Аграфена и Братство говорящих котов - Евгений Гаглоев

– Воры! – завопил он, увидев их. – Держи воров!!!

Вслед за сторожем на крыльцо выбежал его сын, здоровенный прыщавый мальчишка-подросток. С огромной дубиной в руках он бросился в погоню за воришками.

И тут Аграфена поняла, что в этот раз они сильно просчитались, выбрав своей целью именно эту теплицу. Обычно церковный сторож всегда был один, а с сыном виделся только во время школьных каникул, когда тот приезжал в Белую Гриву из соседней деревни, где жил с матерью. И девочка совсем не подумала, что сейчас как раз такое время!

Аграфена, Триш и Пима ломанулись сквозь растущие рядом с теплицей кусты жимолости, теряя на ходу ворованные помидоры. Мальчишка, оказавшийся очень проворным, понесся за ними, угрожающе размахивая своей дубиной.

Ребята с разбегу перемахнули через забор. Их преследователь перескочил следом и издал громкий свист, на который со всех сторон мигом сбежались его приятели из соседних домов. За Аграфеной и ее друзьями неслось уже пять человек.

Дело пахло керосином.

Сын сторожа на бегу размахнулся и швырнул свою палку под ноги Тришу. Парень запнулся и рухнул на землю.

Гнавшаяся за ним толпа издала восторженный рев.

Увидев, что Триш упал, Аграфена остановилась и побежала обратно – на выручку к другу. Пима даже не сбавил ход. Вскоре он скрылся в ближайших кустах.

– Попались! – восторженно крикнул сын сторожа. – Ворюги! Сейчас мы вам надолго отобьем охоту шарить по чужим огородам!

– Правду Мисса сказал! – подхватил второй мальчишка. – Хорошо, что мы уже наготове сидели!

Аграфена изумленно вытаращила глаза. Этот ябедник сдружился с деревенскими! Видимо, он рассказал им, что сегодня кое-кто из приютских останется без ужина и наверняка захочет поживиться чужими овощами. Стало быть, он тоже иногда похаживает в деревню!

Триш вскочил на ноги и принял боксерскую стойку.

Аграфена подскочила к нему, подхватив с земли брошенную дубину.

– Кто первый? – грозно спросила она. – Сейчас всем вам наваляем!

Деревенские мальчишки даже слегка оторопели.

– А это что за рыжая бестия?

– Это я-то бестия?! – разозлилась Аграфена. – А ну подходи! Сейчас угощу тебя отбивной по ребрам!

Девочка внимательно осмотрелась по сторонам. Неподалеку от нее у дороги пошевелились кусты. За ними явно кто-то скрывался.

– А ну выходи, заячья душа! – крикнула она. – Думаешь, не знаю, что ты там, предатель?!

Из-за кустов высунулся Мисса. Он довольно улыбался.

– Лопни мои глаза! – удивленно воскликнул Триш. – Он действительно сдал нас этим!

– Вы меня всегда недооценивали! – ехидно сказал Мисса. – Кто бы мог подумать, что за столь невзрачной личностью скрывается такой гений злодейства!

– Иди сюда, гений злодейства! – крикнула Аграфена. – Ты испортил нам весь план! Сейчас дам тебе за это такого пинка, что долетишь до самого приюта!

Мисса слегка оробел.

– Что вы на них смотрите?! – обратился он к деревенским. – Лупите их скорее!

– Вали их камнями! – скомандовал сын сторожа.

Мальчишки тут же начали хватать с земли камни и швырять их в Аграфену и Триша.

Девочка ловко отбила первый камень дубиной, и он угодил в лоб конопатому заводиле. Тот упал на землю. Но Тришу не повезло – следующий камень угодил точно ему в плечо. Парень охнул от боли.

Аграфена разозлилась не на шутку.

Схватив дубину наперевес, она бросилась на деревенских, и начала дубасить их без разбора, куда попало. Парни с криками бросились врассыпную. Триш догонял, кого мог, и раздавал им пинки. Когда ему в руки попался перепуганный Мисса, парень издал радостный клич. В это время из-за кустов выпрыгнул Пима. В руках он держал какой-то небольшой мешочек. Он запустил в него руку, вытащил горсть чего-то блестящего и швырнул под ноги противникам. Послышался громкий треск. К общему удивлению остальных участников события деревенские мальчишки начали подпрыгивать на месте, поочередно задирая ноги. Под ними что-то громко стреляло и взрывалось. Запахло дымом и горчицей.

– Надо звать остальных! – крикнул конопатый, поднимаясь с земли.

Деревенские, прихватив с собой Миссу, тут же побежали за подмогой.

– Дело дрянь! – уныло сказала Аграфена Тришу. – Они сейчас всю деревню приведут! Надо убираться отсюда, пока не поздно!

