Аграфена и Братство говорящих котов - Евгений Гаглоев

От изумления у Эсселитов вытянулись лица.

– Но как? – выдохнул Гребун. – Ведь никто из детей не должен был выжить!

– И все же кому-то из них посчастливилось остаться в живых! – скривилась Лионелла. – Я помню, что в ночь дворцового переворота из города выехала карета. Мы смогли ее настигнуть и взорвать, но в спешке не позаботились убедиться, что все пассажиры действительно погибли. А ведь там как раз ехали дети! А вдруг кто-то из них действительно остался жив?

– Так что мы должны сделать? – спросила Левтина.

– С утра отправляйтесь по приютам, тюрьмам, колониям! Найдите мне этого ребенка!

– Нам убить его? – спросил Рашид.

– Нет, – покачала головой Лионелла. – Привезите его ко мне. Я сама хочу убедиться, что игурейка не ошиблась в своем пророчестве.

– Хорошо, миледи!

Все трое склонились перед ней.

– На рассвете мы отправимся в дорогу! – сказал Рашид.

– И не мешкайте! – холодно сказала Лионелла. – И так много времени растрачено впустую! И еще! Проверьте напоследок вокзалы столицы. Возможно, я ошибаюсь, но вдруг Марта решит сесть на какой-нибудь поезд? Тут-то мы ее и схватим! Я с удовольствием поговорила бы с ней, так сказать, по душам!

Эсселиты поклонились еще раз и отправились по своим комнатам собираться в дорогу.

Глава четвертая,

в которой Аграфена собирает ягоды, а Пима орудует ножницами

Утро в приюте началось с учебных занятий. Предполагалось, что сирот должны научить еще хоть чему-то, кроме как писать и читать. Эти две дисциплины Аграфена знала вполне сносно и просто не понимала, зачем ей еще учить историю, математику, географию и астрономию. Тем более что все предметы вел старик Федусей, а он иногда сам забывал, что именно преподает в данный момент и начинал нести полнейшую околесицу.

Появившись в классе, учитель демонстративно прокашлялся, а потом приложился к фляжке со своей «микстурой», после чего ему явно полегчало. Старик порозовел, начал улыбаться и прямо сочился благодушием.

Шел урок истории. Федусей оглядел мутным взором притихший класс, поправил на носу съехавшие очки, и спросил:

– К сочинению все готовы?

– У нас вообще-то сейчас история, – напомнил ему Пима.

– Ах, да! – кивнул старик. – Верно! Как я мог забыть?!

«Микстура» подействовала быстро – он уже едва держался на ногах. Федусей пытался ровно стоять у доски, на которой висела карта империи, но его постоянно клонило то в одну, то в другую сторону. В конце концов, он решил сесть на стул, и дело пошло куда лучше.

Немного призадумавшись, он начал рассказывать ученикам о том, как великий Велдор свергнул старого тирана-короля Ипполита и провозгласил себя первым императором страны. Федусей рассказывал эту историю практически на каждом уроке, но каждый раз потом забывал об этом и принимался за нее вновь, прибавляя все новые подробности.

– Старый король Ипполит правил много лет, – начал он, – и это были не лучшие времена для страны. Народ платил непомерные налоги, простые люди голодали, в то время как богачи купались в роскоши.

– А разве сейчас происходит не то же самое? – поинтересовался Триш.

– В принципе, да… Но сейчас в стране наведен порядок! – ответил Федусей и громко икнул. – Вся наша жизнь проходит по строгим правилам. Вот взять хотя бы вас. При старом правлении вас бы просто вышвырнули из приюта по достижении восемнадцати лет. И что дальше? Слонялись бы по всей стране, не зная куда приткнуться.

Аграфена подумала, что если бы не война, развязанная Велдором, она вообще вряд ли сейчас сидела бы в этом приюте. Кем, интересно, были ее родители, и что с ними стало?

– А сейчас? – продолжал Федусей. – И думать нечего! После приюта такие, как вы, отправляются в государственную военную академию, где готовят будущих солдат. Станете защищать империю от врагов, благо сейчас их развелось огромное количество. На юге берберийские кочевники, на западе игурейские колдуны, со стороны моря того и гляди пираты нападут. Так что будете защищать свою страну!

– А при старом короле у нас тоже было столько врагов? – спросила Аграфена.

Учитель подозрительно на нее посмотрел.

– А ты что так интересуешься? – сказал он, прищурив один глаз.

