувствовала к нему симпатию, но подавила это чувство.

– Может, твои геометрические построения неверны.

Скотт покачал головой, но выглядел не рассерженным, а просто усталым.

– Точно такие же расчеты я делаю, когда готовлюсь открыть огонь из винтовки. Если ошибусь, застрелю заложника вместо террориста. Знаю все это наизусть. Поверь мне. Я не ошибаюсь.

– Почему же все это не выяснили раньше?

– Если смотреть на здание на уровне земли, покажется, что он не мог в тебя прицелиться. Даже с нижних трибун, кажется, не мог попасть. Но это обман зрения, за которым последовал ложный вывод, что он не застрелил тебя, не имея возможности взять на мушку. Однако все было по-другому.

– Что же было у него на уме? – прошептала она, отодвигаясь от Скотта. Но места на кровати не осталось, и ей пришлось снова к нему прижаться.

Никакой ясности. Клейтон Коннорс страдал психическим расстройством после того, как его товарищи погибли от самодельного взрывного устройства, подложенного под их автомобиль. Он уволился из армии и получал помощь, прежде всего в виде обезболивающих препаратов. Однажды наглотался таблеток, взял винтовку и направился на вербовочный пункт.

Обвинение на судебном процессе утверждало, что в тот день Коннорс убивал бы всех подряд, планировал перебраться в другое место и продолжить стрельбу, но его остановили. Поднять винтовку на глазах полицейских он не решился из чувства самосохранения. Благодаря внезапному страху оказался в тюрьме, а не в морге.

Челси отбросила одеяло, встала и прошла в угол комнаты, глядя сверху вниз на лежащего Скотта.

– Этот парень сумасшедший. Какая разница, почему он меня не застрелил?

Тем не менее она понимала, что Коннорс руководствовался мотивами, с которыми она никогда прежде не сталкивалась. И вообще, зачем ему охотиться за ней сейчас, если не застрелил ее раньше, имея для этого все возможности? Чего он от нее хочет? По спине пробежал холодок, она постаралась взять себя в руки, чтобы Скотт ничего не заметил.

Он поставил ноутбук на кровать и остановился так близко от Челси, что она могла наклониться и положить голову ему на грудь.

– Ты умеешь читать чужие мысли. А это немаловажно.

– Лучше бы этим занялась Элла. Настоящий специалист-криминалист.

Скотт смерил ее недоверчивым взглядом.

– Ну-ну. Ты была отличной переговорщицей, потому что понимаешь, чего человек хочет. Как бы ты могла это узнать, если бы не читала чужие мысли?

– В одном случае я потерпела поражение.

– Ничего подобного. Коннорс просто свихнулся. Ты и за тридцать дней бы его не уговорила, не то что за тридцать секунд, которые были в твоем распоряжении.

– Ты пару минут назад утверждал, что Коннорс не свихнулся, а сознательно в меня не стрелял, им не владела слепая ярость.

Скотт замолчал. На долю секунды, которая показалась им очень долгой.

– Не хочу говорить о прежней работе. Это ты решил, что он мог меня застрелить. Конечно, у тебя больше опыта в таких делах. Что еще скажешь?