Властный (ЛП) - Мишель Райан

— Они искали вещь, которую я поставляю.

Она удивленно подняла бровь.

— Лжец! — бросила Торрин с вызовом. — У них всё есть!

Это была опасная ошибка с ее стороны. Я двинулся вперед, она попятилась к окну. Я шагнул ближе, словно лев, бросавший вызов всей гребаной стае, Торрин уперлась в подоконник. Крепко обхватил ее шею толстыми, мозолистыми руками, достаточно чтобы привлечь внимание.

Я уловил биение пульса, а Торрин выпучила от страха глаза, но не проронила ни слезинки и не позволила мне почувствовать ее страх.

Сильная.

Она была идеальным противником.

— У меня много имен, Гарантия. Отморозок, сволочь, безжалостный, властный, бесстрашный и человек, которому плевать на все, кроме своего слова. Называй меня любым гребаным именем, каким захочешь, но я не лжец.

Девчонка тяжело сглотнула и попыталась убрать мои руки.

— У моей сестры есть всё, о чем она мечтала!

О, как же она верила в свою милую Кеннеди! Даже в данной ситуации Торрин всё еще защищала ее! Это было почти вдохновляюще. Семейная верность, о которой я мог только мечтать.

Я стоял, прижав к подоконнику девушку со страхом в глазах, яростью, бурлившей в венах и глубоко укоренившейся верой в то, что у Кеннеди не было от нее секретов, и меня посетила лишь одна мысль.

Сломить Торрин Макалистер будет определенно забавно.

6

ТОРРИН

Хватка на моем горле стала жестче, Оникс не полностью перекрыл мне доступ воздуха, но дал понять, что мог сделать это в любой момент. Страх струился по венам, и я боролась, скрывая его. Складывалось впечатление, что мужчина получал удовольствие от происходящего, а у меня не было намерения его потешать. Казалось, он хотел, чтобы я осознала, что беззащитна перед ним.

Я каким-то образом умудрилась оказаться полу-добровольным пленником в его мире. Мире, о котором и знать не знала.

И самое страшное — я ему поверила. Доверять этому человеку я никогда не смогу, но полностью поверила в то, что он не был лжецом и шутником.

— Почему ты впутал во все именно мою сестру? — продолжала настаивать я, требуя ответов. Оникс лишил меня возможности общаться с ней напрямую, поэтому я расспрашивала его.

Он наклонился, приблизившись к моему лицу, а мне некуда было деться — я спиной прижалась к окну.

— Это она пришла ко мне. А не наоборот, — его жаркое дыхание ласкало кожу, посылая легкую дрожь по позвоночнику. Рядом с этим мужчиной невозможно было разумно размышлять, я ощущала лишь его аромат и прикосновения к горячей коже.

Он не объяснил, по сути, ничего, а мне хотелось все понять. Хотелось сложить кусочки головоломки вместе. Узнать, почему я находилась здесь, а не с сестрой, которая была опустошена моим отъездом. То, как она рухнула на пол, до сих пор стояло перед глазами.

Оттолкнувшись от подоконника и сделав несколько шагов назад, Оникс покачал головой.

— Чем больше ты спрашиваешь, тем больше бесишь. Поверь, ты не захочешь, чтобы я разозлился, Гарантия.

— Меня не так зовут! — прорычала я.

— Мы это уже обсуждали. Я не повторяю дважды. — Оникс небрежно повернулся к двери, запер ее, а затем принялся расстегивать рубашку.

— Что ты делаешь?

Почему он раздевался? Ни за что на свете я не буду с ним спать! Ему нужно было немедленно выбросить это из головы. С каждой расстегнутой пуговицей дюйм за дюймом моему взору открывалось татуированное тело. Ангельские крылья украшали мужскую грудь, простираясь от плеча до плеча по четко очерченным мышцам. Торс по бокам и обе руки тоже были покрыты татуировками. Каждая уникальнее другой. У меня на языке вертелась куча вопросов о них, но я еле сдержалась. Спрашивать обо всем было в моей натуре. Находиться в подобной ситуации и держать рот на замке было тяжело.