– Просто так, – пожала плечами девочка.

– Лучше вам не лезть в большую политику! Меньше знаете, лучше спите! И вообще, хватит на сегодня! – отмахнулся старик. – Идите себе подобру-поздорову!

Федусей вытащил из кармана фляжку со своей «микстурой» и сделал большой глоток. Воспитанники начали расходиться.

После занятий настало время для полевых работ.

У самого подножия холма, на котором стояло здание приюта, неподалеку от озера, располагались плантации клубники и земляники, огороженные высоким забором с колючей проволокой.

Эти бескрайние поля относились к приюту. Воспитанники собирали ягоды, которыми Коптильда потом торговала на местном рынке, выручая неплохие деньги. Предполагалось, что золото расходуется на нужды сирот, но на самом деле комендантша забирала все себе. Иногда, правда, она делилась малой долей с Копотуном и Кухаркой – чтобы не нажаловались в министерство, но бо´льшая часть денег оседала в ее кармане.

Поговаривали, что у Коптильды имеется большой дом, где-то за окраиной деревни. Она держала его закрытым, а сама жила в приюте, на казенных харчах. Так ей не приходилось тратить свое жалованье на еду, дрова и электричество. Комендантша не уставала хвастаться всем своей экономностью, но Аграфена и другие дети знали, что она просто была большой скрягой.

Аграфена, Пима и Триш собирали поспевшую клубнику в большие плетеные корзины. Неподалеку от них на высоком деревянном кресле, под огромным цветастым зонтом, сидел Копотун. Рядом с ним стояли кувшин с квасом и корзина с пирожками. В его обязанности входило следить, чтобы воспитанники не совали ягоды в рот, а клали их в корзины. Но когда толстяка разморило на солнышке, он просто уснул. Тут-то ребята и устроили себе целое пиршество!

А что еще им оставалось? Коптильда запретила всем троим приходить сегодня на ужин. Клубника оказалась для них единственной возможностью хоть как-то поесть.

Вскоре корзины наполнились до предела, как и животы Триша, Пимы и Аграфены. Копотун громко храпел в своем кресле.

Девочка улеглась на мягкую траву рядом с грядками и блаженно зажмурилась. Друзья вытянулись рядом.

В небе над их головами медленно проплывал имперский дирижабль.

– Я совсем не хочу идти в солдаты! – сказала вдруг Аграфена. – Федусей сказал, что ничего другого нам не светит…

– А я хочу? – возмутился Триш. – Да только другого выбора у нас нет!

– Выбор есть всегда! – с уверенностью заявила она. – Если бы мы только могли избавиться от ошейников!

– А что бы ты тогда сделала? – спросил Пима.

– Подалась бы в пираты! – сказала Аграфена. – Или к берберийским кочевникам! Скакала бы себе целый день на лошади, да горя не знала!

– Кочевники живут свободно, – согласился Триш. – Империя им не указ!

– Потому что во время войны они не поддержали Велдора! – добавил Пима.

– Но они не помогли и старому королю Ипполиту! – возразил Триш.

– Потому что он пытался заставить их платить налоги! Оставил бы их в покое, может, до сих пор сидел бы на своем троне во дворце! – со знанием дела заявила Аграфена. – К тому же захват власти Велдором случился так быстро, что кочевники просто не успели прийти на помощь Ипполиту.

– Откуда ты все это знаешь? – удивленно спросил Триш.

– Слушать надо было внимательно! Федусей нам об этом рассказывал на уроке математики!

– Я тоже не хочу идти в армию императора, – признался Пима. – Я вообще боюсь всякого оружия. Лучше податься в ученые, чем идти воевать!

В это время на клубничной плантации появилась Коптильда. Она увидела, что ее братец храпит, подошла и резко стряхнула его с кресла. Очутившись на земле, Копотун вмиг проснулся. Пытаясь сообразить, что произошло, он хотел было сесть, но только опрокинул стоявший рядом кувшин с квасом на траву.

– Что?! – спросонья закричал он. – Где?!

– Так вот, значит, как ты следишь за этими ворюгами и прихлебателями?! – вопила Коптильда. – Они, наверное, съели уже половину моей клубники!

– Да я глаз не сомкнул! – обиженно сказал Копотун.

– Я видела! Нашла, кому доверить такое ответственное дело! Пустоголовому простофиле!

– Это я-то простофиля?! – возмутился он. – Да я самый умный человек во всей округе!