– Согласен! – выдохнул тот.

Он опустил глаза на дорогу. Оказалось, что Пима швырнул под ноги мальчишкам гильзы от патронов.

– Это хлопушки! – пояснил мальчик. – Я делаю их из патронов Коптильды. Набиваю в них порох, горчицу и серу! Здорово они их перепугали!

– Я сама едва штаны не потеряла от страха! – призналась Аграфена. – А мы думали, что ты нас бросил!

Пима напустил на себя оскорбленный вид.

– Может, я и трус, – сказал он, – но друзей в беде никогда не брошу! Я и подмогу привел!

Пробравшись сквозь кусты, к ним вышел Дормидонт. Старичок шагал в своем обычном кожаном фартуке до пола, комбинезоне из плотной ткани и толстенных очках. Волосы, как обычно, торчали в разные стороны. В руках кузнец держал длинную кочергу.

– А что драка уже закончилась? – разочарованно произнес кузнец. – Ну вот! А я-то думал, разомнусь на сон грядущий!

– Надо уходить! – сказала Аграфена. – Они убежали ненадолго. Сейчас притащат сюда половину Белой Гривы!

– А пойдемте ко мне, – предложил Дормидонт. – Я вас чаем напою. Переждете у меня в кузнице, а потом вернетесь в свой приют, когда страсти поутихнут.

Ребята решили согласиться на такое предложение и все вместе отправились к старику.

Кузница стояла неподалеку от приютского холма, на самом берегу озера. Это было слегка покосившееся одноэтажное строение с высокой жестяной крышей. Из длинной кирпичной трубы всегда вился дымок. К кузнице примыкали домик Дормидонта и большой сарай, в котором тот хранил разную поломанную технику, разбиравшуюся время от времени на запчасти.

Старик вскипятил в чайнике воду и заварил чай. Затем вытащил из хлебного ларя корзинку со свежими булочками и поставил ее перед ребятами. Аграфена, Триш и Пима тут же налетели на еду. Еще бы! Они ведь все еще умирали с голоду! Они жевали булки и закусывали их помидорами, теми, что не успели растерять во время драки. А Дормидонт тем временем разливал чай по большим жестяным кружкам.

Он нравился Аграфене, да и другим приютским воспитанникам. Добрый, смешной, слегка сумасшедший старичок. У Дормидонта была дочь, которая вместе со своими детьми жила в стране берберийских кочевников. В Белую Гриву семейство приезжало очень редко. Внуки постоянно приглашали любимого деда погостить и даже пару раз просили переехать к ним жить насовсем, но тот пока не собирался уезжать из своей деревни.

Добродушный старик любил детей и знал множество разных интересных историй. Аграфене, Тришу и Пиме нравилось бывать у него в гостях. Дормидонт тоже участвовал в гражданской войне, но, в отличие от комендантши, не любил вспоминать былые годы. Он предпочитал рассказывать сказки, да всякие смешные случаи из своей жизни.

– Так, значит, Коптильда лишила вас ужина? – качая головой, спросил Дормидонт.

– Ага, – кивнула Аграфена, жуя помидор.

– Вот же старая вредная галоша! – скривился кузнец. – Напоминает мне мою бывшую жену!

– А что стало с вашей женой? – поинтересовался Триш.

– Она сбежала из деревни, когда выяснилось, что мой кот заговорил, – сказал Дормидонт. – Перепугалась до такой степени, что в момент покидала свои пожитки в чемодан, и только ее и видели! Но я особо и не переживал, она совершенно ничего не умела делать по хозяйству!

Аграфена понимающе кивнула.

Коты начали говорить лет пятнадцать назад. Вернее, случилось это гораздо раньше, но все это время коты старательно скрывали свои способности от людей. Они все также играли роль пушистых домашних любимцев, а сами, как выяснилось позже, готовили заговор по захвату имперских предприятий рыбной промышленности.

Когда же их злодейские планы раскрыли, котов объявили вне закона, начались настоящие гонения. Их боялись! Тогда коты оставили людские дома и ушли в леса, чтобы можно было беспрепятственно замышлять новые злодейские планы. С тех пор о них мало что было известно.

– А вы знаете, что в нашей деревне именно мой кот заговорил первым? – вдруг спросил Дормидонт.

Ребята даже перестали жевать.

– И что он сказал? – спросила Аграфена.

– Попросил оставить ему махорки докурить, – ответил кузнец. – Он сделал это машинально, а потом сам перепугался до потери сознания. Но знаете, я бы никогда не предал моего Пафнутия Дормидонтовича. Когда началась вся эта заварушка с котами, он просто ушел от меня. А я ведь его так любил, моего жирного котяру!