Никогда еще я не видела человека с таким количеством воспоминаний, отраженных на теле. Это были не татуировки с плаката на стене или фразы из какой-нибудь книги. Все было продумано, сделано по индивидуальному заказу. Каждая татуировка по отдельности привлекала мое внимание, но они, скорее, сливались в историю, которую я хотела бы прочитать.

— Хочу принять душ. Присоединишься? — Оникс снял рубашку, скинул ботинки и начал расстегивать брюки, бросая одежду в кучу на пол. Белый ковер теперь был усеян его вещами — единственное цветное пятно в комнате.

— Не надо здесь мыться! Разве у тебя нет своей комнаты? — Мне следовало отвернуться и уставиться в окно, но его тело было произведением искусства, и я с трудом оторвала от него взгляд. Загар на коже, будто мистер Блейк тренировался на солнце, лишь придавал яркости его татуировкам. Рельефные линии пресса, изгибающиеся при каждом движении, буквально меня заворожили.

Он ухмыльнулся.

— И пропустить все самое интересное? — брюки упали на пол, и Оникс остался в обтягивающих боксерах. Прежде чем что-то сказать или сделать, он просто стянул их вниз. Только тогда я быстро отвернулась. Разумеется, хотелось посмотреть на его хозяйство, но чувство негодования из-за положения, в которое он меня поставил, победило, и я не стала подглядывать.

— Оденься обратно! — мой пульс ускорился, сердце почти выпрыгивало из груди.

— Может, лучше повернешься и хорошенько все рассмотришь? Все равно мой член скоро окажется в тебе.

Я усмехнулась.

— Размечтался! — Что за чертовски высокомерный придурок!

— Посмотрим.

В ванной зашумела вода, и только тогда я обернулась. Я отчаянно желала связаться с сестрой. Мужская одежда лежала на полу, и я инстинктивно подошла к ней, обшаривая карманы. Мелочь и поцарапанная зажигалка «Zippo» — единственное, что я обнаружила внутри карманов. Проклятье.

Даже бумажника не было, чтобы порыться в нем.

Что, черт возьми, мне делать? Зная, что дверь в комнату заперта, я все равно попыталась ее открыть, а потом в гневе хлопнула по ней рукой. С каждым мгновением я ненавидела Оникса все больше всем своим существом. У него был весь контроль, вся власть, а я не могла ничего, кроме как в ней находиться.

В ловушке.

Одна.

Напуганная.

Моя жизнь должна была складываться совсем иначе. Конечно, в ней случались дерьмовые моменты, но не настолько! Никогда не было так плохо. Может сейчас, у меня и не было сестры, к которой можно было бы обратиться за советом, но моя мама воспитала меня далеко неглупой женщиной. Так или иначе, я выясню, что мистер Блейк имел на Кеннеди, исправлю это и уберусь отсюда к чертовой матери.

Душ выключился, и через несколько мгновений Оникс вышел в одном полотенце, низко сидящем на бедрах. Я начала мысленно повторять: «ненавижу его, ненавижу». За всю свою жизнь я видела такое тело только в журналах или по телевизору. Он не сравнится ни с одним из всех моих бывших, и самое плохое — Оникс об этом знал. Проницательный взгляд подсказал мне.

— Устраивайся поудобнее. Поживёшь здесь некоторое время, — бросил он небрежно, подойдя к одному из белых ящиков комода и вытащив оттуда черные боксеры. Полотенце упало, демонстрируя упругую задницу и самую большую спину, которую я когда-либо видела.

На ней был изображен феникс, но не просто феникс. А поднимающийся из пепла и ярко-оранжевых языков пламени. Невероятно красиво.

Могла признать официально. Жизнь меня ненавидела. Совершенно точно. Я презирала мужчину передо мной, но была очарована его телом. Разве мог настолько беспечный и жестокий человек быть таким чертовски горячим? Несправедливо. Но такова жизнь.

— Хочу знать, что происходит, — потребовала я, скрыв страх, надеясь, что мои слова прозвучали твердо и решительно.

— Смирись уже. Опусти свою задницу на кровать, или я привяжу тебя к ней, — изогнув брови, Оникс пересек комнату. — Мне больше нравится вариант со связыванием. — отступая, я ударилась о кровать, а мужчина потянулся к моим запястьям, крепко схватив их.

— Нет, не связывай меня, — я ненавидела то, как срывался мой голос, но уже чувствовала себя в ловушке.